Паутина дорог (СИ)

Незаметно наступила осень, покрыв золотом всю зеленую листву, кроме хвои. Нежные листья прекрасных цветов пожелтели и пожухли, а потом и сами цветы склонили головы перед неумолимой непогодой. Дейна не очень любила эту серость, но куда сильнее ее тревожило нехорошее предчувствие.
Их не представили хану по некоторым причинам. О них не забыли. За ними следят.
В двадцать третий день месяца Нонис она, вместе со своими соседками покинула утром комнату, чтобы пойти на завтрак, а потом на занятия. Ничего не обещало беды или проблем, разве только это бесконечное беспокойство, разъедающее душу, не давало покоя и лишало сил. Шагая мимо высоких окон, Дейна время от времени кидала в них быстрые взгляды, но не видела ничего нового.
Вторая часть белой полукруглой постройки. Позади нее — роскошный разноцветный лес. Не видно даже уголка ворот дворца хана, не говоря уже об его слугах. Единственное, что привлекло внимание девушки и обеспокоило ее сильнее — это черная карета. Она въехала прямо под окна жилого корпуса академии, окруженная шестью вооруженными солдатами.
Девушка, идущая позади Дейны, тоже заметила это и мигом переменилась в лицо. Зорко посмотрев на побледневшую иностранку насмешливыми черными глазами, она жеманно захихикала и сказала несколько слов своим подругам.
Те возбужденно зашептались, с презрением поглядывая на Дейну.
Она продолжала идти вперед — гордо, спокойно, и с полным непониманием происходящего.
* * *
Возле распахнутых дверей столовой Дейну поджидали стражники хана, закованные в броню — двое мужчин с угрюмыми, непроницаемыми лицами. При их виде соседки Дейны испугались и отступили назад, не пожелав идти вслед за ней, пока неизбежное не случится.
— Дейна Морлан, — переводчик вынырнул из ниоткуда, она его даже не заметила. — Вы арестованы по подозрению в шпионаже, в пользу Нордении.
— Что?! Нет!
Она ахнула от захлестнувшего ее шока, и резко подняла руки, чтобы выстроить вокруг себя воздушный барьер. Сердце дико колотилось в груди, к щекам прилила кровь, пересохло во рту, но стихийная ведьма должна колдовать, чтобы защитить себя! Солдаты переглянулись и нерешительно отступили назад, но тут переводчик, этот несносный Изао Нао, подался вперед.
— Взять ее!
Приказ не возымел нужного действия. Стражники боялись стихийной магии. В отличии от острой стали, она довольно непредсказуемая, а значит куда опаснее. Пугливо отшатнувшись, они немигающими взглядами следили за каждым движением Дейны.
Наверное, она делала все неправильно и нужно было схватить любую из испуганных соседок, чтобы ей позволили уйти. Но Дейна попала в такую ситуацию впервые, и вообще была очень довольна простым, как ей казалось, выходом из положения. Если бы не проклятый Нао, она смогла бы защититься.
Негодяй подбежал к ней и дал звонкую пощечину, заставляя тем самым опустить руки, отказаться от заклинания.
Отшатнувшись, Дейна с трудом удержала равновесие, и ее тут же оглушил пронзительный визг соседок. Да чего же они так боятся?!
— Не подходите! — громко крикнула она, опираясь на гладкую холодную стену. — Я — одаренная ведьма! Я не позволю…
Крик застрял в ее груди, когда подло подкравшиеся девицы сбили ее с ног и навалились сверху, удерживая прижатой к полу. Они ничего не поняли из норденийской речи, но прекрасно оценили ситуацию, и поступили во благо рантеранского правительства.
Дейна еще барахталась и брыкалась, когда подбежавшие стражники отогнали девушек, схватили ее за руки и рывком заставили подняться. В висках неистово стучала кровь, волосы растрепались от яростного сопротивления и закрыли собой лицо.
— Вы арестованы! — повторил Изао. — Сейчас вас проведут в королевские темницы, а потом подвергнут допросу. Для вашей же выгоды советую отвечать правдиво и подробно!
— Катитесь в Бездну! — прорычала она, сверкнув глазами.
Иногда Дейну накрывало гневом, как сейчас. Злость помогала выжить, прийти в себя, свыкнуться с неизбежным. Она же выручила девушку и сейчас, хотя в руках стражников драться было бесполезно. Встряхнув Дейну, они потащили ее дальше по коридору, мимо столовой. К выходу из академии.
 
— Не забудьте про антимагические меры! — крикнул вслед переводчик.
Не слишком ли он много на себя берет?!
Дейна сумела оглянуться, чтобы крикнуть ему эти яростные слова, но они уже свернули в соседний пустой коридор. Изао остался далеко позади, а вот Леон…
Рыжеволосого мага выволокли из другого крыла, таща следом за Дейной. Кто-то из стражников сзади крикнул что-то одобрительное ее мучителям, а тот радостно засмеялся и толкнул шпионку в спину. О магии сейчас можно было забыть, оставалось пользоваться скромными познаниями в истории и дипломатии, а может, если повезет, сыграть по чужим правилам.
Если, конечно, от нее здесь и сейчас зависит хоть что-нибудь.
— Дейна, держись! — прерывистый крик Леона подарил ей тепло и надежду. — Я тебя не оставлю!
Их уже вывели на холодную улицу, чтобы усадить в карету, и Дейна не могла обернуться к другу — слишком быстро ее тащили. Но едва оказавшись в знакомом темном пространстве, за плотно закрытыми дверцами, она подождала, пока Леона втолкнут следом за ней, в карету, и погладила его дрожащую бледную ладонь.
— Я тоже тебя не оставлю, — произнесла она дрожащим голосом.
Карета тронулась с места.
Надежда осталась позади.
Впервые с того страшного дня, когда получила известие о трагической гибели друга, Дейна чувствовала себя настолько жалко и подавленно, что от бессилия хотелось плакать и кричать в голос. Но на этот раз слезы перегорели где-то внутри. Она молча ехала в темницу, не говоря ни слова Леону. Сейчас любой разговор опасен. Юноша понимал это и тоже помалкивал.
Наконец карету тряхнуло, и она остановилась. Дейна замерла, предчувствуя нечто злое и неумолимое, нависшее над шпионами, как карающий меч. Хотя, это не очень подходящее сравнение. Наступит время, и меча над склоненными шеями им не избежать.
Стражники распахнули двери, позволили шпионам выйти наружу, и тут же схватили каждого под руки, не оставляя возможностей применить боевую магию. Дело было совсем плохо. Дейна бросила быстрый взгляд на Леона — он держался гордо и спокойно. Значит, надо последовать его примеру.
Пришло время оглядеться по сторонам и увидеть свою ближайшую участь.
Здесь не было ни дворца Тан, ни белой магической академии, ни роскошного парка. Только высокие ели и сосны, зловеще покачивающие колючими зелеными лапами, а еще заросли диких кустарников и целая сеть узеньких тропинок и широких троп, ведущих в неизвестность. Пленников повели по широким, одного за другим.
Дейна старалась неотрывно смотреть в рыжий затылок, маячивший впереди. Наверное, только вид его ярких волос не давал ей упасть духом. Влюбилась ли она в Леона или ей хотелось верить, что эта их странная привязанность друг к другу и есть любовь всей ее жизни? Боль и горечь от гибели Наоки затмило отчаяние из-за ареста, и душа Дейны упрямо рвалась к свету.
Она покорно шла туда, куда ее направляли и толкали, спотыкаясь о торчащие из земли корни, пока не оказалась в холодной обители узников. Серые каменные стены словно давили на сознание своей унылостью, пили тепло из тел, лишали последней моральной опоры. Едва Дейна очутилась в этом жутком помещении, ей захотелось плакать и молиться Стихийным Богам.
В какой момент все пошло не так? Когда хан и его подчиненные, а главное сам переводчик Изао сообразили, что заложники — совсем не те невинные маг с ведьмой, за которых себя выдают? И что будет с ними теперь? Эти три вопроса болезненно пульсировали в сознании Дейны, когда ее вели в камеру.
— Где Изао? — осмелилась спросить девушка у стражников, прежде чем ее завели в маленькое прямоугольное помещение и оставили в полном одиночестве. — Мне нужно с ним поговорить!
Увы! Никто из них не знал норденийского. Скользнув по узнице прохладными или липкими взглядами, стражники молча вышли, а тюремщик запер дверь.