Неопытный некромант (СИ)

– Спектакль окончен, – произнёс я. – Нудной, снимай шайтан-девайс.
Было мало, но зрелищно. Местные такого в жизни не видели, а мы бесплатно показываем. В следующий раз, если будут патроны, надо начинать брать деньги…
Стратиг обнаружился на главной площади, в окружении десятка чёрных гвардейцев.
– Ты убил его? – спросил Комнин.
– Не знаю, – пожал я плечами. – Может, да, может, нет…
– Грохот – это твоя работа? – спросил стратиг.
– Да, – кивнул я.
– Вот эта вещь вызывает грохот? – указал Комнин на шайтан-девайс.
– Она, – ответил я. – Артефакт мощнейший, но требует серьёзных вложений и не пригоден для частого использования.
Ресурс ствола у АКС-74У [26] – дай бог каждому, но что он без патронов? Правильно! Стальная дубинка!
Только вот стальных дубинок, ещё и остро заточенных, тут у каждой твари по паре, а автомат только у меня…
– Мы должны поговорить о некоторых вещах, – заявил стратиг. – Идём во дворец.
– Как скажешь, стратиг, – согласился я.
Воины стояли на стенах, буквально на старте, ожидая реакции персов, но те бездействовали. Вероятно, кого-то мы, всё-таки, достали и теперь у них неразбериха с вертикалью управления. Ведь даже если сдох или сильно потерпел кто-то из высших командиров, подчинённые должны впасть в лёгкую, или даже совсем нелёгкую, панику.
Кабинет, где обычно работает Алексей Комнин, был заперт на ключ, поэтому пришлось дождаться прибытия Акакия, который не только эконом, но ещё и хранитель ключей.
Стратиг стоически терпел проволочки и молча ждал, пока едва проснувшийся Акакий найдёт нужный ключ.
В кабинете Комнин уселся за письменный стол и ожидающе уставился на меня.
– Так? – спросил он.
– Что «так», стратиг? – не понял я его.
– Я хочу побольше узнать о твоей броне, – пояснил Комнин. – Никогда такой не видел. Расскажи, а лучше покажи.
– Нудной, шайтан-девайс в хранилище, а сам принеси сюда броню миланского типа, которая вторая, – дал я указание немёртвому.
– Шайт… что? – недоуменно вопросил стратиг. – Вот этой вещью ты гремел со стены?
– Нудной, задержись, – остановил я немёртвого и взял у него АКС-74У. – Это артефакт, позволяющий…
Нет, то, что АКС-74У – это артефакт, просто не подлежит сомнению. Что есть артефакт? «Ars» – искусство, «factus» – сделанный. Если в широком смысле, то «сделанный искусственно», то есть не творение природы, но человеческих рук. И вообще, неужели конструкции Михаила Калашникова – это не произведения искусства? Человеческий гений, воплощённый в металле и пущенный в серию – вот, что это, я считаю.
Вкратце рассказав, что может этот укороченный автомат, я передал его Нудному и отправил его за бронёй.
– Почему ты не хочешь продать его мне? – спросил стратиг.
Мне показалось, что в его тоне были нотки обиды.
– У меня всего один такой, – пожал я плечами. – И, как ты видишь, мой человек умеет им пользоваться.
– И в этом «автомате» нет ни капли магии? – уточнил стратиг.
– В нём нет ничего, кроме тысяч часов человеческого труда, – улыбнулся я.
– То есть можно сделать такой? – заинтересовался Комнин.
– Здесь? Едва ли, – покачал я головой. – Нужна высокотехнологичная промышленность, станки, материалы, которых здесь просто не достать, а ещё квалифицированные специалисты, которые умеют работать на станках и обрабатывать материалы. Так что произвести ещё один такой же в этом мире невозможно в обозримом будущем.
На самом деле, если бы у меня был богатый источник некроэнергии на той стороне – я бы, чисто в теории, мог доставить сюда всё, что я только что озвучил. Но нахрена? Будь у меня такие возможности, гораздо дешевле и разумнее было бы привезти сюда уже готовые изделия с миллионами патронов. И хрен бы кто мог меня остановить. Никакие армии этого мира не могут противостоять мощи АК. А если притащить гаубицы и снаряды к ним…
Мощь городов, власть королей, его могущества слабей. И речь не о времени, а о 152-мм гаубице «Мста-Б». Читал о ней в журнале «Братишка», из детдомовской библиотеки. Эта штука, если мне не изменяет память, способна доставить снаряд на двадцать четыре километра, а если использовать активно-реактивный снаряд, то на все двадцать восемь. Двадцать восемь километров – это пешком идти часов семь-восемь!
 
То есть, для эффективного применения этой гаубицы обязательно нужны корректировщики с радиосвязью, военные карты, а также квалифицированные специалисты, способные отправить снаряд точно туда, куда надо. И вот мы натыкаемся на технологический и квалификационный барьер. Смысла в «Мсте-Б» никакого нет, если к ней не прилагается расчёт.
А чтобы тягать её с места на место нужен грузовик, а для эксплуатации грузовика нужна своя инфраструктура, ведь грузовики, какими бы они ни были, склонны ломаться. Значит, нужно налаживать всё это, прежде чем браться за перетаскивание в этот мир даже одной гаубицы…
Нет, я уверен, с какой-то попытки я всё же смогу отправить снаряд гаубицы в лагерь персов… Только вот кто же мне даст эту гаубицу?!
Танки? Это тоже полный звиздец!
У танков, как я знаю, ограниченный ресурс хода. Да, экипаж будет неуязвим для местных войск, но вечно сидеть в танке не получится. Даже если танк доедет до логова врага, снаряды и патроны кончатся, топливо кончится, а потом всё, конец. Бессмысленное расходование некроэнергии.
Ну уж нет. Если тащить сюда что-то, то высокотехнологичные доспехи, оружие из космических сплавов и лёгкое ручное огнестрельное оружие. Только бы выход найти.
– Обладая оружием такой мощи, ты не можешь быть уверен, убил ли сатрапа Ариамена? – спросил вдруг Алексей Комнин.
– Никогда нельзя быть ни в чём уверенным, – вздохнул я устало. – Мы не видели цель, цель могла просто отсутствовать в своём шатре в тот момент. Но то, что мы положили двадцать девять пуль, это типа стрел, только маленьких и более смертоносных, в шатёр сатрапа – это факт. Кого-то да зацепило.
– А если стрелять по его воинам? – поинтересовался стратиг.
– Они будут умирать, – пожал я плечами. – Но у меня нет столько пуль, чтобы убить их всех. Так что…
– А можешь ли ты найти ещё больше пуль? – спросил Комнин.
– Увы, но, пока что, нет, – с сожалением покачал я головой. – Будь у меня больше времени, я мог бы что-нибудь придумать…
– Времени нет, – сказал стратиг. – Что же ты скажешь о броне?
– Лучше будет дождаться моего человека, – ответил я ему.
– Будешь есть? – предложил стратиг. – Мария, принеси еды!
Спустя минуты на столе перед нами была запечённая индейка, пшеничный хлеб с дыркой, два кубка и кувшин с вином.
Ещё пришла дочь стратига, Анна Комнин. Я пообещал себе, что посёрфлю интернет, чтобы узнать об этих двоих. У меня в голове крутилась мысль, что эти двое – непростые индивиды. Что-то на них должно быть и у нас…
– Благодарю за стол, – приподнял я кубок, отсалютовав Алексею и Анне.
– Откуда ты, Алексей? – спросил вдруг стратиг, приложившись к кубку. – Я вижу по твоему поведению, что ты совсем другой. Не такой, как остальные пришельцы. Я долго жил в родном мире, долго живу здесь – таких чужаков я не видел никогда. А я бывал практически везде.
– Я из другого мира, не из того, откуда ты, – ответил я.
– А так бывает? – удивилась Анна.
– Бывает по-всякому, – вздохнул я, прикладываясь к кубку.
Вино тут, конечно, не родня нашему, из алкомаркетов Владивостока… Тут оно какое-то более натуральное, что ли. Ну и с привкусом оливкового масла – его наливают в вино для более длительного хранения. Оливковое масло разливается тонким слоем на поверхности, предотвращая окисление вина. Просто, надёжно, дёшево. Правда, вкусовой элемент оливкового масла в вине явно лишний…
А ещё есть привкус смолы. Я, конечно, не сомелье, но мои вкусовые рецепторы, лишённые возможности убивать себя об острую лапшу быстрого приготовления, стали очень чувствительны к некоторым вкусовым нюансам местной еды. Здесь всё натуральное, так как консерванты и вкусовые добавки производить ещё не научились, поэтому так вкусно, как во дворце стратига, я ещё никогда не питался.