Начало пути (СИ)
В ответ я выдал стишок на русском "... идет бычок качается, вздыхает на ходу, вот досточка кончается, сейчас я упаду". Пусть считает, что раб ни бельмеса по-ихнему.
— Господин, похоже, он иноземец, язык заковыристый и острижен как демон, — сказал один из слуг Каливана, тыча пальцем в мой русый полубокс.
— Тем лучше, покажет нам свою технику боя на арене.
Японо-кочерыжка! Доигрался! Меня купили для гладиаторских боев! Нет, с оружием я совладаю — бывали времена, когда в многодневных операциях и ел и спал с ним. Но то был огнестрел на базе калаша и снайперки! А по части холодняка только короткоклинковыми владею. Мечом и секирой махать не обучен. Ни к чему это командиру спецназа.
***
Я брел, гремя кандалами, по извилистым улочкам средневекового города, с удивлением разглядывая готические облики домов. Боль от плетей прошла на удивление быстро. Кровь еще не успела засохнуть, а раны затянулись. Стоп! Как затянулись?! Грязная плеть, отсутствие медобработки — скоро должна начаться стадия нагноения, а до заживления, как до зарплаты в начале месяца.
Я ощупал раны, точнее, их места. Не осталось даже шрамов! Но прокушенная ведьмой рука и след от кинжала на груди у меня сегодня еще были! До... до того, как я узрел глубину красного камня. Он наполнил тело не только знанием, но и мгновенной телесной регенерацией?
Я царапнул кисть проушиной кандалов. Кровь из царапины заискрилась на солнце. Или это не солнце? Пока я не понял, где нахожусь. Земля ли это вообще. Скорее всего, нет. Какой-то параллельный или альтернативный мир. Через минуту я стер кровь, а царапина исчезла — вторая хорошая новость на сегодня! Интересно, а на тяжелых увечьях это работает: ногу отрастить или отрубленную голову восстановить? Может я вообще — бессмертный?!
— Шевелись, — прервав размышления, конвоир ткнул меня в спину рукоятью меча. Меня завели в каменный зарешеченный барак, примыкающий к огромному круглому строению из деревянных брусьев. А вот и арена.
Чугунные створки ворот барака нехотя раздвинулись, обнажая темный коридор. Внутри два воина, закованные в металлические латы, перехватили меня и поволокли вглубь. Дверь захлопнулась. Можно свернуть им бошки, используя скованные кисти для захвата и рычага. Но что потом?.. Кандалы без кузнеца не снять, а в таком виде далеко не уйти. Ладно, подождем, когда снимут.
Но оковы не сняли. Меня затолкали в "общую камеру" с единственным крошечным оконцем, через которое пролезет разве что кошка. Чугунная дверь камеры захлопнулась, грохнув наружным засовом.
— Встречайте пополнение, — седобородый старик в длинном рубище и кандалах вышел ко мне из глубины камеры. — Как величать тебя?
Продолжая "валять ваньку", я пробурчал какой-то слоган из рекламного ролика на русском языке.
— Иноземец?! Варвар! — оживился другой каторжанин с испещренным шрамами лицом и руками-бревнами. Казалось, если он немного напряжется, то кандалы на его запястьях сами рассыпятся.
Он приблизился и, оскалившись желтыми зубами, глянул на меня сверху вниз. Не сказать, что я мелкий, — стандартные метр восемьдесят, — но рядом с желтозубиком вдруг почувствовал себя гномом.
Я опустил взгляд в пол, слегка ссутулившись, и принял позу покорности: ни к чему сейчас стычки, о свободе надо думать, а не меряться, у кого толще. На рынке не стерпел и вот итог — теперь я гладиатор-смертник. Как говорил мой командир: "На ошибках учатся, после ошибок лечатся".
Здоровяк, воодушевившись своей устрашающей харизмой, на правах смотрящего бесцеремонно пнул меня в живот и загоготал:
— На арене такой задохлик и пары секунд не проживет!
Скрипя зубами, я уселся в угол и осмотрелся. Кроме старика и "гоблина", в камере находилось еще пятеро. Судя по лохмотьям, трое из них - пленные воины, а двое, подобно желтозубику, напоминали больше уголовников-рецидивистов, отбывающих за особо тяжкие.
— Здесь занято! — "смотрящий" навис надо мной.
Я молча передвинулся в сторону.
— И здесь занято! — не унимался он.
Похоже, что он от меня не отстанет. Ну, что ж... повезло образине — умрет сегодня героем!
Хрясь! Подсечкой я сшиб "гоблина" на пол и накинул цепь кандалов ему на горло. Несмотря на это, туша вскочила на ноги и бросилась на стену, пытаясь расшибить меня о каменную кладку. Я извернулся, просунув ногу ему под локоть. Рванув ногу на себя, я выдернул его руки, сцепленные оковами, в сторону. От рывка его немного развернуло, и вместо того, чтобы припечатать меня, он врезался плечом в стену. Я висел на нем как питбуль, стягивая цепь на шее. Его лицо налилось свинцом, а губы посинели. Сдавленный хрип, и великан сполз по стене.
— Добей его! — в азарте крикнул один из "уголовников".
Я и сам знал, что самый опасный зверь - это недобитый враг. Но поверженного врага можно превратить и в союзника, а это сейчас важнее. Я скинул цепь с его шеи и отошел в сторону. Спустя минуту "гоблин" с трудом поднялся. Наступил момент "Х" — сейчас либо он кинется на меня вновь, либо, оценив мое великодушие, пойдет на мировую.
Здоровяк зыркнул на меня исподлобья и, потерев шею, промычал:
— Посмотрим, иноземец, насколько ты верткий против меча на арене.
***
На следующий день камера распахнулась, и вошел Каливан в сопровождении трех арбалетчиков и пятерых меченосцев:
— Сегодня у вас есть возможность купить свободу кровью. Если выживете на арене, то по законам славного города Даромира, вам будет дарована свобода, будь ты преступник иль пленный воин. Вам будет позволено остаться в городе, при условии соблюдения его законов и подчинения нашему правителю королю Солту.
Стражники связали всех в одну сцепку и вывели в коридор. Каменные ступени вели вниз, пока не уперлись в массивную железную дверь. Каливан постучал по ржавому металлу, и смотровое окошко откинулось. В проеме появилась бородатая морда стражника. Он оценивающе осмотрел процессию и молча отпер дверь изнутри.
Мы попали в огромную клетку, охраняемую копейщиками. По очереди просовывая руки сквозь прутья, мы лишились кандалов. Кузнец сбивал штифты умелыми ударами молота. Руки свободны! Но при малейшей попытке приблизиться к запертой двери клетки, копейщики тыкали в нас пиками сквозь прутья решетки. Выйти из новой тюрьмы, не превратившись в кусок мяса на шампуре, было невозможно.
Через час появился Каливан и махнул седобородому:
— Первым пойдешь, следующими готовьте Скалу и Иноземца.
Старик послушно побрел к двери. Клетка распахнулась, а копейщики ощетинились. Седобородый исчез в темном коридоре. Издалека послышались приглушенные крики толпы. Действо начиналось...
Спустя минут пять вывели нас с желтозубым. Быстро старика угробили, подумал я, прощаясь с жизнью.
Недолог оказался мой век, но за свои тридцать пять я повидал многое. Лишь одно терзало — никчемное прожигание последних лет, отсутствие страха поймать пулю на работе — все это вдруг показалось пустым и фальшивым. А то, настоящее и глубокое, я похоронил когда-то в себе...
Нас затолкали в каменный зал и захлопнули дверь. Твердь пола щетинилась оружием: щиты, мечи, копья, алебарды, секиры валялись вперемежку повсюду.
— Выбирай оружие, иноземец! — Желтозуб схватил огромный меч и примерил круглый дощатый щит, обитый железом. — Сегодня мы с тобой в паре, надеюсь, оружием ты владеешь.
Сделав вид, что не понимаю его речи, я порылся в арсенале. Меч или копье? Мечом владеть - нужен навык, копьем проще, тренированное тело и реакция помогут. Но против бойцов, с малых лет упражнявшихся на мечах, шансов у меня ноль. Жаль, кинжалов и ножей нет, метнуть во врага нечем. С булавой еще сложнее. Центр тяжести и точку опоры постоянно держать надо, чтобы не открыться под удар. Ну а секира - так вообще экзотика, замах не успею сделать, как меня выпотрошат.