Восхождение язычника 3 (СИ)

Я же на весь этот спич лишь просто пожал плечами.
— Венетий, так я и не спорю, но такого рода заготовки облегчат мне жизнь, давая возможность плести здесь и сейчас, не возвращаясь к прямому управлению своими силами, за которые ты меня бездарем и неучем назвал. И это действительно так, ведь меня никто не учил, я всему этому научился сам.
И уже Венетий задумался над своими словами и начал расхаживать взад и вперед, после чего резко остановился и посмотрел на меня:
— Возможно, на первом этапе действительно стоит попробовать, дабы обезопасить тебя.
— Вот, — я радостно кивнул. — Значит, ты меня возьмешь в ученики?
На что Венетий без раздумий кивнул.
— У меня еще есть вопросы, я владею силой воздуха, как и мои родичи, но еще и силой жизни, — я выпустил немного магии жизни, демонстрируя Венетию. — И вот думаю насчет того, что ты мне рассказал, их же никак нельзя будет вместе связать?
— Ну почему же, вот так сразу мне вспоминается одно из высших заклинаний, которое основано как раз на магии воздуха и магии жизни, и называется оно вихрь жизни. Видел я пару раз его применение, им можно как атаковать, так и защищаться. Но, к своему сожалению, я его не знаю, я ведь слабосилок, да еще и магией жизни не интересовался, видел пару раз, не более. Но что-нибудь придумаем еще.
О как, значит, все же можно будет совместить.
— Смотри, ты еще говорил об одаренных. Вот у нас в семье уже четыре поколения рождаются одаренные, это нормально?
— Да, вполне. У нас были известны случаи, как в некоторых родах и на протяжении двенадцати поколений рождались одаренные, так что такое имеет место быть.
— Благодарю за интересный разговор. И, Венетий, я сейчас в другом месте обосновываюсь, так что тебе придется поехать со мной, ты как, не против?
— Нет, ради такого ученика можно и на край света, — задумчиво произнес он.
— У меня же там есть еще Ефим, ты видел его поделки. Может, и его чему научишь.
— Хорошо.
Оставшийся вечер мы проговорили с Венетием, обсуждая разные нюансы. Рознег поглядывал издали и не спешил прерывать нашу беседу, как, впрочем, и другие.
А с утра пораньше я одолжил прадеду лошадь и направился к Возгарю. Только дома его не оказалось, на выделке дегтя был. Это неудивительно, сезон все же.
Место по выгонке дегтя располагалось недалеко от его селения, в той стороне дымы стояли, так что найти было несложно.
Добравшись туда, я увидел огороженную территорию с высоким тыном и открытыми воротами. Где под навесами стояли бочки.
А во дворе возле кострищ, на которых стояли большие глиняные кувшины, сновал народ.
— А ты кто еще такой? — обратился ко мне один из мужчин.
— Яромиром звать, к Возгарю я. Где он? — сразу перешёл я к делу.
— А вон там подальше следит, как новый жбан корой набивают, — кивнул мне мужчина в сторону дальних костров.
Пройдя по указанному направлению, я обнаружил Возгаря, который внимательно следил, как один из мужчин набивал глиняный жбан мелко порубленной березовой корой.
Дождавшись в стороне, пока они закончат и Возгарь отвлечется, я подошел к нему.
— Здрав будь, Возгарь, — и я поклонился ему.
— И ты здрав, добрый молодец, — он внимательно в меня всмотрелся. — Лицо твое знакомое, а припомнить не могу, видать, годы мои подходят.
— Яромир, сын Велерада и правнук Рознега, — представился я.
— О, вспомнил, голова моя дубовая, — он ухмыльнулся и запустил пятерню в бороду. — Сказывали мне, что ты к ромеям подался вместе с дядькой своим Колояром, но так от них и не вернулся.
— То правда, был я в тех краях. Сейчас торговыми делами занялся и близ Новгорода обосновался. Вот прибыл в родные края, — и я развел руками.
— И с чем прибыл ко мне? Неужто опять на пруссов сходить, я буду только рад. Прибыльно с вами в походы ходить, — и он рассмеялся.
— Пока нет, но, если пойду сам или родичи мои вознамерятся, буду знать, что тебя стоит первого звать, — с улыбкой ответил я ему.
— То правильно. Так какое дело-то у тебя, али дегтя решил у меня прикупить?
— Дело у меня действительно к тебе есть. Есть у тебя холопка Бажена, она Снежане помогала годины три или четыре назад, — начал пояснять свой интерес.
 
— А, кажется, припоминаю, это когда ты еще моего родича Валуя.
— Было дело. Купить ее у тебя хочу и ребенка ее.
— Вот оно как, — протянул он. — Нет, не продам!
 Глава 15 
«Нет, не продам, — билось у меня в голове. — Мой сын холопом не будет!»
В груди начал разгораться гнев. И я смотрел на Возгаря исподлобья сузившимися глазами. А внутри чувствовал свою силу, стоит только ее позвать, и она откликнется, а после взмахнуть рукой, и он упадет сломанной куклой.
Прикрыв глаза, я выдохнул и попытался взять себя в руки, а потом не мигая уставился на Возгаря. Он нахмурился и хмыкнул.
— Щука, ты за старшего, пригляди, — проорал он. — А мы с тобой пойдем и прогуляемся до моего подворья, я тебе кое-что расскажу.
Я лишь механически кивнул, боясь сорваться.
Выйдя за ограду, Возгарь заговорил:
— Видел мое хозяйство? — с удовольствием произнес он. — А ведь годин двадцать назад этого всего не было. Деготь помаленьку гнали, каждый сам себе. Я же решил гнать на продажу. Родичи смеялись и говорили, кому это надо? Кто у тебя ее возьмет, ежели сам может его выгнать, — с затаенной грустью произнес он. — Но я все же пошел наперекор им и начал это дело. Никто меня не поддержал из них, никто, кроме Валуя, ему тогда весен двенадцать было. Он помогал мне кору собирать и заготавливать, да и иное, он верил и поддерживал меня. А когда вместе с ним я заготовил около десяти бочек, да попробовал продать в нашей Устке, ничего и не вышло, — Возгарь махнул рукой и улыбнулся.
Я слушал, не перебивая, и не совсем понимал, как это все относится к моему делу.
— А что, городище маленькое, потребностей таких нет. Тогда отец Валуя предложил в Волин отвезти, а там уже продать. И он смог договориться, чтобы твой дед Деян взял меня с собой в Волин, у него там дела были. В Волине я смог распродаться и с монетой вернулся. А твой дед ничего за помощь и не взял. Потом и Валуй рассказал, как ты ему помог, как со Снежаной из-за него ругался и чуть ли не против богов готов был за него пойти, — спокойно произнес Возгарь. — Я и отправил к Снежане Божену. А что, девка она видная и недурна собой, — глянул на меня Возгарь с хитринкой в глазах.
А мы тем временем подошли уже к его подворью и остановились возле ворот.
— Оттого и не отказал твоим родичам в помощи, помогла ваша семья все же мне, и родичам моим. А Божену я тебе не продам, а подарю, и мальца ее забирай. Я еще тогда хотел это сделать, но как-то все завертелось и закрутилось, я и позабыл невзначай, а опосля и ты с дядькой к грекам ушел, — проговорил с лёгкой улыбкой на губах Возгарь, внимательно на меня смотря.
— Благодарю тебя за дар твой, — и я поклонился ему в пояс, а выпрямившись, добавил: — Ты прости меня, что худое я о тебе подумал.
Он только хмыкнул на мои слова, а после произнес:
— Обожди. — И скрылся за воротами.
Я же думал над его словами. Вот такой привет из прошлого от деда. Узы, которые связывают нашу семью с другими окрестными жителями Устки, далеко идут.
Вот только не всем словам Возгаря я верю. То, что он отправил Божену к Снежане, как некая благодарность мне, видимо, правда, поди, еще и наказал чего. А вот то, что еще тогда решил подарить ее мне, вызывает сомнения. Захотел бы, подарил бы сразу.
Да, наш род сейчас должен Возгарю за его помощь. А мой род в окрестных землях набрал большой вес, и с нами многие предпочитают дружить. А таким подарком Возгарь делает уже лично меня должником, и в случае чего я буду стоять за него, а там, где я, там и весь мой род. И отношения с ним или его семьей переходят уже маленько в другое русло, уже не «я тебе — ты мне», а вполне дружеские. Молодец, красивый ход, и лично я против него ничего не имел. Возгарь, конечно, хитрец и своего не упустит, так нет в этом ничего страшного. А гнили и пустой злобы в нем я не видел.