Начало пути (СИ)
Я изучал расположение войск Солта — мои разведчики круглосуточно наблюдали за лагерем и часовыми противника.
Долгую осаду Астрабан не выдержит. Запас провианта не бесконечен, а ожидание опасности деморализует и снижает боеспособность солдат. Кто-то из великих сказал: "Я предпочел бы умереть значимой смертью, чем жить бессмысленной жизнью"... Пора переходить к плану "Х"...
Я приказал разведчикам собрать трупы павших солдат, гниющие под крепостными стенами. Три ночи подряд бойцы "особой гвардии" под покровом темноты ползали, собирая мертвечину, складывая тела наших и вражеских солдат в окрестном леске.
Семьям погибших пришлось сообщить, что тела павших героев захоронены за стенами города. Но как кощунственно это не звучит — хоронить я их не собирался. Закон необходимости сильнее догм морали. Иногда он заставляет делать то, что нам не нравится, дабы предупредить зло, которое еще больше не пришлось бы нам по вкусу.
На четвертую ночь я и десять моих гвардейцев спустились по веревкам с крепостной стены и, преодолев ползком открытое пространство, скрылись в лесу.
Вернулись только под утро смертельно уставшими и грязными, как черти.
— О том, что мы сделали, никто не должен знать, — сказал я бойцам на подходе к городу.
Начинало светать, нужно было торопиться. Я издал волчий вой. Он раскатами прокатился по степи. В ответ на мой сигнал из бастиона вывалилась веревочная лестница. Цепочка бойцов быстро вскарабкалась на стену. Я лез последним.
— Как все прошло? — спросил Скала, протягивая мне руку и помогая перебраться через зубцы бруствера.
— Все нормально, мертвые не скажут, а мы промолчим...
На следующий день, ближе к полудню в лагере Солта началась беготня и суета. Крикидонеслись до города.
Ко мне в комнату вбежали встревоженные командиры.
— Господин командующий, — задыхаясь, крикнул один из них. — Во вражеском лагере суета, наверное Солт собирается штурмовать город.
Я спокойно откусил пышную булку и, отхлебнув чаю, ответил:
— Разведчики следят за лагерем круглосуточно. Поводов для беспокойства нет — сигнала от них не поступало.
К вечеру шум в лагере Солта усилился. Чуть поодаль вражеские солдаты копали ямы и что-то туда сбрасывали.
— Ты слышал, что случилось с войском Солта? — спросила меня Тэпия за расширенным ужином, на котором собрались члены Большого Совета. — В лагере врага начался мор.
— Да, разведчики доложили. Мертвечина попала в реку чуть выше по течению от лагеря и вода отравила солдат. Наверное, какое-то крупное животное сдохло... Лось или медведь.
— Медведи сюда не забредают, а лосей в окрестных лесах истребили еще во времена Эбриана.
— Значит, нам повезло, за это надо выпить, — улыбнулся я, наполняя свой кубок кровавым вином, и наклонившись, шепнул. — А тебе, дорогая, алкоголь нельзя...
По приблизительным подсчетам разведчиков мор унес жизни около пятисот вражеских солдат. Это гораздо больше, чем я рассчитывал — сыграло на руку отсутствие знаний об антибиотиках. Еще столько же валялись с жестоким отравлением.
Если бы у меня была небольшая, но обстрелянная армия хотя бы в тысячу мечей и копий, не раздумывая, перешел бы в наступление. Другого такого момента больше не будет. Вот только моих полувоинов-полукрестьян едва набиралось шесть сотен, не считая десятка спецгвардейцев-диверсантов и нескольких десятков обычных гвардейцев.
Но оставлять в покое Солта я не собирался. Есть два способа избавиться от врага: сделать его другом, либо уничтожить. Первый способ сразу отметаем. Да и я не на дипломата обучен...
***
Ночь взяла в объятия равнину. Звезды спрятались за облаками, погрузив степь во мглу. Но я все прекрасно видел. За мной ступала цепочка диверсантов и два десятка лучших лучников. Вот и палатки лагеря легиона, окруженные свежими могилами — последствиями мора. Мы растянулись вдоль лагеря, не доходя до него метров ста, избегая встречи с дозорными.
— Приготовиться, — вполголоса скомандовал я. — П-пли!
Горящие стрелы с промасленной ветошью на наконечниках разрезали темноту. Огненный дождь сыпал на шатры, съедая их в считанные секунды.
— Все! Уходим! — крикнул я, уводя отряд в лес.
За нашими спинами полыхал лагерь. Крики людей и ржание мечущихся лошадей смешались с треском пожара. Горящие люди катались по земле, разнося пламя вглубь палаточного городка. Едкий удушливый дым расползался по округе.
Глава 14
Глава 14
Пожар в лагере унес жизни около трех сотен солдат. По большей части, это были лежачие больные, отравившиеся накануне "мертвой водой" и раненые в битве воины. Они не смогли вовремя покинуть палатки, кто-то сгорел заживо, кто-то задохнулся от дыма.
Потеря раненых не ослабила армию Солта, наоборот — король избавился от лишних ртов и забот. Недаром говорят, что войны — это прославляемое злодейство. На войне я всегда использовал свои лучшие качества, чтобы делать самое худшее...
Но бонус от диверсии с поджогом все же был, и немалый... Сгорели почти все повозки с провиантом. А значит, у короля три пути: отступить, что наименее вероятно; попробовать вновь взять город штурмом, тоже не лучший вариант — численность его армии сократилась почти вдвое, а моральный дух и боеспособность и того больше; отправить гонцов в Даромир за подводами с провизией. Почти две недели пути через леса до Даромира. Обратно три недели в обход по Торговому пути — повозки только там пройдут. А если еще дополнительно пехоту прихватить, то пройдет все четыре недели. Этот вариант меня больше всего устраивал. Я успел бы собрать дополнительное ополчение с окрестных деревень и в конец измотать вражеский корпус диверсиями и ночными вылазками. Но Солт выбрал четвертый вариант...
***
— Всадники! — прокричали дозорные на крепостной стене.
Я взобрался на бастион, вглядываясь в утреннюю дымку. Из тумана показались четыре фигуры наездников с флагами. Белыми?.. Нет. Красные драконы змеились на белых полотнищах. Боевые флаги!
— Все на стену! — закричал я. — Расчетам занять боевые позиции! Наложить стрелы!
Солдаты забегали, хватая оружие и взбираясь на стену. Суматохи удалось избежать — все отработано многодневными тренировками. Но почему не предупредила разведка? Всадники оказались одни.
— Они атакуют вчетвером? — воскликнул Герт.
— Похоже, что они не собираются атаковать, — ответил я. — У них нет оружия. Это гонцы, но несут весть не о переговорах или перемирии, а о чем-то другом...
К сожалению, я оказался прав. Гонец ступил в тронный зал и, преклонив перед королевой колено, произнес:
— Его величество король Солт предлагает королеве Тэпии разрешить войну Королевским поединком. Победитель сядет на трон обоих королевств, объединив их под своим началом.
Глаза Тэпии сверкнули, а кулаки сжались, она встала с трона:
— Кто будет биться со стороны королевства Солт?
— Сам король! — ответил гонец. — Каков ваш ответ?
— Ожидай моего решения за дверью. Гонец в сопровождении четырех стражников покинул зал, и мы остались одни.
— Что за поединок? — спросил я. — Отправь меня биться.
— В поединке могут участвовать только те, в ком течет королевская кровь.
— И кого ты собираешься выставить?
— В королевстве Тэпия лишь я носитель древней крови.
— С ума сошла!.. — я еле сдержался, чтобы не залепить ее величеству подзатыльник. — Какой из тебя боец? К тому же, ты беременна!..
— Мое состояние не повлияет... мое оружие — лук, — голос Тэпии стал ровным. — Нужно покончить с этим... Если нагрянет подмога из Даромира, Астрабан падет, и я все равно умру. А народу погибнет гораздо больше.
— Нет! Солту нельзя верить! Я против!