Выпаданка (не) обыкновенная (СИ)

❤️❤️❤️
 Глава 10. Часть 2. Королевская внучка 
 
Особняк семьи Гаро гудел, как паровая машина в действии. Мелкие шестеренки — слуги — бегали по коридорам, занятые делом, беспрестанно что-то обсуждая.
Еще засветло приехали гости и владельцы дома, все одновременно. Так что, несмотря на длительную подготовку к празднику, вдруг оказалось, что еще множество дел не сделано, забыто или было отложено на потом. И так как до бала оставалось всего полдня, то это “потом” стремительно наступало.
Завтрак прямо в комнату принес один из поварят, передавая привет от Джонны и задорно улыбаясь Эрмин. горностаечка забавно поморщила носик, но, принюхавшись, залезла к мальчишке на руки и вместе с ним согласилась отправиться на кухню. Не иначе как помогать в дегустации двадцати трех видов буженины, заготовленной к празднику.
Выходя, поваренок, осчастливленный обществом Эрмин, придержал дверь горничной с большой корзиной в руках. В корзине оказались коробочки и корзиночки поменьше с щипцами для завивки, эликсирами и снадобьями для волос.
У нее был плотный график, в который добавились несколько внезапно приехавших в гости дам. Так что горничная расчесала мои волосы, пропитала их составом для укладки и отдав распоряжение не ложиться и не прислоняться ни к чему в течение часа, побежала дальше по коридору.
— А есть то можно? — запоздало вспомнила я.
— Можно, но волосы не трогайте! — на бегу бросила она. — Я через час приду и будете красавицей.
Не знаю, что будет через час, но сейчас волосы выглядели просто двумя влажными жгутами, скрученными на висках в тугие крендельки. Что ж, наверняка она знает, что делать. И надеюсь, я стану красавицей, а не наоборот.
Портниха в сопровождении двух помощниц ворвалась в мою комнатку, когда на тарелке оставалось разве что немного соуса и пара листиков салата.
В день бала, видимо, в домах вводится полнейший мораторий на стук в дверь.
— Леди Джиневра, — начала она, успокаивая дыхание, будто после бега. А, может, так оно и было? — Я виновата.
Она не знала, куда деть глаза. Пара помощниц, держащих хитрую вешалку на колесах с висящими на ней платьями и подставкой для шляпных коробок по низу конструкции.
— Что случилось? — я положила вилку на стол и вытерла губы салфеточкой, уже понимая — единственная проблема, которая могла произойти у портнихи — это проблема с платьем.
Я начала нервничать, понимая, что нежно-розового платья с жемчужной отделкой по лицу на вешалке нет.
— Ваше платье пропало, леди Джи! — я даже не обратила внимание на это сокращение моего имени.
Платье! Пропало! В день бала! Совпадение? В голове зашумело морским прибоем. Кажется, я начинаю терять сознание. Неужели вся подготовка, все переживания — все впустую?
Видимо вид у меня был максимально далек от “красавицы”, потому что портниха схватилась за сердце, а помощницы испуганно охнули. Скорей бы пришла горничная и привела меня в порядок, а то я пугаю людей! Впрочем, без платья, какой мне теперь бал?
— Вы не переживайте, мы бы к вам не посмели бы прийти без замены! — одна из помощниц бросилась ко мне, и начала успокаивать, вторая — подхватила, собственно, портниху, от переживаний начавшую оседать на пол.
— Показывайте! — мысль о том, что не все потеряно, придала сил.
Все вдруг засуетились, снимая с вешалки платье, прикрытое чехлом.
— Это я внучке шью, на свадьбу. — бормотала портниха, виновато посматривая на меня. — Ваш цвет-то, очень к лицу будет.
Платье было красивое. Очень.
Невесомый подол цвета неба, с которого почти скрылось солнце. Того ускользающего оттенка, когда не ясно, розовый это, синий или фиолетовый. Только-только присмотришься, а уже спустились сумерки. Мой любимый цвет!
Корсет настолько тонкого оттенка розового, что он кажется почти белым. Будто в бочку со сливками уронили каплю клубничного варенья, размешали и соткали из этой нежности ткань.
Руки открыты, декольте вполне пристойной глубины. От края брошена абсолютно прозрачная вуалетка до горла. Вроде бы ничего не прикрывает, но с ней я не буду чувствовать себя совсем уж обнаженной под жадными взглядами гостей.
 
По лифу спускается до пояса водопад из голубых топазов. Розоватый оттенок ткани просвечивает через кристально чистые камни, окрашивая их в тот самый неуловимый цвет. Сверху густо нашиты кабошоны крупнее, ниже их россыпь становится меньше и реже, сходит на нет, открывая атласную ткань корсета.
Я зачарованно провела по камням, не веря своим глазам.
— Скажите честно, — обратилась я к портнихе. — За какого короля выходит замуж ваша внучка?
Портниха, испуганно смотревшая на меня, расцвета и заулыбалась.
— И он точно не против, что я воспользуюсь платьем его невесты? — я продолжала уточнять, потому что платье и правда было шикарным.
Более того, оно было очень дорогим. В десятки раз дороже моего пышного розового. Да и жемчуг на него шел речной. И только по подолу в два ряда. Рядом с внучкой этой скромной дамы я смотрелась бы бедной родственницей.
— Ну что вы, леди Джи! Моей Иргуше восемь! Я заранее. Знаете, когда деньги появляются, прикупаю ткани, кружев или камней.
Я ошарашенно посмотрела на нее, еще раз на платье. То есть этот шедевр — даже не окончательный вариант платья? Во что же он превратится, когда Иргуше исполнится… да хоть бы и шестнадцать!
— И давно вы его шьете?
— Как годик исполнился. То есть уже семь лет. — и она добавила. — Хочется, чтобы у девочки была красивая свадьба и счастливая судьба.
И мне тоже хотелось бы. Для себя. Но надеюсь, что хоть Иргуше это удастся в полной мере.
— Будем мерить? — одна из помощниц уже достала швейный набор. — Мне кажется, нужно будет немного подогнать в талии.
— Конечно! — я все еще слабо верила в свое счастье. — А что с обувью!
Оказалось, что моя обувь таинственного похитителя платьев не заинтересовала и нежно-розовые атласные туфельки в моем распоряжении. Мы все порадовались, что они подходят к этому наряду в цвет.
— Вот и решился вопрос с украшениями. — осматривая себя в зеркало, я поняла, что любые камни или золото будут лишними.
Корсет сам по себе был украшением. Тяжелый, как броня. Сверкающий, как солнце. Уверена, в свете магических шаров я буду сиять и в прямом смысле могу затмить всех остальных гостей.
Юбка, по последней моде полностью лишенная каркаса, свободно спускалась до самого пола. Множество слоев прозрачной ткани разметались при каждом шаге, вызывая у меня какой-то детский восторг.
— В талии чуть широковато. — недовольно заметила правая из помощниц.
— Да что вы, а я и не замечаю. — в зеркале и на теле платье смотрелось, как идеально подогнанное.
Но портнихи засуетились. Ушивать, как бы им ни хотелось, времени уже не было. Потому на моей талии торжественно завязали широкий атласный пояс в цвет юбки.
Удивительно, но с ним все изменилось. Появилась какая-то законченность, элегантность. Талия выглядела теперь такой тонкой, что, кажется, я могла себя обхватить ладонями! Что уж говорить о мужских руках!
Горничная, вернувшаяся завершить мою прическу, не сдержала эмоций:
— Какая же вы красавица, леди Джиневра!
— Видите, вас опередили, я уже красавица! — со смехом я направилась к будуару, — Страшно представить, что будет со мной после вашей работы!
— Будете ослепительной красавицей. — заверила она меня, доставая гребень и щипцы.
Куда уж ослепительнее?
Эликсиры для укладки сделали мои волосы мягкими и послушными. Горничная бойко уложила их в локоны, собрав часть на затылке в объемный пучок, а остальным позволила рассыпаться сверкающими волнами по плечам.
 
Она уже заканчивала, когда я услышала возмущенный голос Каты:
— Джена, ты что, будешь в этом?
Ката Гаро стояла в дверях, которые портнихи, уходя, неплотно прикрыли. Видимо, она неспешно и статно, как подобает солидной замужней женщине в доме, полном гостей, бежала по коридору по очень важному делу, но мой вид ее остановил.