Ее женская власть

Когда они удалились, Хоук нахмурился. Черт побери этого Рамзи, расстроившего Джулиану. Очевидно, он обидел Джорджетту, не разрешив ее распутному брату танцевать с Джулианой. Все это очень плохо.
«Леди Джулиана практически моя сестра».
Ошеломленная Джулиана старалась выкинуть из головы эту мысль и даже споткнулась о порог, входя в женскую комнату отдыха. Она почти не помнила, как дошла сюда.
– Осторожнее! – Эми поддержала ее.
– Здесь и подходящих кресел нет, – сказала Джорджетта. – Ей необходимо отдохнуть.
Джулиана едва держалась на ногах. Три служанки суетились вокруг женщин, подвивая локоны и расправляя оборки на платьях. Одна из служанок закончила с прической пожилой дамы и обратила внимание на Джулиану.
– Есть здесь помещение, где бы мы могли присесть и где бы нас никто не беспокоил? – Джорджетта жестом подозвала девушку.
– Да, миледи. Идите за мной.
Она взяла свечу и повела девушек в спальню, смежную с комнатой для отдыха. Джулиане пришлось опереться на руку Эми, когда они последовали за служанкой. Пока служанка зажигала новую свечу, Джулиана присела на кушетку. Она сжала руки в перчатках, чтобы не было видно, как они дрожат.
– Все будет хорошо, – прошептала Эми, садясь рядом с ней.
«Нет, этого уже не будет».
Служанка с поклоном обратилась к Джорджетте:
– Может быть, ей что-нибудь нужно? Бедняжка очень плохо выглядит.
– Вина, – попросила Джорджетта. – Для всех.
Служанка кивнула и удалилась.
– Вина для всех? – шумно вздохнула Эми, когда дверь закрылась.
– Мне бы тоже не помешало, чтобы успокоить нервы, – сказала Джорджетта, усаживаясь рядом с Джулианой. – Дорогая, чем мы можем тебе помочь?
Джулиана закрыла лицо ладонями. Хотя на руках у нее были перчатки, ее пальцы заледенели. Оцепенение начало уходить. Но голос Хоука продолжал звучать у нее в ушах. «Леди Джулиана практически моя сестра». О Боже, он ее не любит!
– Тебе хорошо бы выплакаться, – посоветовала Эми.
– Я не могу. – У Джулианы запершило в горле. – Я не хочу, чтобы он видел мое заплаканное лицо. Он тогда обо всем догадается.
– Почему он столь бессердечен? – раздраженно спросила Джорджетта.
– Не надо об этом сейчас, – тихо попросила Эми.
– Я так зла на него за Джулиану, – сказала Джорджетта. – Он ведет себя омерзительно по отношению к ней.
Джулиана заплакала.
Пока Джулиана лила слезы, подруги молчали. Эми дала ей носовой платок.
– Обопрись на меня, – прошептала она.
Джулиана положила голову на ее худое плечо и вытерла мокрые щеки.
– Джорджетта, на умывальнике должен быть кувшин, – сказала Эми. – Не принесешь ли его сюда?
– Конечно.
Джулиана закрыла глаза, но слова Хоука не шли у нее из головы. Он даже не подозревает, какой удар он ей нанес. Она бы должна быть ему благодарна, но гордость не текла бальзамом на ее израненное сердце.
В хрустальном графине заплескалась вода.
– Я никогда не понимала мужчин, – произнесла Джорджетта. – Он был таким внимательным во время танца, а потом почему-то стал говорить, что Джулиана ему сестра.
Джулиана вдруг начала задыхаться. Она резко выпрямилась. С каждым коротким вздохом в ее груди нарастала паника.
– Не торопись, – призывала Эми. – Старайся дышать медленно. Я здесь, рядом с тобой.
«Не думай. Дыши. Не думай. Дыши».
Шурша юбками, подошла Джорджетта.
– Не двигайся. Дай Эми расстегнуть тебе цепочку на шее.
Чтобы Эми было удобнее, Джулиана наклонила голову. Медальон упал ей на колени, и Джорджетта подняла его.
– Эми, положи его для сохранности в свой ридикюль.
Она никогда больше не наденет его. Никогда не покажет ему.
– Откинься теперь назад, – посоветовала Джорджетта. Когда Джулиана послушно выполнила ее совет, Джорджетта осторожно провела прохладной влажной салфеткой по ее лицу.
Джулиана желала одного: бесчувствия.
Все замолчали. Джулиана была за это благодарна подругам. Сейчас ей было достаточно того, что они находятся рядом.
Ей показалось, что прошла вечность, когда она почувствовала, что у нее заболела шея. Она сняла с лица салфетку и подняла голову.
 
– Тебе лучше?
– О да. – Джулиана истерически хохотнула. – Все мои мечты разбиты, но я довольна.
Девушки встревоженно переглянулись.
– Он всего лишь хотел избавиться от моего брата, – сказала Джорджетта. – Хоук не признается в своих чувствах, пока не поговорит с тобой.
– Ты что, глухая? – раздраженно бросила Джулиана. – Он очень ясно сказал о своих чувствах. – Поняв, что была слишком груба, она поморщилась. – Прости меня, пожалуйста.
– Ты расстроена, – сказала Эми. – Мы понимаем.
– Я не верю, чтобы он хоть чуть-чуть не был в тебя влюблен, – засомневалась Джорджетта. – Когда он танцевал, он не сводил с тебя глаз.
– Джорджетта, все это бесполезно, – пожала плечами Джулиана. – Он сегодня дразнил меня, как дразнил с самого детства.
– Не унывай, – сказала Джорджетта, кладя руку на плечо подруги. – Ты не должна так легко сдаваться.
– Легко? Я его четыре года ждала! Что бы я ни сделала, ничто не изменит его чувств. – Она опустила голову. – Я поставила на него. И проиграла. – Она убедила себя, что сможет заставить Хоука полюбить ее. Так же настойчиво она пыталась завоевать любовь отца.
Что же в ней не так?
Возвратилась служанка, неся поднос с графином вина и тремя бокалами. Эми покопалась в ридикюле. Когда она, что-то тихо сказав, протянула деньги служанке, монетки звякнули у нее в руке. Раздав девушкам стаканы, служанка вышла.
– Ее зовут Мег, – сказала Эми. – Я дала ей шиллинг.
– Ой, а я об этом даже не подумала, – отозвалась Джорджетта. – Ты очень предусмотрительна.
Все трое сидели молча и пили вино. После нескольких глотков Джулиана почувствовала себя чуть-чуть лучше. Каждый раз, как она вспоминала Хоука, она подносила к губам бокал. Через несколько минут он был пуст.
– Еще? – спросила Джорджетта.
– Да, пожалуй. – Ее ноги слегка дрожали, но вино действовало как обезболивающее. Она вновь наполнила бокал и вернулась к кушетке. – Думаю, я буду жить. – Несмотря на смелые слова, ее сердце было полно горечи.
– Ты заставишь его пожалеть, – фыркнула Джорджетта.
– Джорджетта! – остановила ее Эми.
– Он свинья. – Джулиана внимательно разглядывала бокал.
– Аминь, – произнесла Джорджетта.
– Давайте поговорим о чем-нибудь другом, – предложила Эми.
– Все мужчины свиньи. – Джорджетта залпом выпила свой бокал.
– И у всех любовницы, – добавила Джулиана, вспомнив, что говорила Хестер о Хоуке. – Даже у женатых. – Как у ее покойного отца.
– Иногда я думаю, – вздохнула Джорджетта, – что этим женщинам нравится их положение.
– Бедняжки! – сердито воскликнула Эми. – Они вынуждены торговать своим телом.
– Но мы тоже зависимы, – сказала Джулиана. – Мужчины управляют нашей жизнью. У них в руках власть. Мы ждем и ждем их. А они развлекаются с продажными женщинами и, как могут, откладывают брак. Мы возлагаем на них все наши надежды, а потом пф-ф – и они исчезают, потому что хотят продолжать распутство.
– Ты права, – согласилась Эми. – А если не дать им власти над нами?
– Этот разговор меня угнетает. – Джорджетта поднялась с кушетки. – Я хочу еще вина. Эми, я и вам могу налить.
– Но я свой еще не допила.
– Тогда я долью его доверху. – Она взяла у Эми бокал и нечаянно пролила немного вина на юбку. Красное пятно начало расплываться, впитываясь в ткань. – Ох!
– Лучше приложи к пятну влажную салфетку, – посоветовала Эми.
– Но тогда мои юбки промокнут, – захихикала Джорджетта. – Ой, они уже промокли.
Все расхохотались.
Джорджетта подошла к столику и наполнила бокалы.
– Нужно быть осторожными, чтобы не напиться, – предупредила Эми.
– А почему бы не напиться? – Джорджетта снова залпом выпила вино. – Мужчины уверены, что мы напились.
– Но мы же леди.