Дочь кукушки (СИ)

Месье Жубер нервно ходил по гостиной из угла в угол. Руки его дрожали, и когда принесли чай, он не смог даже поднести чашку ко рту.
- Послушайте, милейший, - не выдержал граф, - может быть, вы уже расскажете нам, по какому поводу мы здесь собрались? Между прочим, я поздно лёг и намеревался проспать до обеда.
- Ваша светлость! Ваше сиятельство! – воскликнул месье Жубер и едва сдержал рыдания. – Сегодня вечером в горах случился обвал, и выход из пещеры, через которую идет дорога на наши рудники, завалило.
- Там были люди? – испугалась я.
- На рудниках? – переспросил управляющий. – Да, разумеется. Добыча не прекращается ни на секунду. Рудокопы меняют друг друга посменно. Сейчас там не меньше двух сотен человек.
- Оттуда есть другой выход? – граф тоже не притронулся к чаю.
- Нет, - развел руками месье Жубер. – Был еще один, но его завалило еще несколько лет назад, и завал до сих пор не разобран. Это не казалось важным.
- Весьма неосмотрительно с вашей стороны, месье, - Данзас укоризненно покачал головой.
А управляющий принялся оправдываться:
- Но я не несу ответственность за работу рудников. Там есть свой управляющий. Мне хватает забот и в замке.
- Ладно, - кивнул граф. – Сейчас не время ссориться. С тем управляющим мы поговорим чуть позже. Кстати, где он сейчас?
- Там, рядом с завалом. Туда стянуты все мужчины из деревень, - месье Жубер промокнул платком взмокший от пота лоб. – Месье Лесток пытается сделать всё возможное.
- Может быть, стоит отправить туда мужчин и из замка? – предложила я.
- Да, ваша светлость, - поклонился месье Жубер. – Я немедленно об этом распоряжусь.
- Чем еще мы можем помочь? – поинтересовалась я, когда он отдал необходимые распоряжения. – Насколько велик завал? Сколько времени потребуется, чтобы его разобрать? И насколько опасно для рудокопов длительное нахождение в пещере?
Управляющий ответил без большой уверенности:
- Думаю, несколько дней они продержатся без труда. Через пещеру пробегает ручей, а значит, нужды в воде у них не будет. Запаса продуктов им хватит на неделю, не больше.
- Хватит ли этого времени, чтобы освободить дорогу? – спросил Данзас.
- Не могу знать, ваше сиятельство, - вздохнул месье Жубер. – Как я уже говорил, предыдущий завал не смогли разобрать и за несколько лет. Но будем надеяться на лучшее. Если позволите, ваша светлость, я отправлюсь в горы прямо сейчас, и как только что-то будет известно, пошлю в замок вестового.
- Да, конечно! – одобрила я и взглянула на графа. – Может быть, нам с вами тоже поехать туда?
- В этом нет никакой необходимости, - заверил меня управляющий. – К тому же, в горах сейчас холодно. Если ситуация разрешится быстро, я вернусь уже завтра к вечеру.
Но к вечеру он не вернулся. А еще через день стало ясно, что наше присутствие в горах тоже требуется.
Мы с графом отправились к месту происшествия верхом. Хотя светило солнце, Элиза настояла, чтобы я взяла с собой теплую накидку. Честно говоря, она довольно скоро мне понадобилась.
Мы едва смогли проехать по горной дороге – она была запружена повозками и пешеходами. Жители всех близлежащих деревень отправились к завалу, чтобы хоть чем-то помочь оказавшимся отрезанными от мира землякам.
В горы шли не только мужчины, но и женщины, и даже дети. Там, в пещере, оставались их близкие – мужья, братья, сыновья.
Всю величину трагедии я смогла понять, только когда мы прибыли к завалу. Входа в пещеру даже не было видно. Груды камней сделали дорогу непроходимой.
Среди множества усталых, растревоженных лиц я пыталась найти Мартина, но его нигде не было видно.
- Да, ваша светлость, - подтвердил месье Жубер, - это была как раз его смена. Он в пещере. И его племянник Робер – тоже.
Я представила, как плохо было сейчас совсем еще маленькому мальчику, первый раз отправившемуся в пещеры на работу, и не смогла сдержать слёз.
Месье Лесток – управляющий рудниками – докладывал обстановку:
- Дела плохи, ваша светлость. Мы работаем уже два дня без остановок, но всё, что мы смогли сделать, это отбросить в стороны те камни, что смогли поднять. Но вход в пещеру завален огромным валуном. Мы не смогли даже пошевелить его.
 
Я видела это и сама. Такой гигантский камень не под силу было бы сдвинуть даже великану. Рядом с ним суетились и находившиеся по эту сторону рудокопы, и прибывшие из деревень крестьяне.
- Нужно расколоть его на несколько частей, - сказал граф Данзас. – Вы можете это сделать?
- Мы пытаемся, ваше сиятельство, - затрясся месье Лесток. – Но, боюсь, наши инструменты недостаточно хороши для этого. Такой камень могут расколоть только кирки с алмазными наконечниками. Но их у нас нет.
- А где они есть? – сердито рявкнул Данзас. – И как быстро можно привезти их сюда?
- Их делают только в Силезии, ваше сиятельство. Это редкий и очень дорогой товар. Нет никакого смысла использовать их при ведении обычных горных работ.
Он словно бы оправдывался, хотя мы ни в чём его не обвиняли. Разве только в том, что за столько лет он не предпринял усилий, чтобы очистить второй выход из пещеры.
- Но разве сейчас они не были бы вам полезны? – спросила я.
- Да, ваша светлость, - подтвердил он, - очень полезны. Только каждая такая кирка стоит как несколько породистых жеребцов.
- Сколько дней вам потребуется, чтобы привезти их из Силезии?
Да, цена вопроса оказалась велика, но разве жизни людей не были дороже?
Месье Лесток посмотрел на меня с уважением.
- Четыре дня, ваша светлость. Два дня – туда, два дня – обратно.
- Отправляйтесь немедленно! – велела я. – Только сначала заедем в замок.
Мне всё-таки пришлось принять решение о продаже части драгоценностей де Ламбертов.
- Я отберу самые новые из них, ваша светлость, - сказал месье Жубер. - Те, что не имеют исторической ценности. Прежде всего, те, с рубинами и изумрудами, которые часто надевала матушка его сиятельства. Не думаю, что вы захотите носить украшения, которые принадлежали ей.
Я взглядом поблагодарила его. Шла уже третья бессонная ночь.
55. Тайная магия
На то, чтобы доставить кирки с алмазными наконечниками из Силезии в Ламбер, потребовалось больше четырех дней – почти неделя. Всё это время работы у завала не прекращались, и даже мы с Данзасом бывали там почти ежедневно.
Лица людей, участвовавших в разборе завала, мрачнели всё больше и больше, а надежды с каждым часом становилось всё меньше и меньше. И если первые дни оттуда, из пещеры, еще доносились крики рудокопов и стук инструментов, то к исходу первой недели их уже почти не было слышно.
Я видела, как за это время поседела и словно пригнулась к земле Карин - сестра Мартина, как потемнели, осунулись родители, жены и дети других пленников горы.
И только когда вернулся месье Лесток, наступило оживление. Новые кирки тут же перешли в руки находившихся по нашу сторону рудокопов, и те принялись за работу с таким рвением, что, казалось, скоро от камня не останется и следа. Но уже к вечеру стало понятно – даже алмазные наконечники тут не помогут. Да, результаты стали чуть лучше – от валуна уже удавалось отколоть заметные куски, но даже мне было ясно – чтобы освободить дорогу, потребуются несколько недель, а то и месяцев.
- Простите, ваша светлость, - месье Лесток чувствовал себя виноватым. – Я думал, эти инструменты принесут больше пользы.
- Я приказал привезти из замка порох, - вмешался Данзас. – Может быть, нам стоит взорвать завал?
Но Лесток яростно замотал головой:
- Что вы, ни в коем случае! Это спровоцирует новый обвал, и жертв окажется гораздо больше.
 
Когда прошли почти две недели, крестьяне потянулись в долину. Их внимание требовалось скотине и посевам. Здесь, в горах, они мало чем могли помочь. Родственники остававшихся в пещере горняков впадали в отчаяние.
- Неужели, ничего нельзя сделать? – в который раз спрашивала я Данзаса. – Ну, вы же сильный маг!