Шиари выбирает первой (СИ)

— Принес?
В глазах кадета горело жадное пламя, и в тот момент я поняла, что вряд ли он успокоится и отстанет. Сейчас ему нужно козырнуть силами перед императором, потом усилитель еще для чего-нибудь понадобится. А там и выпускные экзамены нагрянут. Впрочем, я все еще не теряла надежду, что Рифер скоро вернется, и я смогу исчезнуть из Кальдерока.
Правда, проблема со Стейродом не исчезнет и, как ее решать, я пока не представляла.
— Вот, — протянула старшекурснику мешочек с непонятной дрянью.
Боялась, что кадет засомневается, захочет проверить или еще что, но ему оказалось достаточно только принюхаться, а спустя секунду его крупное одутловатое лицо расплылось в удовлетворенной улыбке.
— Молодец, Ноэро! Сегодня и для тебя, и для меня хороший вечер.
— Не сказал бы, — мрачно буркнула я.
— Ну почему же? — Кадет заулыбался еще шире. — Ты останешься целым и невредимым. Нет, это просто замечательный для тебя вечер!
Он хлопнул меня по плечу, как мог бы хлопнуть доброго друга, а я чуть не прослезилась от боли, запульсировавшей в ребрах.
Насчет целого и невредимого Стейрод явно погорячился…
План уснуть легко и быстро с треском провалился. Сначала долго лежала на спине, боясь пошевелиться, потом, скривившись, осторожно перевернулась на бок, снова упрямо закрыла глаза и тут же окунулась в свой вечерний кошмар.
Когда же ты уже сдохнешь?!
Получается, Рифа и раньше пытались убить? Но кто? Зачем? Из-за того, что покупал заморскую дрянь у рыжего прохиндея? Раз Эшви почувствовал Рифера, значит, он жив. Да и я тоже сразу бы поняла, случись с братом трагедия.
Я все больше склонялась к версии, что он сбежал, испугавшись за свою жизнь. Но почему нам ничего не написал? Почему даже не попытался ничего объяснить? Из-за чувства стыда? Возможно.
— Во что же ты вляпался, Рифер? Кому перешел дорогу…
Уже уплывая в такой желанный и долгожданный сон, услышала, как скрипнула дверь. Шелестящие шаги Бриана были едва различимы, как и короткий стук: кадет поставил на стол с моего краю флакончик темного стекла.
— Поможет снять боль.
Больше ничего не сказал.
Быстро раздевшись, лег в кровать и отвернулся к стене.
  
ГЛАВА 26
 
Следующие два дня Бриан старательно меня избегал. Поначалу я пыталась с ним помириться, потом плюнула и решила, что пусть сначала успокоится, а там уже будет видно.
Разумеется, о нашей размолвке стало известно и другим друзьям брата. Во вторник за завтраком Ронан даже поинтересовался, провожая кадета взглядом:
— Что это с ним? Хмурый, мрачный. Вы же в последнее время что сладкая парочка.
Нейл рассмеялся, оценив шутку друга, и даже Лоунард, предатель, расплылся в широченной улыбке.
Я неопределенно пожала плечами. Рассказать правду я не могла, а врать и изворачиваться лишний раз не хотелось, поэтому решила по возможности помалкивать.
— Может, дело не в Рифе? Мало ли, поссорился с девушкой, проблемы в семье или джар его знает. — Высказав свое мнение, Фольт вернулся к уничтожению мясного пирога, и было видно, что он, пирог, занимает его мысли куда больше, чем странное поведение друга.
— А вы знаете, кто его родители? — осторожно спросила я, гадая, рассказывал ли им Бриан о своем происхождении.
Оказалось, что нет, не рассказывал.
А мне, получается, доверил свою тайну…
— Про семью он не любит говорить, — подцепив вилкой мясную начинки, выловленную из подрумяненной сдобы, ответил Ронан.
— Как и объяснять, почему его поселили отдельно ото всех, — сказал Нейл, и все трое уставились на меня. — А ты не в курсе, Риф?
Растерявшись, пожала плечами и поняла, что пора убираться.
Я и сама толком не знала, отчего Торнвил удостоился отдельной комнаты. Потому что папа — император? Ну так, насколько поняла, Бриан терпеть не может козырять своим происхождением.
Из-за того, что ночами спит беспокойно? Возможно.
Какому кадету понравится просыпаться посреди ночи от криков соседа? Но лично я не жаловалась. Так выматывалась за день, что ночью спала как убитая. А может, все дело в артефакте, во сне питавшемся моей энергией, отчего я буквально улетала из этого мира.
 
Неважно.
Если бы еще не странные, а порой и жуткие сны…
Видимо, эта проблема была у нас с Брианом на двоих.
Быстро доев свою порцию пирога (сегодня еда была преступно вкусной), поднялась.
— А ты куда торопишься? — хмыкнул Ронан. — До урока еще пятнадцать минут.
— Нужно найти профессора Дермонта. Обсудить расписание дополнительных занятий.
Кадеты кивнули, удовлетворившись таким ответом, и отпустили меня с миром.
На самом деле к Дермонту я не собиралась. Мы еще вчера все обсудили: и расписание, и то, сколько времени мне надо уделять самостоятельным занятиям. Но чтобы избежать расспросов ребят, предпочла уйти.
Первой лекцией сегодня стояла теория военной тактики у полковника Клерта. Желая убить время, да и лучше познакомиться с замком, который еще не весь обошла и изучила, я не спеша брела по галерее, бросая по сторонам любопытные взгляды. Справа красочные витражи, стрелами смыкающиеся под темными сводами, слева — серая кладка стен и редкие портреты самых выдающихся выпускников академии. Под ногами щербатый пол, а впереди…
А впереди в компании какого-то пожилого военного маячил Эскорн. Запнулась, мысленно выругалась и хотела уже повернуть обратно, но поздно: генерал меня заметил. Кивнул и сделал знак рукой, подзывая.
А мне совсем не хотелось, чтобы меня подзывали…
Не знаю, что за сбои произошли у меня в голове минувшим воскресеньем, но с того злосчастного чаепития в салоне шейлы Оруа я не могла терпеть возле себя его светлость.
Ну то есть раньше тоже не могла, но сейчас… Сейчас это стало вдвойне, а то и втройне сложнее! При виде Эскорна по телу начинали разбегаться мурашки, и я была бы рада сказать, что страха или неприязни, но тихий голос глубоко внутри назойливо подсказывал, что страхом во мне даже не пахло.
Вчера на тренировке один на один думала, что не выдержу и во всем ему сознаюсь! Оказалось, не так уж это и просто выдавать себя за парня, когда тебя обнимают всякие сероглазые генералы.
Это не были объятия в полном смысле слова, но, когда Вейнанд демонстрировал мне очередной захват, хватая меня за талию и прижимая к своей груди, я думала о чем угодно, но только не о тренировке. И близость его бедер к моим сбивала с боевого настроя.
А уж когда он опрокинул меня на мат, нависнув сверху, мне жуть как захотелось оттолкнуть его и крикнуть, чтобы больше не смел так делать.
Не смел меня касаться. Не смел вплавляться в меня своим взглядом.
Потому что это было неправильно! А еще опасно. А еще…
Какой-то части меня это нравилось.
— Доброе утро, Рифер, — поздоровался со мной наставник, когда я, отчаянно того не желая, подошла к нему и его коллеге.
— Не забыл о вечерней тренировке?
Мысленно застонала, представляя очередную пытку наедине с генералом. Вот чему я, скажите, научусь, когда в голове начинает вариться каша, а под кожей словно салюты взрываются?
Интересно, этот старичок что преподает? Может, захочет со мной позаниматься? Потому что, если оборотник еще хотя бы раз меня коснется и внутри у меня при этом что-то взорвется, я сама себя возненавижу.
И его тоже.
Но его можно.
— Помню, шейр, — с усилием выжала из себя улыбку.
— Хорошо, — удовлетворенно кивнул Эскорн, а я зачем-то посмотрела на его губы.
Потом в глаза…
Потом поняла, что мне снова хочется кричать.
— Какой у тебя сейчас урок?
— Военная тактика у профессора Клерта.
 
Генерал снова кивнул и улыбнулся своими до безобразия красивыми губами, увеличивая диапазон моей к нему… неприязни.
Точно-точно! Она, милая.
Еще я могла на него злиться, он мог меня раздражать и, в общем-то, на этом все.
Все остальные чувства были из разряда преступных и запрещенных.