Выпаданка (не) обыкновенная (СИ)

Вчера, после того невольно подслушанного разговора, я еще долго не могла прийти в себя. Ждала, пока Тайгер и незнакомая мне Рига, наиграются и уйдут. После чего больше часа я просто просидела на полу, смотря в пустоту и не понимая, что же мне делать. Что?
Я нужна им, я — ключ, и они это знают. Кажется, в этом городе об этом уже знают в принципе все. Не удивлюсь, что на доске объявлений где-нибудь рядом с самым популярным из борделей уже висит подробное описание всех технологий и секретов, завещанных мне отцом. И все золотые мальчики и неженатые артефакторы закупают блеск для волос, белые манжеты и узнают, какие я предпочитаю цветы.
Вспомнились ночные розы. Бррр.
На ужин нельзя было опоздать, потому последнюю картину прибивала к раме уже впопыхах, просыпав гвоздики из мешочка. Так и оставила их, потому что времени убирать за собой уже не оставалось.
Ужин прошел спокойно. Ката и Ники обсуждали предстоящий прием. Родители Николя, обещавшие прибыть сегодня вечером, задержались у знакомых, так что приедут завтра утром. У Джонны закисло тесто, пришлось срочно ставить новое, а ко двору прибился бездомный щенок. Вот такие нехитрые новости.
После разговора в саду мы с Николя почти не разговаривали. У него было много работы, он с утра до вечера пропадал в следственном отделении Лоусона или же где-то разъезжал вместе с мистером Дудлем по особо важным и крайне секретным делам.
Мне даже казалось, будто никакого разговора и не было. Но иногда Ники, в разговоре с кем-то, или просто, проходя мимо по коридору, полному суматошно прибирающейся и наводящей на дом лоска прислуги, смотрел на меня мельком. Его взгляд опасно темнел, а лицо наоборот — светлело, зажигалось теплой доброй улыбкой.
Вот и вчера — Ката что-то рассказывала, а он смотрел на меня и улыбался. Мысли о разговоре между оборотнем и его ненасытной партнершей куда-то вылетели. Я едва сдержалась, чтобы не заулыбаться Николя в ответ.
С трудом отвела взгляд от его сияющего лица и остаток ужина провела, глядя в тарелку. На радость заскочившей с отчетом о текущем положении дел Джонны. Та решила, что моя радость относится к качеству и количеству приготовленных блюд и так искренне обрадовалась, что я не стала разочаровывать добрую женщину.
На пороге спальни мне в руку уткнулся острым носиком летун. А вслед за ним — Эрмин, пытавшаяся поймать магическое письмо.
“Джин, приходи в беседку. Буду ждать”.
Подписи не было, но кто еще может звать меня Джин?
Эрмин проворно залезла в кармашек на моем платье. Юбка с жестким каркасом хорошо держит ее маленькое тельце. Порой я даже не замечаю её присутствия. Только когда начинает удобнее устраиваться — чувствую, как она аккуратно двигается. А по большому счету за свою жизнь я так привыкла, что когда Эрмин рядом нет, я беспокоюсь и немного переживаю. Даже если полностью уверена, что она в безопасности.
Николя ждал на краю полянки, окруженной высокой живой изгородью из так нелюбимых мной в последнее время ночных роз.
Мы нисколько не скрывались. В общем-то, я совершенно открыто вышла в сад на виду у прислуги. Но ощущение, будто у нас тайное свидание, не отпускало.
— Джин, — Ники оказался рядом, обнимая меня за плечи. — Ката сказала, что ты будешь у нас на балу завтра вечером.
Я мысленно поблагодарила его за начало разговора на отвлеченную тему. Признаться честно, после того вечера я не знала, что делать, останься я с ним наедине.
Чувство неловкости, холодком пробегающее по спине, пока я шла до условленного места, отошло на второй план.
Глядя в его немного обескураженное лицо я осторожно кивнула:
— Да, я обещала ей быть. Для нее это важно. И для меня — тоже. Я считаю ее своей подругой. В конце-концов, она так добра ко мне.
Ники погладил меня по спине и обнял крепче.
— Джин, то есть на ежегодный прием у Тайгера ты не поедешь?
Вот в чем дело. Конечно же он знает, что я должна быть на приеме в Фактории. возможно он даже видел список гостей.
— Не поеду. — и это было правдой.
Мне никуда не нужно ехать, ведь у меня уже прямой телепорт из собственной спальни прямо в тайник отца на территории Фактории.
 
Я не сдержала вздоха, понимая, что не могу ему солгать.
— Ники, — захотелось видеть его глаза, понять, как он отреагирует на мои слова. — Я не поеду к Тайгеру, но мне нужно там быть. Правда.
Николя коснулся моих губ кончиками пальцев и я замолкла, давая ему сказать.
— Джин, я не позволю тебе залезть в клетку с этими похотливыми кроликами. Тем более, они в любой момент могут тебе навредить. — в его голосе прозвучала горечь.
Его пряный запах проникал все глубже и глубже, пропитывая, кажется, все вокруг. Я прижалась щекой к его прохладной ладони, когда он нежно поправил мне непослушный локон.
— Николя, все будет хорошо, поверь. Я вступаю в наследование целым состоянием. У Каты будут смотрины, у меня — тоже. Только смотреть на меня будет не семья, а деловой мир Лоусона. Кроме того, я нужна всем. — Вспомнился подслушанный разговор и я добавила важный пункт. — Нужна живой.
— Джин. — Ники замолчал, наклонившись ко мне.
Иногда молчание значит больше, чем слова. Я знала, то, что он мог сказать, но не захотел. Он мог бы сказать, что мне нечего делать на этом приеме, ведь после свадьбы все дела перейдут к нему и в моем ведении будет только дом и воспитание деток.
Но он не сказал. Он видел, как это важно для меня. И знал, как сильно это может меня ранить.
Мы смотрели друг другу в глаза, выражения наших лиц менялись. Мы молчали, но в этом молчании было больше смысла, чем в шумной ссоре и прилюдном объяснении в любви.
— Хорошо, — его слова слились с шелестом листьев. — Если нужно, можешь взять мой мобиль. Если что-то случится, пришли летуна и я найду тебя, где бы ты ни была.
Я кивнула, соглашаясь. Легко давать обещание, когда уверен в своей безопасности. Но уверена ли я? Вовсе нет. Готова ли я вырвать Николя с семейного торжества? У него на этом празднике, как у наследника семьи, множество обязанностей. Пожалуй, гораздо больше, чем у меня на Зимнем балу в Фактории.
— Будут мои родители. — добавил он. — Я не думаю, что мы готовы испортить семейный дебют Катарины, так что о нашей помолвке я скажу только родителям.
Ники смотрел испытующе. Ну конечно, он тоже ждет, как я отреагирую, как посмотрю, что скажу.
Я улыбнулась. Родители Николя знали меня с детства. Радует, что хотя бы этап знакомства давно пройден.
— Значит это будут и мои смотрины тоже?
— В каком то смысле. — от ответил мне улыбкой. — Ближе к полуночи они освободятся и мы сможем поговорить все вместе.
Думаю, к полуночи я настолько озверею от общения со зверями, ой, то есть оборотнями, что любой разговор с людьми покажется мне отдыхом.
— Николя, — я хотела сказать, что согласна и обязательно приду, но он прикоснулся к моим губам подушечками пальцев.
Ветерок набросил на мое лицо несколько прядей из распустившейся к вечеру прически. Николя осторожно собрал из и заправил мне за ухо.
Вздохнул. Его руки напряглись, привлекая меня ближе.
Хотелось вдохнуть глубже его пряный запах, растрепать его густые каштановые волосы.
Я прижалась к его плечу, пользуясь возможностью быть ближе к нему, перед тем, как мы разойдемся по своим комнатам.
— Джин?
Я мгновенно откликнулась. Повернула голову, заглядывая ему в глаза. И мгновенно смущаясь, потому что между нами не было и дюйма.
— Джин, я никому тебя не отдам.
И поцеловал.
Я закрыла глаза, вспоминая, каким он был, мой первый поцелуй.
Николя прикоснулся прохладными губами к моим, осторожно захватывая их в плен. Я чувствовала тепло его тела, даже когда он немного отстранился, заглядывая мне в глаза.
 
Его рука скользнула по моей щеке, оставляя на коже шелковый след. Он дошел подушечками пальцев до шеи, и поднялся обратно, остановившись у самого подбородка, придерживая, не давая мне опустить лицо, спрятать губы. Я почувствовала его страх. Николя боялся, ужасно боялся, что я отвергну его, оттолкну, уйду. Но я не ушла.