Останки Фоландии в мирах человека-обычного (СИ)
Хлопки от игры в монетку резали перепонки Кирка, нервировали, немного пугали, впрочем, не только Кирка: дядя Джон сосредоточенно пялился в лицо Фирлингтона, а тот продолжал:
— Когда все произошло, год назад, я был в лесу. Я хорошо знал лес и имел в нем тайное пристанище. Неподалеку от горы Мирис у меня есть землянка, спрятанная в полосе молодых елей. Однажды я нашел в горе комнату. Выдолбленную пещеру. Полагаю, она ничья, заброшенная и забытая… как я сам… — вдруг добавил он и в очередной раз ударил ладонью о ладонь: — И там был шебрак. Я не понял, как он работает. Но это точно был шебрак! Возможно вы знаете, когда берешь в руки такой предмет, чувствуешь…
Ах, толлам не понять! Это страшная тоска, когда ты лишен шеб. Ты видишь шебрак, но бессилен использовать его.
Возможно, если бы я достиг нужного возраста, родители открыли бы мне особенные навыки, возможно я не был бы так беспомощен в этом мире…
Впрочем, какая теперь разница?
Итак, год назад, сидя в своем земляном укрытии, я это ощутил! Я ожил и от счастья чуть не обезумел. Я творил, я создавал, я просто стал собой. Когда я сжился с тем, что жизнь обрела смысл, я вернулся в гору Мирис и нашел в ней тот шебрак. Он светился!
Фоландец вдруг замолчал. Казалось он раздумывает рассказывать дальше или нет. Вскоре он прошептал:
— Шебрак… Шебрак… — и сжал монету в кулаке. — Я думаю он важен! — заговорил он в полный голос. — Вчера я забрал его и… и перепрятал. Возможно именно ему я должен быть благодарен за буйство шеб, год назад зачавшееся в этом месте; и одна из них, подсказанная моими собратьями шеба, случившаяся в лесу сегодня, привела меня в этот дом! В дом, где живут люди, знающие о моей Фоландии. Мечтатели… Эти голоса… Они так мудры…
— Вы должны показать мне этот шебрак, — сказал Джон. — И еще! Каким образом вы выдернули Кирка из… — он запнулся. — Как вы переместили его в лес? Кто научил вас? Собратья — это кто?
— Простите, но вам я не открою этих знаний. Я готов сотрудничать лишь с мечтателем, и только, если он поможет мне найти эту… эту Пэнто! Ее требуется обезвредить! — он заговорил на повышенных тонах. — Надеюсь сейчас вы понимаете это? Она опасна! Она виновата в моем бессмертии, в моем страдании и бесконечном одиночестве!.. В том, что сотни лет я жил неполноценно! Я был шебишем без шеб! Уродом среди толлов, среди обыденности и никчемности!.. Мне нужен один, сильный шебиш-союзник, помощник; тот, кто знает где она прячется. Мне нужен надежный человек. Я не хочу потерять надежду на месть из-за!..
— Понятия не имею кто такая Пэнто и где ее искать, — дядя Джон прервал уже практически кричащего Фирлингтона.
— Бессмертная женщина! Вы должны знать! Я раскрылся вам лишь потому, что мне хотелось выговориться людям, которые не посчитают меня безумцем. Я мог рассказать все это лишь вам двоим. Вы должны понять меня! Вы просто обязаны мне помочь! Моя миссия благая. Надо убить Пэнто и освободить меня от бремени, которое я не понимаю. Безысходность. Моя вина… За что? Я не сделал ничего плохого!
Джон смотрел на Фирлингтона:
— Не смогу вам в этом помочь.
— Поймите, если вы правы и мне некуда возвращаться; если мой мир исчез, то что мне остается? Мне нечего терять! Мне останется лишь… Я не хочу снимать фоулк и брать то, что мне нужно силой…
— Это и ни к чему, — Джон опять вытащил револьвер.
— Это тоже ни к чему, — ответил Фирлингтон.
— Вы угрожаете нам, но мы и вправду не знаем Пэнто.
— Вы знаете!
— Нет!
— Знаете! И, Кирк, вы поможете мне найти ее! — сказал вдруг Фирлингтон. — Твой дядя враждебно настроен, потому вся надежда на тебя. Надеюсь ты готов?
— Как? С чего вы взяли? — удивился такому повороту мальчик.
— Но в последний раз я все-таки спрошу. Джон, а ты готов помочь мне?
— Я не смогу…
Фирлингтон коснулся монеткой рукава рубахи, аккурат над фоулком на запястье. Шнурок, повинуясь невидимой шебе, зашевелился под тканью и вскоре он, словно жидкая ртуть, вытек на ладонь Фирлингтона. Дядя среагировал — он выстрелил, но Фирлингтон похоже подготовился заранее. Видимо он сплел некую мечту еще задолго до использования фоулка. Пуля замедлилась и застряла в метре от столетнего рассказчика. Дядя рванул к Фирлингтону с выставленным вперед револьвером, но фоландец легким кивком головы поднял дядю к потолку. Дядя стрелял еще, но было бесполезно. Он открывал рот, наверное, кричал, но Кирк не слышал даже писка. Мальчик вжался в бархатистую штору, словно желая утонуть в ее глубоких складках. Дядя уменьшился в размере и стал прозрачным. Вскоре руки, ноги, голова образовали ровные грани, и Фирлингтон щелчком сместил с полки в шкафу одну из книг, уложил ее на стол, а на ее место поставил потрепанную книжку, бывшую когда-то человеком. Кирк побледнел, он боялся даже открыть рот, чтобы закричать или позвать на помощь. Он смотрел на отблески света свечи, прыгающие по серебристым и позолоченным буквам на сотнях переплетах в огромном книжном стеллаже и уже не помнил какая именно книга была его дядей.
Фоландец улыбнулся, подошел и, спрятав руки в карманы, склонился над Кирком:
— Не думай о дяде, он неудачник, но главное… Главное ведь другое. Так?
— Что? — прошептал Кирк. — Не надо… Я не…
— Главное это твое желание, — он медленно кивнул: — Ты хотел бы стать шебишем?
Кирк дрожал, но мысль по воле страха или же отчаянно желанная соскользнула с губ Беккета-младшего еще до того, как он смог обдумать ответ:
— Хотел… — он прикрыл рот ладонью, которая тут же соскользнула ниже, ухватила его шею. Кирк кивнул: — Хочу! Очень хочу! — он оторопел от слов, что рвались наружу. Кирк устало выдохнул и тихо произнес: — Больше всего на свете…
— Отличный ответ! То место, откуда ты пришел… Ведь это не Воллдрим? Это даже не Земля?..
— Нет…
— Прекрасно! — на физиономии Фирлингтона читалось наслаждение, он закатил глаза и положил руки на плечи Кирку, потом заглянул, словно не в лицо, но в душу мальчишки: — А теперь я объясню тебе как найти Пэнто, а после того, как мы проучим ее, я сделаю из тебя шеби… мы превратим тебя в мечтателя!
Глава 20. Мечтатель, скорбный властелин?
Кирк шел домой и перебирал в памяти всех мечтателей-женщин. Молодых и не очень. Пэнто бессмертна, она не старится. Но вдруг она сразу была пожилой? Возможно Пэнто старуха!
Одно он знал точно: случись, что Ясмин окажется этой загадочной Пэнто, то он, не задумываясь, откажется от мечтательства. Много дней разбирая свое общение с Ясмин и эмоции, которые в нем бушуют, он наконец понял, что влюбился. А ведь когда-то он считал влюбленностью свои чувства к Элфи.
Кирк улыбнулся. Теперь он понял разницу между дружескими или скорее братскими чувствами, и чувствами к девушке. Девушке, ставшей столь значительной и желанной. Он хотел поцеловать Ясмин, обнять и даже больше.
Судьба дяди заботила его, но он заставил себя верить Фирлингтону. Фоландец — чудной мечтатель, он не причиняет вреда себе и другим. Так он сказал!
Сегодня, час назад, когда Воллдрим готовился проснуться, в доме Джона Беккета появился Рэмон и забрал Кирка на Изнанку. Сказал — зайдет к нему позже, поможет с обожженной рукой. Похоже он ничего не заподозрил, а посещение дяди Джона в Воллдриме было его обычным делом. Как же глупо выглядели теперь в глазах Кирка военные, патрулирующие дома и улицы. В Воллдриме шатались целые толпы мечтателей, а вояки не имели понятия об этом!
Фирлингтон к приходу Рэмона уже два часа как ушел, но перед этим пообещал, что Кирк станет мечтателем. Мальчишка так желал обрести способность кроить миры и жизни на свой лад, но готов ли он совершать ужасное ради обретения этого великого дара? Он размышлял и выбор, казавшийся пару часов назад очевидным, теперь страшил мальчишку.
Рассказать все Рэмону?
Он решил не торопиться. Для чего нужен интеллект? Чтобы качественно все проанализировать. Спешить не стоит… Нет, не стоит.
Пэнто — это точно не Элфи. А может ее мама? На Изнанке больше сотни женщин! Придется проверять каждую… Лилианна? Ха! Толлы не в счет!