Шиари выбирает первой (СИ)
Я тут же его схватила. Ослабив тесьму, заглянула внутрь. Все-таки травы. Сухие болотного цвета мелкие листочки, от малейшего прикосновения превращающиеся в пыль.
— Когда придешь за следующей? — явно довольный проведенной сделкой, спросил незнакомец.
— Это последняя, — твердо сказала я, пряча резко пахнущую дрянь в карман.
— Решил, что дальше будешь справляться своими силами? — хохотнул рыжий, без малейшей робости или стеснения отрывая приличный ломоть от моей лепешки.
— Буду. — Не желая больше здесь задерживаться, и так уже было поздно, поднялась.
— Постой… — Мгновение, и парень посерьезнел. — Тобой тут вчера интересовались. Манерная такая девчонка и какой-то пацан… Лиц не разглядел. Оба были в масках. Спрашивали и про усилитель. Уж очень им было интересно, куда ты пропал и что я могу им продать. Явно твоего поля ягода.
— Мои друзья, — кашлянув, сказала я. — Я потом с ними пересекся.
— Хорошо, если друзья, — задумчиво кивнул юнец. Поняв, что еда так и осталась мной нетронутой, придвинул к себе кружку, тарелки, явно собираясь еще и поужинать за мной счет.
Надо было все-таки облить его пивом… Но разумнее будет вернуться в академию и избавиться от джаровой отравы. Было такое чувство, что та жжет мне карман. Я едва справлялась с искушением швырнуть усилитель в огонь, жадно облизывавший нутро очага.
— Передавай привет Шону! — крикнул на прощание рыжий, и сразу стало ясно, как брат вышел на этого махинатора.
Вид подсобил.
Убью при встрече.
Вырвавшись из душного, пропахшего дымом и перегаром подвала, я глубоко вдохнула свежий, напитанный сыростью воздух. Хорошо-то как! Дождь поутих, превратившись в мелкую морось, на которую я даже не обратила внимания. Все еще была под впечатлением от встречи и никак не могла поверить, что мне все-таки удалось раздобыть усилитель.
Надеюсь, Стейрод теперь оставит меня в покое. Главное, чтобы не потребовал добавки. А то еще понравится шантажировать младших…
Я ускорила шаг, оставляя позади бесчисленные доки, склады и сомнительные заведения, угнездившиеся в старых домах, вроде этого кабака или какого-нибудь борделя. Почти все фасады подернулись трещинами и представляли собой жалкое зрелище. Возле одного дома терпимости меня попыталась остановить парочка полураздетых девиц, решивших, что я нуждаюсь в их внимании и ласке.
Ни в чем таком я не нуждалась, поэтому отмахнулась от шлюх и зашагала еще быстрее. На улицах было темно, промозгло и, как назло, на глаза пока что не попалось ни единого экипажа. Подняла воротник в надежде, что тот спасет от порывов ветра и затекающих за ворот капель. Не спас. Я продолжала мерзнуть и дрожать и мечтала о теплых, уютных залах Кальдерока.
Сейчас бы в библиотеку с чашечкой чая и книгой по теории магии…
— Лайра, сзади!
Шипение хранителя раздалось так внезапно, что я вздрогнула, а потом резко обернулась. Видимо, тренировки с Эскорном оказались не такими уж бесполезными: успела заметить, как в паре дюймов от меня в тусклом свете фонаря блеснуло лезвие ножа и даже умудрилась увернуться от прицельного удара. Нападавший явно намеревался вогнать мне нож между лопаток.
Джары!
Одно попыткой он не ограничился. Покрепче сжав рукоять оружия, снова выбросил вперед руку, другой пытаясь схватить меня за куртку. Лица нечестивца я не видела. Только пронзительно черные, как два угля, глаза. Все остальное было спрятано под темным платком, да и в целом он походил на бесформенную тень.
Опасную и пугающую.
Должно быть, у меня был неплохо развит инстинкт самосохранения или опять же сказывались тренировки с Вейнандом. Мне удалось (в кои-то веки!) атаковать мерзавца. Подсечка, удар, и кинжал улетел в ближайшую лужу. Правда, несостоявшийся убийца тут же взял реванш, впечатав свой немалых размеров кулак мне под ребра.
На какое-то мгновение даже дыхание сперло и без того тусклый мир стал еще темнее. Я рухнула на мостовую, беспомощно открывая и закрывая рот в попытке вздохнуть.
— Когда же ты уже сдохнешь?! — рыкнул незнакомец, делая пас рукой, сплетая чаровой узор.
«Убьет! Как пить дать убьет!» — мелькнула паническая мысль.
Я попыталась подняться с мостовой, на которой оказалась стараниями этой мрази, но вместо этого продолжала задыхаться. От страха, от осознания собственного бессилия и беззащитности перед внезапной угрозой.
Все формулы вдруг вылетели из головы. Я словно бы забыла, как надо призывать огонь. Когда-то помнила, умела, а сейчас вдруг стала той Лайрой, что полмесяца назад робко переступила порог Кальдерока и понятия не имела, как защитить себя с помощью чар.
Дермонт будет мной недоволен.
На пару с генералом.
Наверное, если бы лицо душегуба не было закрыто платком, я бы увидела, как по его губам змеей скользит усмешка.
— Вот сейчас ты точно сдохнешь, — выплюнул он и, раскрыв пальцы, занес надо мной свою лапищу.
Наверное, мне следовало прощаться с жизнью, но тут вдруг откуда-то сбоку раздалось грохочущее:
— Эй, ты!
Патрульные!
Убийца отвлекся, обернулся к солдатам, и я поняла, что вот мой шанс на спасение. Сразу вернулись и силы, и желание бороться. Ну или как минимум дать деру. Что я и сделала. Вскочила на ноги, рванула в щель между домами и побежала. Так быстро, как не бегала никогда. И пока неслась, слышала, как в груди гулко колотится сердце и каждое новое мгновение отдаляет меня от неизвестного чаровика.
— Ты отправилась туда без меня?
Знай я, что будет так сложно признаться другу, где на самом деле провела воскресный вечер, и я бы еще вчера посвятила его в свои планы. Но поворачивать время вспять я не умела, а сидеть, сжавшись в комок, и смотреть на Торнвила, обиженного, оскорбленного, возмущенного, было еще хуже, чем столкнуться с убийцей.
Я предпочла бы пережить с дюжину нападений, только бы не чувствовать на себе обличительный взгляд кадета.
— Чтобы тебя не подставлять, — чуть слышно выронила я.
И втянула голову в плечи, в который раз убеждаясь, что было в Бриане что-то этакое… императорское.
А ведь ему всего семнадцать, но вот эта манера держаться… Этот голос, этот взгляд в моменты гнева… Уверена, сейчас Бриан был точной копией своего отца.
— И чуть не погибла! — припечатал Торнвил с таким видом, что я вот прямо сейчас предпочла бы погибнуть.
Чтобы больше не видеть его и не слышать.
— Бриан, извини, — прошептала, опуская взгляд. — Я хотела как лучше.
Кадет резко подался ко мне и отчеканил с такой холодностью, словно на моем месте сидел, скукожившись, Стейрод:
— Или ты от меня ничего не скрываешь, Лайра, или можешь искать себе другую комнату и другого друга.
Несколько секунд напряженной тишины, а затем раздался громкий хлопок двери, от которого я вздрогнула и снова застыла. Обхватив колени руками, долго всматривалась во тьму, в дальнем углу истончавшуюся от света керосиновой лампы. В последнее время моя жизнь очень напоминала такую тесную темную комнатушку, и единственное, что ее освещало, — это доброта и отзывчивость молодого парня, чье доверие я сегодня обманула. Хотела как лучше, а получилось…
В общем, паршиво получилось.
— Все будет хорошо. Он успокоится, — послышался из-под кровати голос Эшвара.
Бедняга сегодня перепугался не меньше моего и, вместо того чтобы вернуться в молельню Кроувера, остался со мной в академии.
— Мне надо перед ним извиниться.
Почувствовав, что ноги от долгого сидения в одной позе начинают затекать, легла на спину. Правда, далось мне это простое движение с усилием. Ребра болели, а в месте удара кожа покраснела. Не знаю, как буду завтра тренироваться, да и в целом двигаться.
Но то будет завтра, а сейчас надо отдыхать. Восстанавливать силы: и физические, и магические.
— Завтра извинишься. Пусть сначала остынет, — резонно заметил Эшвар. — А теперь спи. Отдыхай, деточка.
Стоило прикрыть глаза, как в голове тут же заворошились воспоминания. О Стейроде, поджидавшем меня в холле академии. Не знаю, сколько он там торчал, но стоило мне оказаться в стенах замка, сразу двинулся в мою сторону. Воровато оглядевшись по сторонам, схватил меня за плечо и поволок в темный коридор, а потом нетерпеливо произнес: