Третья часть Великого похода. Сброшенные хвосты. Отданные долги (СИ)
Общественная столовая (старый, еще не снесенный барак времен основания города) встретила подружек забившей все столы гомонящей толпой (время обеда), но разумеется для Илирны и Ойтэлитэль места тут же нашлись. Эльфийка и орка умостили свои попки на длинную деревянную скамью задниц так на 30 с лишним и через секунду получили стандартную порцию того, чем сегодня кормили в столовой, как всегда водилось в таких заведениях, без разносолов, но сытно и много. На первое суп из конины и перловки, на второе сечка с грибами и лесными травами, ко всему этому морс из привезенной с болот клюквы и хлеб. Вот с хлебом возникла некоторая заминка...
- Это еще что такое? - громко и возмущенно спросила снежная эльфийка, держа в руках коричневый плотный кирпич, так непохожий на обычную ржаную или пшеничную булку, пах кирпич... не сказать что не приятно, но привычным хлебом точно не пах.
- Госпожа! - как из-под земли возникла девушка-Белка, не обычная подавальщица или повариха, а одна из помощниц Иримэ в чистом строгом платье с папкой в руке. - Госпожа, эта столовая как и пять других выбрана для эксперимента: в каждой из них неделю будут подавать разные сорта недорогого хлеба, чтобы сравнить, какой из них приятней на вкус и лучше насыщает. -
- Недорогого значит, - понимающе усмехнулась Ойтэлитэль, разламывая и нюхая эрзац, она слышала про эксперименты Иримэ и вот теперь и ей довелось поучаствовать в одном из них в качестве подопытной крысы. - Тут мука-то хоть есть? - почти серьезно спросила она.
- В этом есть, - поклонилась Белка.
Вслед за эльфийкой хлебный кирпич понюхала орка и нахмурилась, услышав вопрос про муку. Заготовки вокруг проявляли неприкрытый интерес к разговору.
- Так и быть, попробую, - решила рискнуть Ойтэлитэль, про себя надеясь, что так называемый хлеб — не откровенная отрава или гадость, в конце-концов им же целую неделю собирались кормить тысячи строителей?
Игрунья отломила кусочек и после секундного колебания сунула в рот. Начала жевать, ее лицо приняло задумчивое выражение, она прислушивалась к себе. На столовую опустилась тишина: не работали челюсти, не гремела посуда, не скрипели скамьи, ложки не скребли по днищам тарелок и конечно же никаких разговоров — заготовки внимательно ждали, что скажет насчет нового странного хлеба такой авторитетный воин как Бешеная. Ждала и орка, с интересом глядя на подругу, напряженно ожидала и девушка-Белка, ждал весь зал, из кухни выглядывали поварихи. Между тем эльфийка прожевала кусок, сглотнула, чуть качнула головой, скосила глаза туда-сюда, неторопливо выпила полкружки морса и, только поставив кружку на стол, вынесла вердикт:
- А ничего так, с голодухи вообще пойдет на ура. Чувствуется ореховый вкус, но слабо, его желательно усилить, тогда если намазать маслом, хреновиной или огоньком и положить сверху листок салата или пару перьев лука, то получится замечательная вещь — такой ли ореховый тост. -
Весь зал внимал ее словам, Белка открыла папку и быстро писала в специальной тетради, Илирна решилась и тоже отщипнула кусочек.
- С запахом нужно что-то сделать — то, как он пахнет сейчас, никуда не годится. Хлеб должен пахнуть как хлеб, а не как полено. Если не можете сделать запах хлеба, сделайте хотя бы запах ореха — всяко будет лучше. -
Бешеная прошлась глазами по ждущим лицам заготовок и громко-четко подвела окончательный итог:
- Неплохо — можно есть. -
Зал выдохнул в унисон: снова заскрипели скамьи, снова сотни челюстей начали пережевывать еду (в том числе тот самый хлеб), загремела посуда. Белка дописала и поклонившись госпожам пошла дальше вдоль рядов, временами останавливаясь и обращаясь к случайно выбранному заготовке. Заготовка ей что-то отвечал, Белка записывала и шла дальше. Сами же невольные дегустаторши отдали должное супу и сечке с грибами, хлеб тоже щипали, но конечно далеко не так как рвали бы свежий, горячий ржаной каравай. Кроме хлеба никаких больше новинок: суп был наварист и, не поспоришь, хорош, разве что надоевшая всем конина уже набила оскомину... но это так придирки; вкуснейшее второе хотелось есть и есть и возможно попросить вторую порцию, если бы первая не была рассчитана на здоровенных, хорошо поработавших мужиков, а не на изящных представительниц прекрасного пола. По идее порции не стоило бы доедать (особенно эльфийке), но подруги съели все и едва удержались от того, чтобы не последовать примеру насыщавшихся рядом заготовок и не вылизать тарелки. Несколько осоловев от съеденного, на некоторое время остались сидеть на скамье: давали пище уложиться в трещавших животах, попивали морс, говорили о разном, о том что было на душе, по молчаливому уговору поднятой в храме темы не касались. Беседовали о многом: о будущих собственных домах, о семейной жизни Илирны и Вара, о том, как орку принял клан, о разнице порядков в степи и здесь, а еще любопытную дочь вождя крайне занимало, где клан так быстро набрал столько всадников для варгов, да еще каких...!
- Я думала носителей чистой крови совсем не осталось, в Большой степи на Гобре их точно нет. Где вы их нашли, да еще тысячи и как уговорили к вам переселиться?! - пытая подругу недоумевала орка.
- Места надо знать, - туманно ответила та и поскорее постаралась увести разговор на другую тему. Ну а что она могла рассказать? Как бы то ни было, Илирна оставалась неписью и по законам этого мира не смогла бы воспринять информацию про заготовок, как не смогла бы осознать, что весь Серединный мир — игра для развлечения жителей другого мира.
В целом у Бешеной получалось и постепенно разговор удалился от орков, варгов, Восточного замка и вместо них коснулся дочери Главы.
- До сих пор не могу ее разгадать, - откровенно признавалась подруге орка. - Только начинаю думать, что поняла, какая она и что значит для клана... как сразу открывается новая дверь, новая грань! С ума сойти можно, а ее не разгадать! - Только недавно Илирна узнала, кто не особо и скрывая свою власть управляет женским миром клана, а найдя едва не сгорела со стыда от осознания того, как все было очевидно, на глазах, рядом-руку протяни — она же словно последняя дура металась, заблудившись как двухлетний карапуз блуждает среди шатров родного становища. Стыдно! Илирне было стыдно за себя, свою глупость и невнимательность. Глубокий стыд сменился не менее глубоким недоумением, когда она поняла, что несмотря на ее позор, Василиса не прочь поделиться с ней властью над женским миром. А еще буквально несколько дней тому назад она испытала новый шок, совершенно случайно обнаружив, что власть над женским миром, лишь часть той огромной власти, которой Василиса обладала над кланом и не только над ним.
- Забей, это как море выпить — непосильная задача, - от чистого сердца дала ей совет снежная эльфийка. - Дочка хитрая как тысяча полуросликов и умная как весь совет клана, но любит прикидываться веселой, наивной, слабой на передок дурочкой, прикидывается так хорошо, что иногда сама начинает в это верить, ну и ловко убеждает в том всех вокруг. Но те кто веников не вяжет, давно догадались, как все обстоит на самом деле. -
- И? -
- И ничего: она всегда действует на благо клана, прими это как данность. И еще: Василису любят и не только те, кто ее чпокнул, а все, даже те, кто ее боится. - Несколько противоречивые слова, но Илирна поняла, что Бешеная имеет в виду, ей тоже было что сказать:
- Ты знаешь, что местные Белки считают дочь Главы богиней? -
- А что тебя так удивляет? - вопросом на вопрос ответила Ойтэлитэль. - Больше половины Великих богов вышли из фейри — Мот, Оа, Терун, Жагот, тот же Трооатэна. -
- Но Дримма они богом не считают, а ведь он ее отец? - совсем запуталась Илирна, не понимая Василиса богиня или нет? А если да, то кто такой Дримм?
- Да ты че? - с покровительственной улыбкой посмотрела на нее Ойтэлитэль. - Если Дримм только захочет, то его мигом начнут почитать и не только Белки! Он уже Убийца Богов, Могучие духи бегут при одном его приближении, не желая становиться у него на пути, гоблины пугают его именем детей, правители человеческих и эльфийских королевств наперегонки подсовывают ему своих дочек, ну а ваши в степи... -