Принцесса и призраки (СИ)

Я посмотрела на стоимость — может, она в самом деле была в коллекции Ланартов, но даже если это было и так, то она не сгорела, а хранилась где-то в надежном месте, мне пока не известном.
«Разлом в Керриге считается закрытым, это официальная информация как наша, так и церкви» — полковник. Исчерпывающе, и скорее всего так и есть. Закрытый разлом — как потухший вулкан, были ли случаи, когда он пробуждался?
Я успела переодеться как раз вовремя: раздраженные голоса Кристиана и отца Питера я различила, едва закрыв за собой дверь. Беседа шла на повышенных тонах.
— Благословит вас Создатель, — приветствовал меня отец Питер. Он весьма убедительно сделал вид, что мы не знакомы, и я подыграла ему.
— Благословите, отец, — я быстро подошла к нему и поклонилась, надеясь, что ничего не перепутала. Отец Питер чуть пошевелил пальцами, и я не сразу вспомнила, что нужно сделать: упасть на одно колено и прижаться лбом к его руке.
Когда я подняла голову, увидела, как отец Питер незаметно для Кристиана мне подмигнул.
— Я думал, вы неверующая, — озадаченно моргнул Кристиан. Я встала, на этот раз собой довольная.
— Есть правила знакомства с отцами церкви, — засмеялся отец Питер. — Ваша гостья их неплохо знает.
— Мое имя Меган, отец.
— Отец Питер, — представился он как ни в чем не бывало. — Вы боитесь призраков, Меган?
— Нет, — разыграла я удивление. — Они часть нашего мира.
— Не совсем нашего, но вы правы, — довольно кивнул отец Питер. — Я приехал проверить разлом.
— В другое время, отец, — а вот Кристиан с трудом справлялся с накатившим раздражением. — Нам сейчас немного…
— Да, я вижу, что вас потрепало, — сочувственно заметил отец Питер. — Благодарите Создателя, что уцелел замок. Который раз уже? Я сбился со счета.
— Я и не считал, — буркнул Кристиан и посмотрел на меня.
— Разлом это интересно, — улыбнулась я. — Если вы возьмете меня с собой, отец, буду признательна. 
— Вы ксенолог?
— Ксенобиолог. — Сколько профессий я себе за эти два дня приписала, не сосчитать. Но в этом я могла дать фору любому, это действительно был мой первый диплом. — Я никогда не видела разломов, я кабинетный ученый. Взаимодействие сущностей и людей, возникновение, исчезновение, цикл их существования…
— Значит, пойдем? — пригласил отец Питер. 
Я взглянула на Кристиана. Что он мог мне сказать? Нет, я вам запрещаю, вы никуда не пойдете, но он сам обратился за помощью, раз, два — отец Питер был при исполнении так же, как я.
Я постаралась удержаться от того, чтобы не проверить экстерминатор, закрепленный на поясе джинсов. Отец Питер кивнул мне на коридор, уводящий в подсобные помещения, и сообщил так, будто Кристиан об этом не знал:
— Это ненадолго. Обычная проверка.
— Обычная, — эхом повторил Кристиан.
Мне почему-то так не показалось.
Глава двадцатая
— Картины сгорели? 
Отец Питер был прозорлив. Что ждать от человека, который лучше, чем кто бы то ни было, знает людские души и тайные страсти, которые прячутся в закоулках этих неведомых душ. И я услышала то, что он не стал произносить вслух: «Странно, что только сейчас, а не раньше». 
— Поджог, — кивнула я. Мы шли по узкому коридору, который тоже не так давно прошел реставрацию. Стены оштукатурены, редкие дешевые двери с дешевыми металлическими ручками. — С утра в холле пахло алкоголем, а рамы после пожара закоптились, но не сгорели. Я посмотрела — похоже на какой-то состав с маслом… чтобы спирт не растекся? Или чтобы не так сильно горело?
— Кому бы это нужно, — пробормотал отец Питер, но я и сама хотела бы это знать. Князь, Кристиан, мисс Бут. Ей зачем? Но нельзя исключать ни одного из подозреваемых. Да хотя бы и ради мести, кто знает, что накопилось у нее за эти годы. 
— Вы знали про коллекцию?
Шаги неприятно отдавались эхом по коридору. Я нагнала отца Питера — он шел быстро, но мне удалось подстроиться под его шаг.
— Знал, — уклончиво ответил он. — Но никогда не рассматривал. Его светлость предпочитает ходить за мной по пятам, я ему сильно не нравлюсь. Но я не разбираюсь в искусстве и ничем не смогу быть вам полезен.
 
Я тоже не разбираюсь, мрачно подумала я. 
— Одну сущность я засекла, — поведала я. — Бедняга, я проткнула ее рукой. 
— Низший класс? — профессионально поинтересовался отец Питер. Сущности определенно были ему любопытнее, чем картины. 
— Без сомнений. Теперь она где-то прячется.
Мы дошли до конца коридора, и отец Питер, покопавшись в кармане, надел на голову самый обычный налобный фонарик. Я от досады едва не застонала.
— Не переживайте, Меган, его света хватит. 
— У меня есть фонарик на телефоне, но ваш вариант намного удобнее. Мне не так часто приходится работать на глубине, — будто извиняясь, добавила я. — Но у меня есть экстерминатор.
— Мне всегда жаль применять его, — улыбнулся отец Питер. — Сущности такие же творения Создателя, как и мы.
Я не стала развивать эту тему, пусть мне было что сказать. Зыбкая почва для верного конфликта — милосердие служителей церкви и беспощадность полиции. Неважно, каково мое мнение лично. Отец Питер толкнул очередную хлипкую дверь и зажег фонарик.
Белое пятно поплыло по темным обшарпанным стенам. Один короткий шаг, а я словно переместилась во времени и пространстве. Ход в подземелье замка Ланарт был стар, вряд ли сюда часто спускались люди. Низкий потолок, каменная мелкая крошка под ногами, зябкий, влажный, как после дождя, воздух и соль.
— Здесь где-то выход к океану? — спросила я.
— Когда-то, еще после того пожара, про который я вам говорил, Ланарты сделали запасы воды. Иначе власти грозились закрыть замок. Да-да, вам может показаться странным, но здешние законы очень строги к пожарной безопасности. Это нынче все с оглядкой, — отец Питер покачал головой с несвойственным священникам осуждением. Но: что я знала о том, какие отцы церкви на самом деле? — Правда, вода быстро ушла, ее снова накачали насосами, потом еще раз, а затем и оставили это безнадежное дело… — Он махнул рукой. — Осторожнее, здесь придется немного пригнуться.
Я послушалась, как оказалось — вовремя. Коридор уходил вниз, я чувствовала, что мы спускаемся, ощущение давило. Не сущности были тому виной, а скорее скала, окружавшая нас. Мы находились в настоящей пещере — то, что свисало над моей головой, было то ли сталактитами, то ли сталагмитами…
— Отец, из этого разлома сущности расселялись в поселке?
— О да, — охотно ответил отец Питер. — Их тут полно в каждом доме. Может, они пришли и из других мест, но их давно передают по наследству. 
— Им что, тесно в этом мешке? — Сущности не люди, друг другу они не мешают. С другой стороны, они точно так же могут найти место комфортнее для себя. И еще: тут печати.
Зато в поселке — постоянный сигнал мобильной связи. Сущностям так же приходится приспосабливаться к меняющемуся миру, как и всем. Но их количество в поселке нельзя считать активностью в полной мере, никто не называет экологической катастрофой внезапное нашествие комаров.
— А что… — я замялась, подбирая слова, и чуть не налетела на огромный сталактит — или сталагмит. Не выругалась я потому, что помнила — рядом со мной священник. — Я говорила с Джастином. Что за легенда, который тысячи лет? Как она связана с Ланартами?
Отец Питер указал рукой влево. Я замерла, полагая, что он показывает мне ответ, но это было всего лишь ответвление коридора.
— Направо тоже можно, но там скверная лестница, — объяснил отец Питер. — Легенда… Церковь относится к ним снисходительно.
— И я, но хотелось бы знать. 
 
— Дух основателя рода…
Я не выдержала и рассмеялась. Смех отразился от стен гулким затухающим эхом, а я наконец разглядела, что чернота — след копоти от пожара.
— Да, понимаю, — отцу Питеру, как и мне, стало весело. — Раньше — да и не то чтобы обыватели так не считают сейчас — полагали, что призраки это духи. Так вот, дух основателя рода явится за тем, кто будет грозить этой династии… И гнев его будет страшен, он не уймется, пока не сотрет с лица земли и врага, и весь Керриг.