Начало пути (СИ)
— Ты не можешь мне запретить, Молот... Я королева.
***
Полуденное солнце играло на черных сверкающих доспехах Тэпии. Вороная коса струилась из-под черного шлема, украшенного алмазами. Воительница сжимала лук, словно скипетр, за спиной полный стрел колчан.
Сотня наших лучших бойцов вытянулась в цепь за спиной королевы. Напротив нас в ста метрах сотня вражеских солдат во главе с Солтом. Я судорожно всматривался в их лица. Ведьмы среди них вроде нет. Но в чем тогда подвох? Он обязательно должен быть — я это чувствовал. Не мог Солт просто так, рискуя жизнью, согласиться выйти в поле на поединок. Что-то здесь не так! По условиям поединка каждая сторона могла взять с собой сто воинов. Ведьме присутствовать было запрещено.
Солт, облаченный в доспехи цвета золота, обнажил меч и, подняв щит, прокричал:
— Готова ли королева Тэпия к священному поединку?
Тэпия подняла лук и крикнула:
— Я готова смыть твои грехи твоей же кровью!
— Да прольется древняя кровь! — махнул рукой Солт.
Бой барабанов раскатами прыснул по долине. Солт, прикрываясь щитом, с криком побежал вперед. Тэпия наложила стрелу и спокойно зашагала навстречу.
— Стреляй! — крикнул я. — Не дай ему подойти!
Но королева продолжала идти. Вот щит короля дернулся на кочке, открыв на секунду корпус, и стрела ударила в брешь, пробив доспехи и левое плечо.
— Да-а! — закричал я.
Король взвыл, но чуть замедлившись, продолжал бежать. Тэпия пускала стрелы одну за другой, те отскакивали от щита словно горох. Вот Солт уже в двадцати метрах. Бум! Стрела нашла щель между щитом и доспехами, но отрикошетила от покатой геометрии лат.
— Черт! — я сжимал молот, еле сдерживаясь, чтобы не рвануть вперед.
Воительница била почти в упор, но король, укрывшись за щитом, медленно подбирался все ближе и ближе.
Следующая стрела полетела в ноги, скользнула по округлой чашке колена и вонзилась в землю. Плохо дело...
После очередного выстрела король бросил щит и в два прыжка очутился возле Тэпии. Воительница спешно накладывала стрелу. Солт рубанул сверху. Тэпия увернулась, натягивая лук. Меч отсек вороную косу и провалился в пустоту. Бум! — стрела почти в упор вонзилась в грудь короля, пробив доспехи. Вскрикнув, Солт упал на спину. Тэпия опустилась пред ним на колени. Солт лежал на земле, часто дыша.
— Прости меня, — поперхнувшись кровавым кашлем, прохрипел он. — Я не хотел, чтобы так все закончилось…
Тэпия осторожно сняла с его головы шлем и провела рукой по посеревшей щеке:
— Я прощаю тебя, брат...
— Прошу помоги... — Солт протянул трясущуюся руку.
— Т-с-с, теперь все хорошо, не волнуйся... Я с тобой...
Воительница выдернула стрелу из груди короля и вонзила ему в висок...
***
Победа нагрянула нежданно. Город ликовал. Торжество захлестнуло Астрабан.
— Слава королеве! — кричал народ на каждой улице, на каждой площади. Я радовался не меньше. Одолеть превосходящего противника вдвойне приятно, ведь победа над слабым подобна поражению.
Но что-то не давало покоя. Неясная тревога точила сознание. Чуйка меня никогда не подводила. Почему хитрый и расчетливый Солт решился на поединок с сомнительным исходом? Куда делась ведьма? Ну да ладно... Отбросим пессимизм. Солт мертв, войско его завтра присягнет королеве. Нужно уметь находить радость в каждом моменте жизни — это лучший способ привлечь удачу.
По уложению о Королевском поединке, побежденного с почестями погребали в родовом склепе в подземелье замка Астрабана. Похороны Солта назначили на завтра, совместив их с коронацией Тэпии на трон Объединенного королевства.
Приготовления к народным гуляньям велись вовсю. На площадях на дымящихся вертелах жарили сочных барашков, стряпухи раздували печи, трактирщики выгребали запасы вина и рома из своих закромов.
В очередной раз я спустился в подвал королевского замка. Солнечный свет сюда совсем не проникал. Шаги отдавались эхом в мрачных коридорах. Трепещущий факел то хирел, то вспыхивал вновь, словно боялся своей тени на заскорузлых каменных стенах. Ступени вели вниз — навстречу могильному холоду. Вот и тюрьма. Я постучал в толстенную дверь. Смотровое окошко скрипнуло, откинувшись на проржавевших петлях.
— Сейчас открою, господин командующий! — воскликнула толстая морда тюремщика из проема окошка.
— Для тебя я Молот, сколько раз тебе говорить, Леар!
— Прости, Молот! Никак не привыкну, ты все-таки командующий...
— Я провел два долгих месяца здесь в заточении не для того, чтобы забывать старых друзей.
Дверь распахнулась, и мы обнялись. Леар отвел меня в старую часть тюрьмы, где содержались самые опасные и безнадежные преступники.
— Дальше я сам, — остановил я Леара.
Я повернул ключ в скважине. Почерневшая дверь гулко заскрежетала. Я вошел в темный коридор. Свет факела таял, не проникая дальше в черную глубь.
— Не прячься, Кремень! Я тебя чую... — крикнул я в темноту.
Бесшумная тень скользнула мне навстречу. Через мгновение передо мной выросла фигура, одетая лишь в подобие набедренной повязки...
— Ты изменился, — сказал я парню, рассматривая его жилистое тело. — Как часто ты тренируешься?
— Дважды в день... Когда меня выпустят, хозяин? — черные глаза парня сверкнули нетерпением, и он закрутился на месте.
— Скоро! Десять лет ты терпел — потерпи еще немного.
— Я хочу увидеть людей... я больше не буду убивать. Ты научил меня...
— Ты пока не готов. Обещаю тебе, скоро...
Я ударил парня молотом. Тот, увернувшись, вцепился мне в горло тонкими пальцами. Я выкрутил его кисть и, оторвав от себя, швырнул на каменный пол. Он тут же вскочил на ноги.
— Молодец, — сказал я, — Урок всегда быть начеку и никому не доверять ты усвоил. Но какую ошибку ты допустил?
— Никогда не делай в бою того, чего не сможешь довести до конца.
— Правильно, ты сможешь меня задушить, только если возьмешь горло в гильотину со спины, а ты напал спереди. А какую ошибку допустил я?
— Не оставляй врага своего недобитым. Добивай его быстро и без лишних движений.
— Молодец! Я должен был тебе свернуть шею, а не отшвыривать от себя...
***
Трубили трубы, били барабаны. Флаги трепетали, взывая к стихии ветра возрадоваться во славу Королевы. Центральная площадь Астрабана превратилась в живое море людей.
Народ ликовал, встречая новое утро, новый день, нового правителя двух королевств. На каменном помосте трон из белого камня. Прекрасная воительница восседала на нем. Я стоял по правую руку от нее. По левую возвышался Скала. Народ приветствовал нас поднятыми над головой руками. Королева встала, и люд умолк.
— Граждане Астрабана, сегодня мы провожаем в воды вечности короля Солта, смывшего кровью и смертью свои прегрешения! — торжественно произнесла она. — Затем солдаты Солта преклонят колени, и произнесут клятву верности своей королеве.
— Да-а! Да! — закричали люди.
Безоружная армия Солта еле втиснулась на площадь. Тэпия желала, чтобы они присягнули на верность в полном боевом обмундировании, но я настоял на том, чтобы их разоружить.
На площадь вкатилась открытая сверкающая повозка, украшенная золотым орнаментом. На повозке лежал массивный гроб, высеченный из красного камня.
— Поднимите крышку! — махнула рукой Тэпия.
Четверо воинов с натугой и скрежетом еле сдвинули крышку. Посеревшее лицо Солта мертвым ликом уставилось в небо. Пальцы короля сплелись, сжимая рукоять фамильного меча с посеребренным клинком.
— Объединенное королевство прощается с королем Солтом! — прокричал глашатай.
Жидкие потоки людей от бывшего войска захватчика потянулись к гробу. Скорбящие кланялись, а кто-то целовал труп в холодный лоб.
К гробу скользнула женская фигура в черном балахоне до пят. Она наклонилась над мертвецом, что-то бормоча. Ее рука коснулась лица Солта. Несмотря на балахон, я узнал знакомые очертания. Твою мать! Это Лана!