Мангазейский подьячий (СИ)

* * *
Староста озадачил меня общественной нагрузкой в стиле «Пойди и найди». Пропадают в Мангзее люди, а ты, подьячий, когда будешь по углам шариться, заодно и людишек этих поищи, может, где завалялись. Хотя ситуация, конечно, интересная. Грабители и разбойники тела обычно не прячут, налетели, перебили — и назад. Маньяки сейчас не в моде, по крайней мере, за год службы в Разбойном Приказе я не слышал о таком. Хе-хе, а само слово «маньяк» — слышал, так здесь падающие звезды называют.
Еще староста обещал послать ко мне человека, который мне расскажет подробности. И человек этот пришел ко мне уже через день.
* * *
— Будьте здоровы.
— Будьте здоровы.
Однако. Я ожидал… ну, кого-то типа… типа меня. Розыскника. Сыскаря. Подьячего. Ну а что староста его мальчишкой называет — в его возрасте все, кто моложе тридцати, уже мальчишки. Нет, ко мне пришел натуральный мальчишка. Какой-то Гарри Поттер.
Молодой парнишка, честное слово, даже моложе меня, лет семнадцать максимум. Тощий, чернявый, из-под снятого колпака рассыпались взлохмаченные волосы. И в очках! Точно таких же, какие иногда носит моя Настя. Честное слово, если б у него был шрам на лбу в виде молнии — я бы не удивился.
— Александр Давыдов. Сын купца Давыда Филиппова, прозванием Колокол.
Давыд Филиппов. Один из пропавших. А это, значит — сын…
— Варфоломей Кравуч. Английский дворянин.
Судя по лицу мальчишки он слабо понимал, зачем его отправили к какому-то английскому дворянину. Но задавать вопросы не стал, чем заработал в моих глазах несколько баллов. Тебе сказали, что я могу найти твоего отца? Сказали. Значит, кто я такой — дело десятое. Хоть английский дворянин, хоть китайский священник. Как говорил мой отец: «Вам шашечки или ехать?».
Александр присел за стол и посмотрел на меня, сидевшего напротив. Я сцепил руки:
— Рассказывай.
— Что рассказывать? — вздрогнул он.
Так. Минус балл.
— При каких обстоятельствах пропал ваш отец и те, кто пропал с ним.
— Дядя Игнат и брат Сергей.
Ага. Родственники, значит.
— При каких обстоятельствах это произошло? — я опустил одну руку под стол и так, чтобы парнишка не заметил, показал кулак. Дита, выглядывавшая из стены в углу, показала мне язык, но все же убралась. Наверняка теперь торчит где-то там, где ее не видно и подслушивает, о чем разговор. Своим девчонкам о том, кто это ко мне пришел и зачем, я не рассказал. Из чистой подлой вредности. Вот они и подсылают шпионку, подсыла, как на Руси говорят. Из той же вредности.
— Сначала пропал отец…
Так. Стоп.
— То есть, они не одновременно исчезли?
Я-то полагал, что все трое вместе куда-то отправились и в этой куде — исчезли. А здесь какая-то фигня поинтереснее произошла…
— Нет. Сначала отец, потом, через несколько дней — дядя, и неделю назад — брат.
Оригинально. Я почувствовал совершенно неуместный азарт. Эй, Викентий, ты в Разбойном Приказе больше не служишь и расследовать каждое преступление не обязан. И все равно — инстинкты сыскаря, воспитанные во мне за год службы, уже подняли голову. Мне УЖЕ стало интересно, что же здесь произошло.
— Сначала про отца.
* * *
Если кратко — сначала пропал без вести отец Александра. Скромный купец, торговец мехами — то есть, обычное занятие для Мангазеи — вышел из дома… И всё. Больше купца никто не видел. Как корова языком слизнула. Было это с месяц назад, то есть, опрашивать свидетелей по маршруту его предположительного следования бесполезно. Ну, чтобы хотя бы понять — где он еще был, а где его уже не было.
Потом точно также бесследно и на ровном месте пропал дядя Игнат. Разве что отец шел вечером и к какому-то своему приятелю, а дядя — днем и к погибельному старосте, поговорить о том, как продвигаются поиски отца…
В этом месте я почувствовал неладное. Точно помню, что между исчезновением отца и дяди мальчишки прошло несколько дней. И это не «целых несколько дней», а «всего несколько дней». Мобильников здесь нет, телефонов — и тех нет, поэтому просто пропажа человека — еще не повод для беспокойства. Ну, мало ли — срочно уехал по делам, загулял, запил. Даже у нас, в двадцать первом веке, дело о пропаже человека через несколько дней не возбудят. А здесь — мало того, что староста взялся за поиски, так еще и всего через несколько дней уже можно было ожидать результатов. То есть — не просто поиски. А АКТИВНЫЕ поиски. Похоже, «скромный» купец был связан какими-то делами с губным старостой, и не факт, что это были законные дела-делишки.
 
Блин, Викентий, ты еще на Москве влип в боярские разборки и, похоже, опять влезаешь во что-то дурнопахнущее… Нужно быть крайне осторожным…
Тут же вспомнилась шутка: «Если этикетка на купленной бутылке водки наклеена абы как, бутылка заляпана каплями клея, акцизной марки нет, а на поверхности напитка плавают радужные пятна — такую водку следует пить крайне осторожно!». Смысл шутки понятен — такую бутылку нужно выкинуть, а не пить, хоть сколь угодно осторожно. Вот и ему стоит обойти эту историю десятой дорогой, а не «осторожно» в нее лезть. Хотя… Никто ведь, кроме инстинкта сыскаря, не требует, чтобы он непременно это расследовал, верно? Просто выслушай — и забей болт. И тогда ничего не случится. Наверное.
Осторожный, обиняками, расспрос, показал, что никаких общих дел у купца Давыда-Колокола с губным старостой не было. Или Александр о них не знал. Второе — вероятнее, мальчишка был аж третьим сыном, никакое более или менее серьезное наследство ему не светило, поэтому он занимался чем-то типа научных исследований в области Слов. То ли новые придумывал — хотя я не уверен, что обычный человек вообще может их придумать — то ли как-то хитро их компоновал… Я не вникал, к проблемам его семьи это точно отношения не имеет.
Следом за отцом и дядей исчез Сергей, старший брат Александра. И снова посреди бела дня. Да к тому же Сергей, уже настороженный — не напуганный, нет, паренек был крутой — пропажей отца и дяди, был вооружен. И не просто саблей там, а двумя пистолетами. Вместе с пистолетами и пропал. И — ни звука ни выстрела.
Ах, какая интересная история! Даже жалко, что я так никогда и не узнаю, что там произошло!
Что-то загрохотало за дверью, послышался топот ног и в комнату влетел мой человек в доме Морозовых, он же — агент «Аглая».
Аглашка, короче говоря.
— Аммм… аммма… ммм! — промычала она.
Со стороны, для других людей, это, наверное, выглядело, как будто ее накрыл внезапный приступ косноязычия. Ну, или как будто она по жизни такая ненормальная. Судя по выпученным глазам — Александр решил второе. Ну а я видел, что рот моему н ев меру энергичному агенту зажимает невидимая никому кроме меня Дита.
— Кто это? — пролепетал Александр.
— А это дочка моей хозяйки домашней. Девица несколько умом скорбная…
— Мрррфррр! — что-то произнесла «скорбная умом девица». Наверное, хотела опротестовать мои слова. К счастью, Дита ей этого не дала. Однако надо спасать ситуацию — долго бесовка тоже не продержится, она в воздействии на реальный мир слаба.
— …так что, Александр, я твое дело понял, передай старосте Ивану, что наша с ним договоренность будет выполнена. Если, конечно, это будет в моих силах…
— Ты… ты найдешь отца?
— Я постараюсь, — все же вильнул взглядом я. Сложно, очень сложно врать, когда на тебя глядят с такой надеждой…
— А сейчас, Александр, я бы попросил оставить меня и вот эту девицу. Прошу прощения, что вот ТАК наша встреча закончилась.
Мальчишка заверил, что ничего страшного, он все понимает, и исчез. Я повернулся к Аглашке:
— Ну и какого…?!
— А чего она?! — завопила скоморошка, наконец-то отпущенная Дитой.
— Она? Чего — ТЫ? — я медленно подошел к Аглашке и так зыркнул на нее, что он отшатнулась и села. Не на пол, к счастью, а на лавку.
— А что я?
— Аглаша, ты же видишь, что у меня сидит какой-то незнакомый человек, и собиралась при нем рассказать что-то важное?