Расколотые небеса (СИ)

— Ой!.. — Спохватилась вдруг Тири. — Я ведь совсем забыла… девчонки, смотрите… смотрите, что сейчас будет, — вскрикнула она и захлопала от восторга в ладоши. Лори и Пета отбросили иглы и уставились на гостей.
Курсанты выстроились перед детьми. Старг и Грони опустили сундук рядом с Андреем. Малышня бросила игры и нерешительно подходила к гостям.
— Ой, а что у них в сундуке? — нетерпеливо заёрзала Пета на табуретке.
— Смотри внимательно.
Андрей склонился перед ребятнёй и что-то игриво для них проговорил. Малыши с интересом слушали гостя, но как только он замолчал вдруг нетерпеливо запрыгали и радостно захлопали в ладоши. Андрей выровнялся и…
Даже у Тири дыхание захватило. Сундук сам раскрылся и из него задорным ключом начали вылетать всякие сладости: медовые пряники, куличи, вергуны, творожники, леденцы — чего только тот сундук не таил. Сладости разлетелись по яслям и заплясали над головами у ребятни. Дети так и застыли с поднятыми глазами, наблюдая за сказочным чудом.
— Ловите же их скорей, не-то улетят, — выкрикнул Андрей, поведя руками перед грудью. Сладости тут же закружились в весёлом хороводе.
— Да-а-а-а! — запищали маленькие озорники и бросились ловить подарки, что кружились над ними.
— Керит всемогущий… — Только и смогла выдохнуть изумлённая Пета. — Это же настоящее волшебство.
— Ах!.. — Вскрикнула Лори, когда сладкий пирожок упал ей в руки. Глаза девы удивлённо раскрылись, Тири и Пета весело захохотали.
Пока малышня гоняла по садику, к Андрею подошла совсем крошечная девчушка в сером платьице. Большие чёрные глаза уставились на доброго волшебника, правой рукой девочка прижимала к груди соломенную куколку, а другой ручкой тянулась к Андрею. Парень широко улыбнулся и склонился к ребёнку.
— Видно, из кого-то выйдет хороший отец, — прошептала Пета.
— Я знала о том с первого дня, — шепнула Тири в ответ.
Девочка что-то сказала Андрею на ухо. Тот улыбнулся ещё пуще прежнего и утвердительно качнул головой. Девочка просияла счастливой улыбкой, чмокнула Андрея в щёку, схватила его за руку и потащила к качелям.
— Лори, гляди, — снова залилась хохотом Пета. — Видно, твоя сестричка тоже облюбовала нашего торрека, хи-хи-хи!
— Ах!.. — Картинно вздохнула Тири. — Вот так вот влюбишься в парня, стараешься изо всех сил, заботишься о нём, как вдруг появляется такая вот милашка — и моложе, и смазливей — да уводит твоего принца на другую качельку, — девчонки оценили её слова и за столом зазвенел задорный девичий смех.
К Лори вдруг подошёл мальчик с большими голубыми глазами и длинными, почти до плеч, золотистыми волосами. Он нерешительно дёргал Лори за юбку, длинная рубаха доставала ему почти до пят, а рукава пришлось подкатить до самых локтей. Когда Лори к нему повернулась, мальчик протянул ей кулич.
— Ой! Это мне? — вздохнула Лори.
Мальчик кивнул.
— Спасибо тебе, мой хороший, — чмокнула Лори малыша в щёчку. — Видели, какой у меня кавалер, — повернулась дева к подружкам.
— А ти меня тепель не наказес? — смущённо сказал малыш.
— Их-хи-хи-хи! — взорвались смехом девчонки. Лори тоже не выдержала, несколько мгновений смеялась, а потом посадила малыша себе на коленки:
— Нет, Гури, теперь я тебя не накажу. Только и ты больше не обижай Риту, хорошо?
Мальчик кивнул и слез с коленей юной воспитательницы. Уже хотел убежать, но вдруг спохватился и выдал на одном дыхании:
— Это тебе пеледал дядя Глони, — указал он пальчиком на дареный кулич. Мальчик уже разворачивался, но его остановила Пета, что мигом нашла глазами улыбающегося Грони:
— Гури, подожди. А дядя Грони больше ничего тебе не сказал? — лукаво протянула Пета, пристально глядя на раскрасневшуюся подругу.
— Он казал, сто Лоли касивая, и… — терпения, чтобы закончить мысль мальчику не хватило. В это самое мгновение мимо него пронеслись другие малыши в погоне за сладостями. Гури тут же позабыл о любопытных няньках и бросился следом за ребятнёй.
— Лори красивая, значит, — лукаво переглядываясь с Петой, сказала Тири.
Грони в это мгновение стоял к ним лицом и махал Лори рукой. Дева опустила глаза, затем нерешительно подняла руку и помахала в ответ. Счастливый парнишка разулыбался и тут же зашептал что-то на ухо Старгу.
 
— Ой!.. — Вдруг испуганно вскрикнула Пета. — Ой!.. хи-хи-хи! Ты что делаешь, хи-хи-хи!
Рядом с девицами блеснула золотая улыбка, Лёша подхватил Пету на руки и закружил её над яслями. Пета залилась звонким смехом и больше не пыталась вырваться из объятий своего кавалера. Тири тоже усидеть не смогла: встала и поспешила на качельку к Андрею. На её место тут же подсел Грони и начал рассказывать Лори что-то весёлое. Остальные курсанты уже откровенно дурачились с малышнёй.
В тот день расшить новое платье няньки так и не успели…
* * *
Зимний Крильис был очень красив. Огромные деревья растеряли листву, но и голыми не остались. Величавые белые шапки студёными мехами укутали каждую ветку, замерцали сияющие кружева, оплели древних исполинов хладной паутиной. Воздух пьянил свежестью и нетронутой чистотой. Мороз был терпимым, термометра у нас не было, но навскидку, ниже градусов десяти температура не падала.
Ветра обходили наш лес стороной, сухой воздух не причинял особого дискомфорта и только лёгкий треск сухих веток напоминал о морозе. Сугробы навалило до пояса, пробираться сквозь ледяную перину пешком было практически невозможно, так что по лесу пришлось путешествовать верхом на конях, хотя в любом другом случае я предпочёл бы от них держаться подальше.
Как ни старайся, как ни терзай своё тело на тренировках, всё равно быстро привыкнуть к условиям нового мира не выйдет. Если орудовать мечами и копьями я кое-как научился, Тири помогла освоить навыки охотника и даже сделала из меня следопыта, то вот с верховой ездой дела были плохи.
От нескончаемой тряски в жёстком седле моё бедное седалище скоро заплачет. На всю окружность мозоли натёр, ещё ноги без конца на ширине плеч — то и дело немеют, иголками колются, а каждый шаг животины, каждая кочка — отдаются болезненным толчком. Ещё и кобылка мне досталась молодая, красивая такая, ухоженная, с густой белой гривой и шоколадной шерстью, с высокой шеей и быстрыми ногами и… придурковатая на всю голову. То и дело пытается меня сбросить, бросается по сторонам или шагает до посинения — хрен остановишь.
Конюхи мне долго доказывали, что дело не в кобыле, что спокойнее и послушнее лошади в крепости не найти, что это я с ней неправильно обращаюсь…
Да что они в этом понимают. Просто не любит меня эта скотина. Не сложилось у нас.
— Ну что, закругляемся? — перебил поток моих мысленных стенаний капитан.
— Едем назад? — подал голос обнадёженный Емеля. Что он, что остальные ребята в седле держались не лучше торрека, так что путешествия зимним лесом давались им весьма сложно.
— Сир, — развернулся в седле Бернис Моурт. — Я предлагаю на обратной дороге взять немного восточнее, на несколько дней пути. Там славные места притаились, вы не прогадаете, уверяю.
В то мгновение мне захотелось спрыгнуть с лошади и открутить графу голову. Мало того, что он предлагал ещё несколько лишних дней провести в седле, так ещё и ночевать придётся у костра и под открытым небом. Но я мгновенно взял себя в руки, взвесил все за и против и решил согласиться. Чем больше белых пятен мы покроем в этой вылазке, тем меньше их останется к следующей.
— Да, думаю, ты прав, так и поступим, — ответил я графу.
— Зачем нам этот крюк? — тут же вскинулся Циркуль. — Что нового мы там увидим? Лес — он и в Африке лес.
— Ты знаешь, что там — за тем поворотом? — спросил я, указывая вперёд на тропу. Отряд растянулся на несколько десятков метров, Циркуль стоял позади меня, в десятке шагов, потому говорить пришлось громко.
— Лес, я же говорю, — пробубнил Циркуль в ответ.
— Ага, почти так и есть. Бернис, расскажи нашему другу, что там за поворотом.