Снежный барс (СИ)

Мы же, то бишь оставшаяся триада, остались «все в белом»… Поверили? А вот и зря! Нам, а особенно мне, влетело по совершенно противоположной причине. Отсутствие способности подчиняться приказам непосредственного начальства. Провокация оного с целью окончательно расколоть звено как единый «механизм», отсутствие желания приходить на помощь неприятным лично для нас персонам. Настоящего желания, а не формально продемонстрированного. 
Млять. Почуял коммандер Штерн, что мои попытки предупредить Сальвини об опасности и предложение совместных действий ближе к концу были по сути не более чем прикрышкой. Это значит учиться мне ещё и учиться, повышая таланты к прикладному лицемерию. Ничего, справимся!
Что же касалось полученных баллов, то тут ситуация оказалась более чем пристойна. Де-факто все обвинения, касающиеся в большей степени меня и в меньшей Саманты и Виктора, относились к области взаимодействия с теми, кто не воспринимался в качестве своих по существу, а не в формальном плане. Из этого также делались вполне определённые выводы, но не в плане оценки нашей эффективности как пилотов и лидеров. Сотню — этот недостижимый практически во всех случаях идеал — не получил никто, но девяносто три у меня и восемьдесят с хвостиком у Свирского и Меерштайн являлись более чем удовлетворительным итогом. Он, итог этот, давал право на протяжении последней, пятой ступени обучения в Академии самого важного выбора, который только мог быть предоставлен кадетам — возможности получить на выпускных испытаниях именно тот тип колосса, к которому душа более прочего лежит. Про модернизацию в рамках допустимого и говорить не стоит — это как бы по умолчанию прилагалось.
Закончилась проработка. Коммандер удалился, да и мы не стали задерживаться в помещении, пусть и покинули его не единой группой. Первым вымелся обозлённый на весь белый свет в целом и на меня в частности Сальвини, за ним мрачный и подавленный Марек, понявший, что не на ту карту поставил. Ну а мы, так и держались поблизости, благо было что обсудить. Правда, не сейчас. 
— Теперь точно в «Старом солдате» ты, Рольф, нас поить и развлекать будешь! — попыталась расплыться в улыбке Саманта, с трудом заставляя мышцы лица складываться во что-то мало-мальски пристойное. — В девять у входа.
— Я обязательно буду, — потёр руки Свирский, предчувствуя сочетание попойки и гулянки, особенно за чужой то счёт. — Такие баллы не обмыть — себя не любить. Я то на двадцатку надеялся, а мы все в первой чуть ли не десятке!
Ну да, «чуть ли». Именно Свирский и оказался одиннадцатым, тем самым лишившись возможности совсем уж порадоваться и заодно постоянно подкалывать многих других одноступенников, с кем отношения были сколь-либо пристойными. Саманта оказалась на девятой позиции. Моё же четвёртое место — реально так неожиданное, учитывая истинное положение дел — и вовсе давало очень и очень многое, в том числе и в плане обучения. Пока же…
— Девять так девять. Значит, пока расходимся по комнатам, отсыпаемся или просто отдыхаем, а уж потом… 
Продолжать не требовалось, все и так понимали, что будет потом. Кадеты Железной Академии могли, умели и практиковали полный отрыв после своих успехов или в попытке задвинуть куда подальше на некоторое время случившиеся неудачи. И в Маргасе — городе, в котором мы сейчас находились — знали про эти особенности и воспринимали их как неотъемлемую часть бытия
Ноги сами несли меня в нужном направлении — сперва до нескольких корпусов кадетского общежития, а затем и до конкретной маленькой квартирки внутри. Что тут сказать, в сравнении с теми общагами, которые мне доводилось видеть в родных краях — хорошо, что не жить в оных — реально небо и земля. Две комнаты, раздельный санузел, собственно казённая меблировка на вполне себе достойном уровне. Кухни, понятное дело, не предусматривалось, хотя своеобразный аналог микроволновки и аппарата для приготовления напитков из разнообразных концентратов присутствовал.
Хорошо живут кадеты Железной Академии. И не только её, что подсказывали мне элементы всё больше усваивающийся памяти. Разумный подход в Директорате. Не только в нём, кстати. Все основные государства этого не то просто, не то параллельного будущего бережно и расчётливо относились к тем, кто должен был стать чуть ли не основной силой — пилотами или там погонщиками самого мощного оружия, то есть колоссов.
 
Как там время поживает? В избытке. Хватит и реально вздремнуть, и как следует поразмыслить над тем миром, куда меня угораздило попасть. По сути пять веков, млин. 2520 год за окном, за которым солнышко на небе хоть и похоже на привычное, равно как и различная растительность. А всё ж не идентично. Иной оттенок света, сила тяжести не привычное 1 g, а 1,15 g. Мелочи? Бесспорно, поскольку плюс-минус двадцать процентов от эталона считаются приемлемым отклонением, не влияющим на состояние организма хомо даже в минимально значимой степени. Ну и прочие мелочи вроде запахов присутствуют.
Отличия. Они одновременно и есть, и нет. Всё новое для меня Рольфу Тайгеру привычно. Вот потому и получается оценивать происходящее срезу с двух ракурсов, что однозначно есть неплохое потенциальное преимущество. А оценивать лучше не стоя посреди гостиной, а, к примеру, плюхнувшись на этот диванчик. 
Сказано — сделано. Мягко, удобно, да ещё и материал не простой, принимающий наиболее комфортные форму, плотность. Подстраивающийся, так сказать, под пользователей. Вот они, технологии будущего, о которых постоянно писали, о которых спорили и многократно пытались описать в своих книгах многочисленные фантасты.
Спорили и писали много, спору нет. Неудивительно, что часть из порождённых пытливыми разумами и безграничной фантазией гипотез в той или иной мере попала в цель. Космические путешествия есть? Более чем! Правда вот человечество вовсе не перемещалось от одной звёздной системе к другой на больших космических кораблях. Тут применялась совсем иная схема. Автоматические корабли-маркеры летели по заранее заложенным в программу координатам, а потом, прибыв на место, разворачивали установку прокола пространства. Точнее, её приёмный модуль, на сигнал которого наводился уже корабль полноценный. Но если первоначальный маршрут корабля-маркера занимал месяцы, а чаще всего долгие годы, то при проколе пространства они сокращались до нескольких дней. Выгодно, удобно и относительно безопасно.
Относительно, потому как у всех грызущихся между собой больших и малых человеческих государств был общий враг. Общий и охренительно опасный, которого уже давно удалось отбросить, против коего то и дело шли новые и новые совместные операции, но… Победа была ещё ой как далека.
Какой такой враг? Порождённый собственно людьми, а точнее той частью, которая не вняла предупреждениям и слишком уж заигралась с такой неоднозначной штукой как искусственный интеллект. И почему-то у меня ни разу не возникло изумления, когда память Рольфа подсказала, откуда именно пошла чума ИИ. Двадцать второй, век, самое его начало… Объединившиеся в общую федерацию Китай, Япония, Корея — тогда уже давно не было её деления на Северную и Южную — и ещё парочка менее значимых образований.
Ребятки заигрались. Ну или доигрались, тут уж как посмотреть. Собственно ИИ использовали все в той или иной степени, но именно что в разумных пределах. Собственно эффект пространственных проколов был давно открыт, позволив человечеству перемещаться очень быстро сперва по Солнечной системе, а затем и вне её пределов.
Японо-китайский регион ещё в моё время неровно дышал к роботам как таковым, напрочь не желая видеть риски от продвижения не безмозглых железяк, а именно что наделяемых подобием интеллекта платформ. Только вот в моём времени это была больше теория… как оказалось, воплотившаяся в реальность. И результат был в какой то мере схож с мирами «Терминатора» и «Баттлерианского джихада» с примесью куда более развитых технологий.
 
Не выдержав, поднялся с дивана и, подойдя к столу, взял… по сути планшет, в неактивном состоянии выглядевший как довольно узкий цилиндрик. Стоило нажать копку — одну из нескольких — как девайс активировался, высветив голографический экран. Теперь обратно на диван, правда, прихватив ещё и стакан охлажденного сока. Незнакомый, но… очень даже вкусный, отдалённо напоминающий смесь манго и яблока. Никакого холодильника как такового, кусочков льда. Достаточно лишь буквально на несколько секунд поставить стакан на подставку, нажать клавишу на последней и… Температура на узком участке понижалась аккурат до выбранной. Благодать. В стакане идеально охлаждённый напиток, а сам сосуд не обжигает руку холодом, оставаясь лишь чуток прохладным.