Потерянная богиня (СИ)
Однако отвечать никто не спешил. Троица в серых рясах предпочла не рисковать и вернуться к разглядыванию незамысловатого узора напольной плитки.
— Замечательно! Великолепно! — не получив ответа, возопил их господин. — Я всегда знал, что меня окружают идиоты, но не представлял себе масштаба этой трагедии! Какой в том мире может быть портал?! В том мире нет магии! Вообще! Как вы могли ее упустить? Что за кретинов вы послали, которые вшестером не смогли справиться с одной женщиной?!
— Но, ваше святейшество, это наши лучшие бойцы… — наконец, заговорил один из «нерадивых», видимо, самый смелый. Но тут же пожалел об этом.
— Что?! — «святейшество» захлебнулось собственным криком. — Лучшие?! И эти косорукие уроды называются лучшими бойцами?! После этого вы будете мне говорить о силе моей армии?!
Он резко взмахнул руками, не в силах справиться с переполняющими его эмоциями, и снова бешено заметался по комнате. Потом остановился у окна, несколько раз глубоко вздохнул, скрестил руки на груди, развернулся к своим слушателям и ледяным тоном, чеканя каждое слово, заговорил так спокойно, что у несчастных кровь застыла в жилах.
— Так, всё. Я ничего не хочу слышать. Вы. Её. Упустили. Там, где упустить было невозможно. Теперь вы ее найдете. Где — это ваше дело. Я искал ее много лет. Сколько времени понадобится вам — не знаю. Я не имею никаких соображений по поводу того, откуда там взялся портал и куда ее могло занести, но все это выясните вы. И вы ее найдете. В кратчайшие сроки. Думаю, мне не стоит говорить, что с вами будет, если…
Его слуги опустили головы в подобострастном поклоне. Он нервно махнул рукой и отвернулся к окну, дав понять, что аудиенция окончена. Повторять не пришлось — всю троицу словно метлой вымело из комнаты.
Он передернул плечами, но так и остался стоять, заставив себя больше не смотреть на так раздражавшую его «картину», снова глубоко вздохнул и, предаваясь размышлениям, поднял глаза к небу.
Небо было чистое. Ни единого облачка не проплыло над Эвенкаром, ничто не нарушило ясную, солнечную погоду, так радовавшую жителей столицы. Хотя горожане уже давно не придавали этому особенного значения — в Эвенкаре всегда была хорошая погода, здесь исправно работали маги, и светлые, и темные, но, впрочем, не только они — в этом городе практически всегда был порядок. Дозорные несли свою службу, торговцы не забывали платить налоги, случаи грабежей и разбойных нападений уже давно перекочевали в архив. Эвенкар жил спокойной и, в какой-то степени, счастливой жизнью.
И за всем этим из окна своей башни наблюдал человек в длинном пурпурном плаще, которому, видимо, по законам жесточайшей вселенской несправедливости ни один житель Эвенкара ни разу не выказал искренней благодарности за порядок, спокойствие и счастье своего города, а также всего государства, да и, что там — всего мира, о котором так радел сей достойный муж, не покладая рук и не смыкая глаз, простирая свою благословенную длань все дальше и дальше, насколько хватало сил, не ожидая ни признательности, ни похвалы за свои добрые деяния. Он их и не получал, хотя все если не знали, то уж точно догадывались, кто за всем этим стоит, и имя его было у всех на устах.
Его Святейшество Архиепископ Гаронд, Великий Инквизитор.
Глава 1. Джен. Шелинар. Эльстан
Я стояла в конюшне и… красила коня.
Да-да, именно красила — тупо выводила на нем полосы белой известкой, превращая вороного красавца в отдаленное подобие африканской зебры. Насчет красавца я нисколько не преувеличиваю — конь у меня просто загляденье… был. Пока я не начала свои художества. В этом мире и без того его масть большая редкость, а уж то полосатое чудилише, в которое его превращали мои «очумелые ручки», даже конем назвать будет затруднительно. И при этом — никакой магии! Одна лишь волшебная сила искусства!
Зверь терпел, даже не брыкался. Только фыркал. Очень хорошо его понимаю — я отнюдь не мастер боди-арта. Зато, как оказалось, неплохой мастер камуфляжа. По крайней мере я очень на это надеюсь…
Я не сумасшедшая. И не оторванная поклонница поп-арта, сюрреализма, абстракционизма и прочих — артов и — измов, позволяющих творить хулиганство и называть это искусством и крутым дизайнерским решением.
Но я всё же воодушевленно и настойчиво портила экстерьер редчайшего животного, минимальная цена которого могла потянуть на… Впрочем, не буду озвучивать, на что это цена могла потянуть, скажу только, что и без всяких там потягиваний сумма, которую я могу получить за своего дорогого (во всех смыслах) красавца будет большой. Нет, не большой. О-о-о-очень большой. Огромной.
Это мы с ним уже проверяли. Не раз. По дороге в Шелинар (так называется этот замечательный город, в конюшне которого я сейчас и занималась прикладной живописью) его три раза купили и только один раз украли. Однако он не растерялся и приволок конокрадов, причем, не куда-нибудь, а прямо к порогу местного отделения охраны правопорядка. Там все так обрадовались! Оказалось, что эти доходяги уже давно были занозой в мягком месте местного правосудия, их столько лет ловили-ловили, но так и не могли поймать доблестные защитники города, а тут мы раз так! — и сразу им все планы перевыполнили. Конечно же, нам тут же выдали вознаграждение. Ну не бог весть какое, но на безрыбье и креветка к пиву тоже ничего.
А насчет, так сказать, незаконной торговли… может, мы и поступали не совсем честно, но никаких угрызений совести я лично не испытывала — наши «обманутые жертвы» были так настойчивы в своем стремлении приобрести моего коня, что не скупились ни на какие методы — одни пытались мне угрожать, другие хотели нас облапошить… А по закону физики, всякое действие рождает противодействие, так что мы со Зверем обманывали их, не выходя за рамки закона. Физики, разумеется.
Так мы и добрались до Шелинара: я — прямым ходом, а Зверь — короткими перебежками, от меня до новых хозяев и обратно.
Думаю, стоит пояснить, что меня толкнуло на сей… хм… творческий путь. То, что мы со Зверем, мягко говоря, не местные, по-моему, видно невооруженным глазом… По крайней мире, было видно, как только мы здесь появились. Но это — отдельная история, рассказывать ее нужно долго и со вкусом, то есть не сейчас.
Если в двух словах — оказались мы в этом мире совершенно случайно, но вот покинуть его я собираюсь абсолютно сознательно. И я даже примерно представляю, как я это сделаю.
Но для этого мне необходимо, как в детской задачке, добраться из пункта А в пункт Б — казалось бы, всего-то. И встретиться с одной дамой, которая ни с кем не хочет встречаться. Причем, настолько не хочет, что дала обет молчания, который верой и правдой хранит уже несколько десятков лет… И мне надо не просто с ней встретиться, а как-то убедить ее мне помочь. А вот как это сделать, я даже близко не представляю. В общем, классический квест — пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что… И еще не попасться на глаза господину Гаронду — как я поняла, он тут что-то вроде полпреда мирового зла. Темный Властелин или что-то похоже. Нет, сражаться с ним, слава богу, не надо, я ж не Конан-варвар, в самом-то деле, — надо просто не попасться на ему на глаза и всё. А глаза у него везде. Как, впрочем, и уши тоже. Так что дорога обещает быть веселой….
А в дороге случиться может всякое… А что нужно на борьбу с этим «всяким»? Правильно, деньги.
Осознание этой простой истины и сподвигло меня на… Впрочем, на что? Ничего противозаконного я не делала — отправила своего коня на скачки, всего-то.
Это произошло в первом же городе, возникшем на нашем пути. Кто виноват, что там проводились скачки? Уж явно не мы. А кто виноват в том, что мы победили? Хм, ну тут сомнений быть просто не могло — мой конь-огонь всегда побеждал, скачки были его любимым развлечением, так что — простите, господа хорошие, но я умываю руки. Не видели, что ли, против кого ставите?