Тайна дома №12 на улице Флоретт (СИ)

— О, я бы этого хотела! — гневно воскликнула Полли. — Но она прослезилась, лишь когда демонстрировала свои росянки и мухоловки в горшках на окне: они у нее почти все завяли. Неудивительно! Их потравила ее невыносимая склочность.
— Старая грымза! — возмутился Джаспер.
— Джаспер! — Доктор укоризненно поглядел на племянника. — Это очень грубо! Ты не должен использовать подобные выражения в отношении дамы, даже той, которая тебе не нравится.
— Да? — Джаспер со злостью поглядел на дядюшку. — А ты назвал одну из побежденных тварей-болезней «Зловредная Червоточинность Миссис Баттори».
— Это другое, — сказал доктор Доу и взял в руки чашку свежесваренного кофе. В гостиной поселился запах корицы…
…Мрачный дом у канала обрастал все более зловещими подробностями благодаря Джасперу, а Полли слушала его, затаив дыхание, и даже вздрагивала и морщилась в особенно нелицеприятные моменты.
Доктор Доу тем временем был занят более прозаичными вещами, а именно составлением писем. И пусть по содержанию и общей лаконичности они больше походили на записки, но Натаниэль Френсис Доу был не настолько легкомысленным, чтобы писать последние. Только серьезная деловая корреспонденция — никаких записок, открыток, заметок на полях! Только письма! Исключение составляли лишь срочные инструкции в опасных для жизни ситуациях, когда время не терпит…
Сейчас же время терпело. Более того — оно ползло с сонной неспешностью, поэтому повода изменять привычному порядку не было.
Два идеально сложенных листка бумаги переместились в конверты, конверты были запечатаны по всем правилам и снабжены указаниями адресатов, после чего уже сами конверты погрузились в нутро двух капсул пневматической почты. С промежутком в минуту труба проглотила обе капсулы одну за другой.
Отправив свои послания, доктор прислушался к рассказу Джаспера и укоризненно покачал головой: племянник был слишком уж впечатлительным мальчиком. Пока что подходящего лекарства от его впечатлительности доктор Доу не нашел.
Джаспер меж тем во всех красках живописал сам дом, рассказал о сломанном мосте и заброшенной трамвайной станции возле него, особое внимание уделил цветку в холле и портрету на лестнице. Как следует прошелся по грубияну-жильцу, которого все в доме не любят, описал смешные очки учительницы музыки и несчастного ее ученика, который от занудных нот впал в летрегию…
— Летаргию! — машинально исправил дядюшка и принялся искать что-то на полках шкафа со справочниками. — Мне печально слышать от тебя подобные оговорки, Джаспер. Еще печальнее, что ты склоняешься к летаргии ученика миссис Паттни, в то время как он был ближе к сопорозному состоянию…
Джаспер подмигнул Полли и прошептал:
— Не представляю, что это. — После чего продолжил — с заметно менее веселым видом: — Но все бы ничего, пока мы не столкнулись с этой жуткой-прежуткой старухой, бабушкой Китти. Ты бы видела, как она разозлилась, когда дядюшка сказал ей, что хочет помочь! Я думал, она вцепится ему в лицо своими когтями. Да, у нее точно есть когти. Я их почти даже видел!
— Китти передавала мне приглашение на чай от миссис Браун, — сказала Полли. — Но второго чаепития, подобного сегодняшнему, я не вынесу. Китти всегда говорит о бабушке очень почтительно.
— Китти ее просто боится, — заметил Джаспер. — И неудивительно. Я бы ее тоже боялся! Ну, если бы у меня была такая бабушка. А так я ее не особо боялся. — Мальчик приврал, пользуясь тем, что Полли не сможет узнать, как от страха перед старухой он застыл, а все его конечности словно бы отмерли. — В общем, она прогнала нас.
— Думаю, бедной Китти очень стыдно, ведь она сама пригласила доктора Доу.
Джаспер не стал озвучивать посетившие его вдруг предположения о том, что старуха бьет Китти, морит ее голодом и держит в чулане. Вместо этого он рассказал о констебле Шнаппере.
Когда он заговорил о злобном полицейском, дядюшка отвлекся от своих поисков и обернулся:
— Тебе он не показался… странным? Мистер Шнаппер.
Джаспер не думал ни секунды.
 
— Не странным, а страшным. Когда он повернулся к нам, у меня чуть сердце через нос не выпрыгнуло! Да-да, я знаю, дядюшка, что это невозможно с медицинской точки зрения. Но этот Шнаппер! Ты видел его зубищи? А глазищи? А ручищи?
Доктор Доу покивал своим мыслям и вновь продолжил поиски на полке. Джаспер понял, что он имел в виду нечто другое, но делиться подозрениями с племянником дядюшка не спешил. Он отыскал требуемую книгу и погрузился в нее с головой. Зашуршали страницы.
— Болезни неясного происхождения с расплывчатой многообразностью симптоматики… — пробормотал доктор задумчиво.
— В общем, все это очень таинственно, — подытожил Джаспер. — Болезнь, которой болеют жильцы… Откуда она взялась? Болезни ведь тоже просто так из ниоткуда не возникают. Нам нужно вернуться туда и все разузнать как следует.
— А вы не боитесь заразиться этой странной инфлюэнцей? — спросила Полли.
— Это не инфлюэнца, — сказал доктор Доу, оторвавшись от своей книги.
Полли удивилась:
— Вы уже знаете, что это?
Доктор достал из кармана склянку — ту самую, в которую он собрал образец пыли в доме. Он уже собирался пояснить, что это такое, как тут раздался свисток пневмопочты. Пришло послание.
Доктор захлопнул книгу и направился в прихожую.
Полли поглядела на Джаспера, но тот лишь пожал плечами.
— Я тут подумала, — сказала она, — ты прав: болезни не берутся из ниоткуда. Но откуда-то ведь эта не-инфлюэнца должна была взяться… Китти говорила, что жильцы начали болеть несколько дней назад, так? Я думаю, что кто-то принес туда эту болезнь, и один за другим почти все в доме заразились.
— Обычно так и происходит, — сказал Джаспер. — Кто-то притаскивает заразу с собой и заражает прочих. Можно просто чихнуть, чтобы болезнь запрыгнула на очередную жертву.
— Я не совсем то, имела в виду, — покачала головой Полли.
Датчик на трубе почты снова засвистел. Прибыла еще одна капсула.
Дядюшка вернулся в гостиную. Весь его вид при этом выражал сосредоточенность и таинственность. Словно что-то произошло, или же он принял какое-то решение.
— Я буду вынужден скоро уйти, Джаспер, — сказал доктор Доу. — Кэб прибудет через полчаса.
— О! — восторженно воскликнул мальчик, поднимаясь на ноги. — Охота на тварь начинается! Ты расскажешь мне, что за симптомы ты обнаружил в доме на улице Флоретт? И что в этой склянке?
— Разумеется. Но позже.
— Но как я тогда смогу тебе помочь, если не буду знать всего? — удивился Джаспер.
— Сейчас ты мне ничем не поможешь. У меня назначена пара встреч, и я должен пойти на них один.
Джаспер нахмурился. Он знал своего дядюшку лучше всех, и почти всегда догадывался, что тот задумал в той или иной ситуации. Но только не сейчас. Почему дядюшка внезапно решил расследовать тайну непонятной болезни в одиночку?
Доктор Доу прочитал недоумение на лице племянника и пояснил:
— Ничего действительно интересного не намечается. Я просто должен кое-что уточнить касаемо этого дела. Существует вероятность, что это вовсе никакая не неуловимая тварь, а обычная болезнь с атипичными симптомами. И в любом случае я все тебе расскажу, как вернусь. Полагаю, это не займет много времени.
— А мне что делать, пока ты будешь все это узнавать? — спросил мальчик.
— Ты можешь заняться чем-нибудь полезным, — сказал дядюшка и прищурился с видом человека, который заготовил какую-то подлость и весь превратился в ожидание, когда же его жертва эту самую подлость обнаружит. — К примеру, можешь наконец сесть за уроки.
Джасперу показалось, что он ослышался.
— Что? — с ужасом прошептал он.
Все это было так внезапно, что очень походило на наказание. Но он ведь ничего не сделал! Или сделал, но не обратил внимания? У дядюшки и прежде случались приступы подобной маниакальности, когда он внезапно заставлял его идти на почту, или полоть сорняки в мусорном проходе за домом, или вот как сейчас — безжалостно отправлял учиться. К слову, дядюшка всегда будто бы чувствовал, когда племянник меньше всего настроен все это делать, и словно намеренно улучал момент.