Лучший ингредиент любого зелья - это огневиски (СИ)

Скабиор не просто опешил, он охренел, глупо открыв рот и таращась на нее в ужасе. Девчонка, правда, это сказала, или он ослышался?! Спесь охотника за головами моментально слетела с него.
— Вот и расскажешь моим родителям-магглам про эти чудесные времена, когда за грязнокровку давали 5 галлеонов, — добила его Герми с улыбочкой. И добавила требовательно, — ну так что?
Скабиор осушил бокал с виски до дна, почувствовав, как его горло пересохло. Он нашел в себе силы собраться и придать себе обычный иронично-насмешливый вид. Но глаза его продолжали бегать от ее сундка, так и стоявшего в гостиной, к бокалу на столе.
— Меня прям приглашают? — спросил он хрипло, слова давались ему с трудом. — А в качестве кого, интересно?
Он метнул в нее свой фирменный взгляд, который был, честно говоря, слабоват в данный момент, чтобы ее смутить. Гермиона мстила за долгие дни отчаянного смущения, до которого он ее доводил своими фразами. И действиями.
— Коллеги по работе, — оскалилась торжествующе Гермиона. Егерь вздрогнул и опустил глаза в пол.
— Ну, хм, я…Я польщен, — выдавил он, наливая себе еще бокал скотча. — А когда?
— Во вторник, в 19.00 часов вечера ко мне домой. Или у тебя планы? — Гермиона нахмурилась.
— Нет, что ты, — мужчина усмехнулся и глянул на нее с каким-то странным выражением, которое Герми могла бы охарактеризовать как…уважение? — Непременно буду! Такая честь познакомиться с родителями столь прекрасной дамы. Очень любопытно, — егерь почти полностью вернул свое насмешливое лицо. Нормально Грейнджер его окрутила! Ох, уж эти чистенькие девочки, стоит пару раз их поцеловать, сразу к родителям на поклон, да под венец. И сундук этот. Скабиор еле сдержал смех. Впрочем, как он понял сейчас вдруг, он был не против немного прогуляться. — Так, а форма одежды какая: Пий или неподражаемый оригинал?
— Оригинал сойдет, — язвительно улыбнулась Герми. — Хотя глаза можно и не красить.
— А я и не крашу, это татуировка, — удивленно сказал МакНейр. Гермиона с сомнением уставилась на него и спросила то, о чем хотела спросить его уже очень давно, она и впрямь не могла понять, почему Скабиор так настырно выводил смоки айс каждый день.
— Зачем?
— У моего волка такие вот темные пятна на глазах, подумал, что это будет символично и прикольно, — рассмеялся егерь. Ведьма недоуменно кивнула, прикольно, ну да. Папа, привет, это мужик, ради которого я рушу свою жизнь, и он любит смокиайс. Смешок застрял в горле.
— Магглы бы не поняли.
— Магглы бы много чего не поняли, — пространно ответил егерь, — но если тебе будет стыдно представить такого коллегу, то могу навести отвод глаз?
Герми покачала головой. Ей он нравился таким, какой он есть, а родители… ну мама сама хотела увидеть плохого человека. Он — более чем — подходил на эту должность.
— А что они знают обо мне вообще? — как-то осторожно звучал его голос, это было непривычно слышать. Ей сразу представился волк на тонком льду. Да и этот совершенно по-звериному склонил голову на бок, ожидая ее ответ с явным нетерпением.
— Ничего, — иронично дернула уголком рта. — Я ей сказала только, что у нас были диаметрально противоположные политические взгляды. Я со стороны Антигитлеровской коалиции, а ты из СС.
Неожиданно Скабиор прыснул. Такое сравнение его явно повеселило.
— Ну, не стоит мне так открыто льстить, — привычно оскалился он, делая еще глоток скотча, который помог ему снова чувствовать себя в своей тарелке. Девчонка неплохо уложила его на лопатки, выбив дерьмо. — Я об этом не задумывался, но похоже. Только историю мы менять не можем.
— Нам надо придумать, что говорить, чтобы радикально не расходится в показаниях, — Гермиона отправила тарелку и кружку мыться в раковину. Навести обычные бытовые чары — чертовски приятно, вчера она даже этого не могла.
— Знать, что я оборотень, им тоже не стоит? — Гермиона встретила его прямой, чуть давящий взгляд.
— Определенно — нет, они считают оборотней ужастиком из 80-х, не хочу их расстраивать, — ведьма внутренне выдохнула. Она была уверена, что теперь егерь сдаст назад и откажется.
 
— Хорошо, — усмехнулся он в ответ, — Однако это важный параметр.
— То, что ты нас сдал в Малфой Мэнор и притащил к врагам — тоже важный, но его мы касаться не будем. Да и войны, в целом.
— Ты им не говорила ничего? — егерь смотрел на девушку с удивлением.
— Нет, я вообще…наложила Обливиэйт и отправила их на другой конец света, подальше от всего, — грусть просочилась в ее голос. Скольких сил ей тогда это стоило.
Скабиор понимающе кивнул.
— Сильно.
— Они не знают ни о войне, ни о том, что было потом. Да, черт побери, они думают, что Гарри — обычный мальчик, — немного нервно засмеялась ведьма.
— Кстати, что насчет четверга? Ты говорила с ним?
— Сегодня хотела, но, ох, скорее всего они с Джин уже в курсе нашего расставания и будет не просто поговорить о чем-то другом, — Герми сглотнула подступающий ком, и потерла нервным жестом переносицу, на несколько мгновений закрыв глаза. — Я напишу тебе, как пройдет.
— В общем, я так понял, что мы коллеги, но не очень уверен, что мой внешний вид подойдет для сотрудника Министрества? — он вопросительно посмотрел на нее. Да, в этом он прав. Она засмеялась.
— Ну, мои родители магглы, они никогда там не были и не знают, — девушка окинула егеря придирчивым взглядом. Даже без своего кожаного пальто тот не походил на клерка никоим образом. Хотя, если он уберет волосы в более тщательный хвост, то даже идиотская красная прядь не будет так бросаться в глаза. Впрочем, ее родители видели многих волшебников на Диагон-элле, отец всегда с восторгом воспринимал походы за учебниками. Ему нравилась необычная одежда и своеобразное поведение магов. Гермиона подумала, что егерь покажется им достаточно занятным, она продолжила, — Как должны выглядеть министерские работники. Но, может быть, ты будешь консультантом по работе с магическими существами. Тебя это устроит? — весело фыркнула она.
— Консультант по работе с магическими существами, — растягивая слова, произнес он, делая затем небольшой глоток скотча. — Звучит так, будто я муштрую лукотрусов, — они оба засмеялись. — Ладно, принято. Какая у них глубина погружения в Волшебный мир?
— Ты можешь рассказывать про зелья, волшебных же существ, например. Про Лютный вот только не надо, — выпалила ведьма.
— Я не идиот, Гермиона, — егерь состроил обиженное лицо, — прекрасно понимаю, о чем можно говорить с родителями коллеги, а о чем нет, — он постарался придать себе больше важности, чуть задрав нос. Будто бы он делал это тысячи раз.
Правда была в том, что Скабиор погряз в ужасе и полном замешательстве. Его пригласили в дом. Люди. Магглы. Родители девушки. И это было так нормально, и так не похоже на всю его жизнь, что он почти ощущал, как его внутренности наполнились осколками стекла, и теперь что-то кололо его глубоко внутри, не давая сделать вдох. Да он лучше бы еще сто раз упал с того чертового моста, чем вот это все! Однако егерь с самой юности научился великолепно держать лицо, что сейчас отчаянно и проворачивал, стараясь не показать творящиеся с ним внутри.
— Я им говорила, что работаю в Отделе контроля магических популяций. Мы вполне могли бы познакомиться, когда я изучала текущее количество лукотрусов в высокогорьях Шотландии, — ведьма пожала плечами. Скабиор послушно кивнул. Ему все еще как-то не по себе, как-то плохо. Он пару раз глубоко выдохнул. Гермиона подозрительно уставилась на него, а потом улыбнулась. Да Скабиор боится встречи с ее родными! Эта мысль отчаянно ее повеселила. Наверняка, его никогда и в гости-то никто не приглашал. Она решила подбодрить бывшего егеря.
— Не переживай, просто поедим, поговорим. Они не сожрут тебя, — усмехнулась она, весело смотря на него. — Надеюсь, ты ответишь тем же.
— Постараюсь, — МакНейр вымученно улыбнулся, он сжал руки в замок, усилием воли удерживая их на своем колене в расслабленной позе.