Расколотые небеса (СИ)

— Я и не сомневался, мой халар, — растянулся в лукавой улыбке Гарус, осматривая девиц. — Эти рабыни здесь всего пару седмиц, но уже несколько раз мои воины успели скрестить кхопеши за право обладать их телами. Я помогу вам с выбором…
Затем Гарус замолчал, немного призадумался. Спустя несколько ударов сердца он задорно продолжил:
— Сегодня ночью они обе придут в ваш шатёр. Думаю, у юного, но бойкого халара Тагаса хватит сил, чтобы управиться с обеими львицами?
— А я уже испугался, что не предложите, ха-ха-ха!
Пир продолжался несколько хиртов. Помимо еды и питья, Тагас и Гарус успели выкурить трубку с шаманскими травами, чтобы расслабиться с дороги как следует. Когда ритуал гостеприимства был исполнен, Гарус нарушил молчание:
— Мой халар, возможно, пришло время поговорить о наших делах?
— Конечно, дорогой Гарус. Не люблю ложиться спать, оставляя дела за спиной.
— Если позволите, я бы хотел поговорить о грядущем набеге на шейтаровы земли.
— С радостью выслушаю всё, что вы мне расскажете, — улыбнулся Тагас, уже готовый к занудным речам владыки Ранкуна.
— Вы верно знаете волю великого халира Гараха. Ваш отец желает, чтобы мы с Мурахой Свирепым первыми ступили в земли проклятого леса.
— Отец желает, чтобы вы сокрушили шейтарову крепость до его прихода. Халиру не пристало тратить своё бесценное время на осаду никчёмной развалины.
— Верно, мой халар. Но мы с Мурахой решили в степи не встречаться. Его орда ближе к шейтарову лесу на десять седмиц.
— Что? — вскинулся Тагас. — О чём вы говорите, Гарус?
— Мы перезимуем здесь, в Ранкуне, а ранней весной двинемся в путь. Воины Мурахи ступят на земли северян первыми…
— И первыми скрестят клинки с керрийцами, — едва не подскочил Тагас. — Неужели мы отдадим Мурахе всю славу?
— Мой халар, разве много славы принесёт осада захудалой крепости, что стоит в глухом лесу? Главные сражения начнутся на землях Керрии, и вот там-то мы будем к месту, со свежими силами. Вы только представьте себе зимний переход по степи: сугробы до пояса, лютый ветер, морозы — да половину орды растеряем ещё до войны. Болезни, голод и холод нужно пережидать на проверенной стоянке, а не в пути.
— Кхм… ну допустим. Только и орды отца к тому часу тоже подтянутся к месту. Как бы нам с вами не затеряться в лучах его славы…
— Мой халар, где бы ни был ваш отец, его слава всегда затмит всех его спутников. Но я вас понимаю. Поверьте, в северных землях у нас будет много времени и возможностей, чтобы покрыть головы славой.
— И когда же вы хотите выступить в путь?
— К концу осени мои младшие гарры закончат сбор орды. Зиму мы проведём здесь и с первыми днями весны двинем в путь. Не волнуйтесь, как только степь зацветёт — мы войдём в шейтаров лес.
— Моя мать рассказывала мне сказки о монстрах, что живут в проклятом духами лесу. Как думаете, это правда?
— Мой халар, это не сказки. Наши предки не смогли поработить северян лишь потому, что на пути древних орд всегда стояли чудища проклятого леса. Тысячи наших предков сложили головы в тех походах.
— Так вы в них верите? Думаете, нам тоже придётся сражаться с монстрами?
— Кхм… нет. Я думаю, что кроме людей никто не будет стоять у нас на пути. Столько лет прошло с той поры, скорее всего шейтаровы монстры давно вымерли.
Рабыни принесли ещё несколько кувшинов с вином и разговор немного увял. Гарус Стройный долго прожигал халара любопытным взглядом, долго решался, но всё же задал самый главный вопрос:
— Мой халар, могу ли я поговорить с вами начистоту?
— Конечно, Гарус, у меня нет секретов от добрых друзей, — ответил Тагас, отхлёбывая вина из пиалы.
— Почему вы здесь? Почему не остались в стане отца? Неужели я потерял доверие Великого халира Гараха?
— С чего вы взяли? Нет, это не так. Отец всецело вам доверяет. Я здесь вовсе не для того, чтобы шпионить.
— Ну, что вы, что вы? Я бы никогда… — Зачастил Гарус, пытаясь сгладить вину, но Тагас его перебил:
— Да ладно вам, Гарус, можете так сильно не волноваться. Я понимаю, как выглядит мой приезд, но отец тут не причём. Грядущая война обещает стать самой славной за всю мою жизнь, и я не собираюсь пропустить даже дня великого набега. Надеюсь, я развеял ваши сомнения?
 
— Конечно, мой халар, — склонил голову Гарус Стройный.
Вечер близился к ночи. Хоть вино у Гаруса было прекрасным, но тяжёлая дорога всё-таки сказывалась. Тагас понемногу начал клевать носом, потому халару пришлось распрощаться со всеми гостями и отправиться почивать. У его шатра стояли несколько стражников. Тагас не стал сразу к ним приближаться, решил сначала справить нужду в стороне.
Вдруг в темноте халар рассмотрел смазанное движение. Уши уловили приближающиеся шаги. Кто-то спешил к Тагасу навстречу:
— Аламай, это ты? — прошептал халар в темноту, положив руку на рукоять верного кхопеша.
— Да, мой халар, я ждал вас, — раздался тихий голос шпиона.
Тагас осмотрелся по сторонам. Убедившись, что никого рядом нет, он продолжил:
— Как наши дела?
— Мы сделали всё, как вы велели, мой халар. Гаруса Стройного и всю его свиту окружают преданные вам люди. Одно ваше слово и все они отправятся к Тренги. Ранкун станет вашим.
— Приятно слышать. Ты хорошо потрудился, когда придёт время, я тебя не забуду.
— Для меня честь служить вам, мой халар. Прикажете действовать?
— Нет, обстоятельства изменились. Мураха сюда не придёт. Я хотел ударить по всем соперникам разом, но теперь планы придётся немного отложить. Пускай твои люди будут наготове. Когда мы ступим в шейтаров лес и соединимся там с ордой Мурахи, я дам команду. Всё должно будет выглядеть как происки подлых врагов. Ты меня понял?
— Да, мой халар. Жду ваших распоряжений.
— Хорошо, тогда можешь идти. Нас не должны видеть вместе.
— Да, мой халар.
Спустя мгновение шпион растворился в ночном сумраке так же ловко, как и предстал перед Тагасом. Халар ещё немного постоял на том месте, подумал о грядущих делах и всё же побрёл к шатру. А там его уже ждал приятный сюрприз. Две полуобнажённые девы, завидев господина, тут же встрепенулись, прильнули друг к другу и стали соблазнительно ласкать свои тела, призывая Тагаса присоединиться к их танцу.
Уговаривать халара было не нужно. В следующий миг его халат соскользнул на пол, а сам он твёрдой походкой двинул к искусницам. Ночь обещала быть очень приятной.
* * *
— Бедные рыбки. После такого они все точно всплывут к верху брюшком, — печально проговорил Шева, наблюдая за неспешным течением мелкой лесной речушки с кристально чистой водой. Хотя теперь назвать её воды чистыми язык не поворачивался. Ржавые разводы растекались по всему бассейну. Подхваченная волнами грязь расходилась всё дальше от берега, напоминая небольшую экологическую катастрофу.
— Лучше пусть это будут рыбки, — буркнул Циркуль из-под носового платка. — Меня эта вонь почти доконала.
После захвата Угрюмой перед нами встала очень серьёзная проблема. Если честно, я бы с куда большим комфортом разместился в свинарнике. В крепости стояла ядрёная вонь. С гигиеной у стражников было очень плохо. Страшно представить: несколько тысяч неухоженных мужиков, с длинными сальными волосами и бородами до пояса, благоухали так, что мухи падали на лету. Пришлось ещё несколько дней ютиться во временном лагере. Тири наотрез отказалась ночевать в том клоповнике, пока не наведут порядок: «— Не хватало мне только вшей там подхватить, или еще каких паразитов. Что мне тогда с волосами делать прикажешь?». С доводами красотки спорить было нечего, так что первым делом я приказал назначить банные дни.
Мы с ребятами стояли на небольшом холмике, у подножия которого в реке плескался отряд воинов. Солдаты с остервенением оттирали грязь песком и травой и их старания грозили страшными бедами для экосистемы бедной речушки.
Затем стражники, что успели хорошенько загрязнить окружающую среду, спускались чуть ниже по течению и принимались за стирку. Нужно сказать, что в том месте дохлые рыбы мелькали куда чаще. Нестиранная годами одежда таила в себе много больше угрозы для первобытной флоры и фауны Крильиса.