Летописи Великого Похода (СИ)

И что на доспехах всех погибших – те же цвета и знаки, что и на его собственном.
Кровь словно смыла туман с разума десантника, сорвала прочь пелену с глаз. В памяти разом всплыло все: название планеты, геральдика врагов и друзей – и собственное имя.
– Это Скалатракс. Мы воюем с Детьми Императора, – сорвалось с его губ. – А меня зовут Кхарн. Капитан Восьмой роты Пожирателей Миров.
– Да, ты Кхарн, – произнес голос из-за спины. – Но с этого дня тебя будут называть «Кхарн Предатель».
Очень медленно Кхарн обернулся. Казалось, кровь и смерть вокруг не только сорвали иллюзию и вернули воспоминания – но и дали разуму былую остроту. Он уже знал, кого увидит.
Кто еще мог знать его жизнь столь хорошо? Кто еще не был рациональным, задумчивым и сдержанным? И кто еще на его глазах отверг все эти качества?
Перед Кхарном высился гигант в багровых доспехах; рукояти двух исполинских топоров выглядывали из-за его спины. Он превосходил десантника так же, как сам Кхарн – обычных людей; лицо великана украшали шрамы, но выбритый череп был совершенно гладким. Ни следа вживленных кабелей, которые Кхарн всегда видел на затылке этого человека.
Своего примарха.
– Ангрон, – прошептал он.
– Он самый. Не совсем такой, каким ты привык меня видеть… но ты ведь хотел, чтобы таким я и был, Кхарн? Ярость в бою, рассудительность вне боя, власть над гневом и расчет в пылу бешенства?
Никогда в жизни Кхарн не видел на лице Ангрона такой улыбки: ироничной, почти мягкой и беззаботной.
Она наполняла сердце куда большим ужасом, чем злобный оскал или бешеные глаза.
– Это невозможно, – выдохнул Кхарн.
– Как я тебе и сказал, – засмеялся Ангрон. Голос был прежним – низкий и мощный, наполненный силой. Лицо точно такое же, как раньше, только нет «гвоздей мясника». Но выражение глаз, ироничное спокойствие в голосе, выбор слов – все это было чужим, еще более чудовищным, чем знакомое ему по реальности демоническое обличье примарха.
– Ты не Ангрон! – выкрикнул Кхарн.
– А кем я могу быть? – улыбнулся Ангрон. – Удивительно спокойный демон Кровавого Бога, проникший в твою душу? Осколок души примарха, никогда не получивший развития и исторгнутый прочь его преображением? А может, просто видение, сотворенное твоим разумом?
Он наклонился вперед, тихо рассмеявшись.
– Итак, ты – сосуд демона, вместилище куска души отца или просто безумец. Выбирай, Кхарн. Что тебе больше нравится?
– Я не безумец, – хрипло ответил Кхарн, не веря самому себе. – Я не сошел с ума!
– Ты поглядел на невозможное, – ответил Ангрон. – Что еще с тобой могло случиться?
– Нет! – взмахнул рукой капитан.
– А как еще назвать человека, который только что сделал вот это? – Ангрон указал мимо Кхарна.
Тот резко повернул голову.
Топор в его руке сочился кровью – свежей, только что пролитой; она смешивалась с серыми потеками мозга, становясь светлее. Кхарн опустил взгляд – на распростертого у его ног Пожирателя Миров, которому зубья лезвия разнесли череп. Видно, тот выбрался из укрытия, бросился к убийце братьев…
А тот секунду назад он просто махнул рукой, по-прежнему говоря с Ангроном.
– Ты говоришь со мной и убиваешь, – засмеялся примарх. – Я вдохновляю тебя на убийство, Кхарн? Я горд.
Он склонил голову набок.
– Так ты одержимый, сосуд для отторгнутой части или безумец? Решай.
Кхарн поглядел на свой топор. Напрягся, стараясь отличить реальность от иллюзии, призрачный образ от настоящего – но не смог. Лишь различил крик ужаса и гудение зубьев топора – неужели он, продолжая разговор, убивает и дальше?
– Я не знаю, – выдохнул он.
Ангрон усмехнулся:
– Люди много чего не знают. Но не беспокойся, капитан. Тебе больше не о чем волноваться. Ты услышал меня – и будешь слышать по-прежнему.
Улыбка Ангрона стала еще шире.
– До конца времен.
01.09.2013 – 03.09.2013 
  
Терапия
 
- Братья, - Хорус оглядел собравшихся примархов, - мы почти в сборе.
Магнус, пребывавший в виде психической проекции, кивнул, Лоргар кивнул более торжественно. Откуда-то снизу донесся вой Ангрона. Фулгрим приподнялся на хвосте и благостно развел руки. Мортарион остался недвижим. Альфария Хорусу пришлось поискать взглядом.
 
- Не хватает только Конрада и...
За дверью послышались тяжелые шаги.
- А, вот и последний недостающий прибыл, - улыбнулся Хорус, поворачиваясь к дверям.
Пертурабо широкими шагами вошел в зал, оглядел братьев и внезапно улыбнулся.
Примархи оцепенели.
Пользуясь их замешательством, Пертурабо в несколько шагов пересек зал и сказал:
- Здравствуй, Фулгрим.
Сокрушитель Наковален врезался в грудь Фениксийца с такой силой, что тот взлетел к потолку, и рухнул обратно через мгновение - прямо на новый взмах раскрученного молота. Фулгрим успел только придушенно пискнуть, когда его снесло к стене.
Пертурабо мигом оказался рядом, выверенным с точностью архитектора пинком подбросил Фулгрима в воздух и припечатал рукоятью молота, почти расплющив о стену.
Хвост Фулгрима с яростью хлестнул по доспеху Пертурабо, и тут же отдернулся - как оказалось, на броню непрерывно подавалось высокое напряжение. Пертурабо улыбнулся снова и обрушил на голову Фулгрима бронированный кулак.
Лоргар раскрыл книгу и углубился в чтение. Хорус сделал шаг вперед:
- Брат, - мягко сказал он. - Что ты делаешь?
- Проявляю, - удар рукоятью молота, - свое, - пинок сапогом, - неудовольствие.
- Пертурабо, - так же мягко заметил Хорус. - Он теперь бессмертен.
- Да, я знаю, - кивнул Железный Владыка, - так что можешь не бояться, что лишишься союзника.
Последний удар впечатал Фулгрима в пол. Пертурабо окинул братьев взглядом и задержал его на Магнусе.
- Ты тоже?..
Алый Король наклонил голову.
- И кем ты пожертвовал? - осведомился Пертурабо.
- Собой, - спокойно ответил Магнус.
Пертурабо кивнул и уронил молот прямо на Фулгрима, бросив тому:
- Учись.
После чего повернулся к остальным, глядя с непривычным умиротворением. Хорус поднял бровь. Пертурабо поглядел на придавленного Фулгрима и пояснил:
- Хорус, ты даже не поверишь. Такая терапия удивительно расслабляет.
  
Глашатай
 
Фидий Кандаон ничем особенным в Четвертом Легионе не выделялся. Олимпиец, легионер с хорошим послужным списком. По мнению командиров – потенциальный кандидат на сержанта, пока что – нормальный Железный Воин с военными талантами чуть выше среднего. Хороший стрелок, хороший боец, в наличии все черты, которые ценились в Легионе. Словом – воин с неплохим потенциалом, но никак не легенда и не украшение своей роты.
Никто не ожидал, что Фидий однажды подойдет с вопросом к самому Пертурабо.
Это случилось по завершении кампании на Имментале VII. После приведения планеты к Согласию местные города лежали в руинах, и плохо подходили для немедленного заселения. Логистические ошибки и флуктуации варпа задержали прибытие строителей и гражданских специалистов в целом, поэтому примарх приказал Легиону подготовить планету для размещения нормального гарнизона. Сам он, как всегда, тоже принял участие: одним из поводов гордости Четвертого было то, что Пертурабо никогда не отказывался от работы. И никогда не гнушался ручной работы, неважно насколько тяжелой.
Дело шло медленнее, чем хотелось бы примарху. Настроение у него резко ухудшилось, и легионеры, хорошо знающие тяжелый характер Владыки Железа, старались обходить его стороной. Особенно когда он явно погрузился в размышления, глядя на разрушенный город. Прикидывает перестройку? Или как можно было бы его бомбить с меньшими разрушениями, но подавив гарнизон? Одному Пертурабо ведомо.
И вот тогда Фидий Кандаон, простой легионер, подошел к нему и задал какой-то вопрос. Никто не расслышал слов; другие Воины или стояли далеко, или же слишком поразились наглости брата. Сразу же после этого – еще больше поразились реакции примарха.