Это (не) взаимно (СИ)

Не отвечая, скинул звонок.
Я знаю. Общие московские знакомые просветили насчёт Макса и причин его ссылки из столицы. Да только я решил не распространяться, не имея привычки лезть не в своё дело, а когда обнаружилась неожиданная связь с Рокси, то не стал её пугать. Да и Королевский вёл себя тихо, но, видимо, этот маньяк-рецедивист научился хорошо заметать следы и последствия своих шалостей.
Передо мной, как гриб после дождика, появился парень в спецовке, что я в раздумьях едва успел затормозить, чтобы не врезаться в него.
— За мной, — тихо скомандовал он, и мы быстро зашагали.
А дальше всё как в тумане и в перемотке.
На предложение отсидеться в машине, пока Вася и парни берут штурмом крепость, я категорически отказался. Василиск, тяжело вздохнув, выдал мне зелёного цвета костюм супермена, включая бронежилет, а также нож и пару пистолетов.
Хорошо, хоть не спросил, умею ли пользоваться… давно не держал в руках ствол и рукоять метательного ножа, но когда-то меня учили с ними обращаться, так что …
Наш начальник безопасности быстро отдал команды и короткий план захвата. Меня сильно просили лишний раз не высовываться и не лезть на рожон, на что я согласно кивал, но мне сейчас было срать.
Главное, поскорее добраться до Роксаны.
Во время штурма понял, что не зря Аренский хорошо платит и бережёт свою команду быстрого реагирования. Ребятки профи в кого не плюнь. Укладывали сопротивляющихся и расчищали путь как только сошедшие с конвейера бульдозеры.
Наша цель — подвал, так как сам коттедж Василиск проверил ещё в прошлый раз, когда Рокс тут зажигательные танцы крутила, и не обнаружил ничего подозрительного. Я рвался вперёд, не видя препятствий и не чувствуя собственного тела.
Казалось, что не успеваю. И сейчас найду растерзанное тело моей девочки и потом сдохну сам. Чем ближе к тайной комнате, тем сильнее меня лихорадило. Потерять ещё и её … мне до сих пор не хватает матери, и чувство вины, что не уберёг, рвёт по ночам голову и сердце.
А с Роксаной … тут вина ляжет только на меня… и я уже не представляю жизни без её голоса и дерзкого взгляда чёрных, как безлунная ночь, очей. Не могу без неё, не хочу!
В голове всё прояснилось, словно бесконечный страх за девчонку снял все блоки и шторки, открывая простую правду.
Я, Сабуров Кирилл Олегович, безнадёжно влюблён в сводную сестру. Если раньше всё между нами казалось порочной ошибкой — наша встреча, наша тяга друг к другу — то сейчас я остро понял глубину своего заблуждения.
Только бы успеть! Только бы она оказалась в порядке!
А в комнате Роксаны не было!
Зато была кровать с окровавленными верёвками и следами крови на постели и полу.
При виде этих алых пятен меня накрыло окончательно. Убью ублюдка! Медленно и неспеша. Буду долго пускать из него кровь, пока ни капли в его сучьем теле не останется. Такая мразь не должна ходить по земле…
— Кирилл, успокойся. Сейчас разберёмся, — раздался рядом со мной голос Василиска.
— Я в порядке. Где эта тварь? Я с ним сам поговорю.
— Сейчас найдём, — и, выходя в коридор, крикнул кому-то из своих. — Привести ко мне эту суку!
Он тоже злился. Видимо, не меня одного волновали кровь и отсутствие Роксаны.
— Кирилл, тебя зацепило. Иди поднимись наверх. Тебя надо перевязать.
Гремел надо мной голос Василиска, но я с трудом понимал смысл его слов.
В голове шумело так, словно там качали несколько насосов. Меня тянуло в темноту подвальных помещений и, повинуясь интуиции или ещё какой-то хрени, я пошёл в темноту.
Направляя фонарик на пол, увидел следы крови.
Щёлкнул пальцами, привлекая внимание начальника, и качнул головой и лучом света фонарика в сторону обнаруженного следа.
Тот кивнул в ответ, и уже через минуту мы начали обследовать ближайшие площади.
В подвале было холодно и тихо, как в могиле. Только переговоры ребят и шорох наших ног.
А потом я почувствовал запах… тонкий и едва уловимый. Его я узнаю даже среди тысячи и будучи при смерти.
Роксана.
Я отключил фонарик и, кажется, превратился в собаку, когда буквально по нюху шёл к ней. Но едва моя пальцы коснулись её кожи, в голову что-то прилетело.
 
Я едва успел отклониться, почувствовав за секунду движение в воздухе, но кожу головы справа всё равно обожгло.
— Твою мать! — прошипел я, потряхивая головой, пытаясь прийти в чувство после удара.
Радовало, что не разжал руки и не отпустил острый локоток.
Но, видимо, она здесь не одна. И, взводя курок, быстро достал оружие. Второй такой удар я могу уже не пережить, а мне ещё девочку спасать.
  
Глава 18
 
Роксана
СТРАХ.
Огромный и безобразный, что после звука взвода курка, пытался вырваться наружу, но я, решившая не сдаваться, занесла руку для следующего удара.
Их много…они рядом… с оружием!
А потом замерла, не веря собственным ощущениям. Неужели так бывает?!
— Кир?! — удивлённо шепчу сиплым голосом, словно меня тут придушили. — Кир?
У меня начинают трястись руки, так что обломок кирпича, которым я приложила Сабурова, просто выпадает на пол.
— Тсс… да. Кто с тобой?
Кто?! Я туплю, не понимая вопроса, так как меня переполняют эмоции.
— Я одна, — тянусь к мужчине, ориентируясь на звук, и на ощупь с жадностью хватаю его за руки.
Ощупываю, глажу плечи, покрытые жёсткой тканью, но мне мало.
— А кто тогда дал мне по башке? — ведёт дознание Кирилл, но уже подхватывает мою талию и тянет к себе на колени.
— Я. Прости. Я … испугалась, — пересохшими губами несу какой-то бред, а сама стараюсь вжаться в мужское горячее тело как можно сильнее, ближе. — Ты тёплый.
— Господи, ты как ледышка, Пума, — сокрушенно восклицает Кирилл, обхватывая руками и утыкаясь носом куда-то в волосы возле уха.
От его горячего дыхания мне становится совсем хорошо и … спокойно.
— Ты ранена, малышка? Что болит? — скрипуче интересуется Кир, а мне совсем не хочется говорить.
Тем более я слышу, что рядом с нами появляются новые люди. Я напрягаюсь, но Сабуров спокойно поглаживает мою спину, не давая повода для дальнейших нервов.
— Это свои. Ребятки Василиска и твоего Аренского, — усмехается он, но мне не нравится такой юмор.
— Он не мой. Он Евы, — заторможенно отвечаю, чтобы восстановить справедливость.
И снова жмусь к теплому телу. Не отпущу.
— А ты?
— А я?! Я сама по себе, — отделываюсь дежурной фразой, так как сейчас не хочу лишних слов.
— Роксана, как ты себя чувствуешь?
Не отстанет.
— Наверное, как и положено человеку после похищения и обещаний изнасилования, но болят только запястья. И я очень замёрзла.
Кириллу не нравится мой ответ, но ведь потому я и молчала.
— Эта сука… — но я, перебив, уже понимаю, о чём он хочет спросить.
— Нет. Не успел. Я ногой сломала ему нос, и Королевский побежал останавливать кровь.
— Умничка моя. Всё правильно, — неожиданно ласково похвалил меня Сабуров.
Непривычно и от того я тушуюсь, снова замолкая. Прикрываю глаза, так как толком ничего не разглядеть. Одни тени и ослепляющие всполохи от фонариков людей Аренского, да и переговоры по рациям.
— Всё, Рокс. Сейчас домой поедем. Хотя сначала в больницу, — неожиданно меняет решение Кирилл, и тут я уже совсем не согласна.
— Сбегу.
— Хорошо. Домой, — совсем легко соглашается со мной, и мы наконец-то встаём с холодного пола.
Точнее, встаёт Кир, а меня просто поднимает и сразу несёт. Это отличная идея… уж очень хочется поскорее оказаться подальше от этого места.
— Сабуров, твою дивизию, ты какого хрена сам… — начинает орать Василий, и мне приходится оторвать голову от такого супер удобного плеча.
— Тише, Вася! Всё отлично! — перебивает его Кир и продолжает шествовать вон из подвала. — Нашли ушлёпка?
— Да. Турунды из перекиси в носик тыкал… сломали ему пырку.