Синтез (СИ)

— Зачем вы заходите в этот водоём? — eateske посмотрел на купальщика, дрожащего от холода. Тот поспешно вытирался и готовился влезть в одежду и только стукнул зубами.
— А ты сам зайди, — другой человек указал на озеро.
Гедимин настороженно посмотрел на тёмную воду. Каменные плиты, едва прикрытые илом и проросшей на нём травой, образовали пологий спуск. Eateske осторожно зашёл по щиколотку и остановился; дальше берег круто уходил вниз, и вода чернела.
— Зайди-зайди! — крикнул один из охранников. Люди стояли на берегу и смотрели на Гедимина. Он сделал ещё шаг вперёд — и, соскользнув с каменной кромки, провалился по пояс.
Вода в озере расслаивалась, и нижние слои были гораздо холоднее верхних. Гедимин погрузил пальцы в придонный ил; его было немного — ступня быстро коснулась каменного дна. Что-то твёрдое задело голень и скользнуло в сторону. «Естественный водоём,» — обрывки информации всплывали один за другим. «Должен иметь флору и фауну. Как полагается передвигаться в воде?..»
Глубоко вдохнув, он нырнул с головой. Холодная вода окружила его со всех сторон, надавила на уши. Он упал на четыре конечности, оттолкнулся от каменного дна и поплыл вперёд. Длинная серая тень с раздвоенным хвостом мелькнула впереди и пропала.
Вода выталкивала его, но он не спешил к поверхности — шёл вдоль дна, задевая дрожащие зелёные нити. Они поднимались над камнями и тянулись к свету, среди них прятались маленькие, едва различимые взглядом существа. Более крупные представители фауны не приближались к Гедимину, он видел вдалеке их тени и почти разглядел, как один из них схватил пастью другого. На дне лежали затопленные куски гнилой древесины, валуны, а однажды Гедимин увидел покорёженный корпус глайдера — или более древнего механизма. Он нырнул глубже, пытаясь добраться до находки, но сердце забилось чаще — воздух в лёгких почти закончился.
Гедимин всплыл и увидел косую тень от обрывистой скалы. Серый склон отвесно уходил вверх, и над ним нависали деревья, оплетающие каменные плиты корнями. Низкорослые и искривлённые, они с трудом держались над водой.
Ремонтник огляделся — скалы поднимались повсюду вдоль берега. Он уплыл далеко от посёлка; яркие пятна виднелись за кустами на западе, но и кусты, и пятна казались крошечными. «Пора возвращаться,» — подумал Гедимин и хотел погрузиться в воду, но его остановило неприятное чувство внизу живота. Что-то давило изнутри на мышцы; он потыкал в напряжённое место пальцем — давление стало сильнее. Он огляделся в поисках пятачка суши или большой глыбы, куда можно было бы забраться и изучить полученные повреждения. «Но не было никаких повреждений,» — подумал ремонтник. «Даже ничего напоминающего не было…»
Он изумлённо мигнул — теперь он понял, что происходит. «Выходит, это сработала выделительная система… кажется, надо расстегнуться и закончить процесс,» — Гедимин потянул застёжку вниз. «Какие странные ощущения… не надо было всё-таки поглощать мартышечью еду! Теперь я, как мартышка… выделяю!»
Вода приняла выделенное и рассеяла, не оставив и запаха, но Гедимин долго и тщательно отмывался и неприязненно морщился, поглядывая на запад. «Хорошо, что никто этого не видит!» — думал он.
Издалека послышался гул мотора, а за ним — щелчки. На западе над водой кружило что-то, слишком маленькое для глайдера и слишком механистичное для птицы. Вспышки отражались от воды. «Дрон?» — слегка удивился Гедимин. «Зачем он там?»
Он поплыл быстрее, определяя направление по теням скал и кустов; там, где обрывистый берег закончился, он остановился и осмотрел склон. На камнях были видны широкие проплавленные полосы и бесчисленные выбоины, так и не поросшие лишайником, — кусок скального массива не так давно обрушили взрывом.
Гедимин выбрался из воды неподалёку от сборища «макак» и встал за кустами, настороженно глядя на дрон. Аппарат так и кружил над водой, постепенно удаляясь от берега. Из озера выбрались все, кто-то успел забраться в экзоскелет. Забытая жаровня уже не дымилась — сырые листья частью сгорели, частью скукожились и упали с решётки.
 
— Тревога! — лязгнуло над правым ухом. — Вторжение! Вторжение!
«Джунг» заметил Гедимина первым. На его лязг тут же обернулись охранники. Из-за кустов послышались несвязные реплики (большая их часть относилась к разнообразному спариванию, и Гедимин недоумённо хмыкнул — на его памяти с ним не спаривался никто).
— Ты где был?! — спросил, отогнав «джунг», один из охранников.
— В озере, — ответил Гедимин, глядя на летающий аппарат. — Зачем здесь дрон?
— Точно, незачем, — пробормотал другой человек и подошёл к воде. Дрон развернулся и направился к нему, вспышки погасли.
Люди больше не жарили свою еду, но на столе ещё осталось много открытых банок. Гедимин высмотрел тубу с желтоватой горькой смесью и протянул к ней руку.
— Я могу взять эту пищу?
Охранники переглянулись, кто-то из отступивших к кустам подошёл поближе.
— Забирай, — кивнул один из них.
В тубе почти ничего не осталось; Гедимин тщательно выдавил последние капли и подержал их во рту, чтобы лучше почувствовать вкус. «Горчица,» — прочитал он надпись на тубе. «Надо запомнить.»
— Чёрт! Странный какой-то теск, — пробормотал кто-то из людей за спиной.
— Тихо! — одёрнул его другой. — Свалил — и ладно.
«Джунг» повернулся вслед за уходящим Гедимином, погудел тревожной сиреной, но приказа стрелять не последовало, и робот замер на месте. Забыв о сборище на берегу, eateske поднялся на каменистый холм — под ним, в небольшом овраге, громоздились друг на друга обломки стен и крыш заброшенного посёлка. Гедимин удивлённо мигнул — утром, когда он проходил мимо, некоторые куски лежали по-другому, и вот здесь свисал пучок оголившихся проводов. Сейчас их не было, и плита заметно сместилась.
Прыгать на груду было рискованно — она едва держалась в равновесии и под тяжестью eateske непременно обрушилась бы. Гедимин спустился в яму, к её подножию, и остановился, услышав среди обломков шорох и тихий скрежет. С горы строительного мусора на него смотрел eateske в светло-синем комбинезоне. В руке он держал моток проводов.
— Лилит? — изумлённо мигнул Гедимин. Eateske вздрогнул и, развернувшись, исчез за грудой обломков. Потревоженные плиты качнулись, сбросив к ногам ремонтника повреждённый короб с прозрачной стенкой. Прокатившись по обломкам, он треснул, и маленькие винты, удерживающие заднюю крышку, вылетели. Заглянув внутрь, Гедимин увидел тускло блестящие детали и цветные провода.
Куски прочного белого фрила валялись под ногами, легко раскалывались на тонкие длинные лезвия под ударами камня — примитивного молота. Гедимин набрал целую пригоршню и сложил в крепления на плече. Поддев последний винт краем лезвия, он вскрыл странный механизм и запустил руку внутрь.
Его чувствительно встряхнуло, и он отдёрнул пальцы и, досадливо щурясь, надел перчатки. Кусок механизма был выломан, вытерт ветошью и рассмотрен со всех сторон. «Трансформатор,» — подумал Гедимин, заворачивая ценную находку в обрывки скирлина. «Полезная вещь. Возьму себе.»
Следующую часть устройства он рассматривал долго и пристально, вертел в руках и удивлённо мигал. «Северянский выжигатель? Откуда он тут взялся? Да, это выжигатель, только без антенны. Интересно, эта ёмкость может служить антенной? Она, кажется, сделана из тонкой жести…»
«Выжигатель» — небольшой, но не такой уж маломощный магнетрон — отправился следом за трансформатором. Гедимин сидел над непонятным устройством, пока не разобрал его на мелкие части; оно, судя по всему, было камерой-облучателем, но для чего она была нужна, ремонтник не понял. Ссыпая части, которые показались ему интересными, в карманы, он услышал на свалке шорох, резко повернулся и увидел, что Лилит наблюдает за ним. Гедимин поднялся, хотел заговорить, но eateske шагнула за груду обломков и больше не появлялась.
«Странно… А это что?» — Гедимин извлёк из-под треснувшей плиты небольшое устройство. До того, как на него упал фриловый блок, оно было наручным фонарём; сейчас оно разделилось на несколько частей и роняло на землю мелкие осколки отражающего конуса. Лампа уцелела.