Песня в облаках. Том 3 (СИ)

Его закрутило быстрее, утаскивая под катакомбы. Вода, всё ещё слишком горячая, попадала в нос и рот, мешала открыть глаза. Неудачно развернувшись, он понёсся вперёд вниз головой, крутясь и изворачиваясь, стараясь вернуться в прежнее положение. Вынырнул на секунду, но не успел набрать в грудь воздуха, прежде, чем его вновь утащило под воду.
Наступила темнота — безжалостная, беспросветная. Горячая.
Его тащило и кидало в стороны. Потоки воды врезались в тело и, казалось, рвали его на части. Капитан вдруг почувствовал, что его правая рука вдруг оказалась на поверхности, и потянулся в эту сторону, стараясь грести. Однако руки и ноги сковала усталость, и они почти не слушались. Воздуха в лёгких не осталось. Как и сил бороться.
Он почти потерял сознание, когда его вдруг швырнуло в воздух.
Аллек вздохнул — жадно, полной грудью. И прежде чем успел выдохнуть, врезался в какую-то перегородку. В ужасе открыл глаза, но увидел лишь тьму. Понял, что падает. Почувствовал, что не в силах даже выставить перед собой руки.
А затем вновь упал в воду, и очередная волна накрыла его с головой.
  
Глава 13. Скрытое в глубине. Энжи
 
Энжи спешила за Роаль, стараясь запоминать дорогу. Всё это время она думала, что слугам отведён один из этажей, как было во дворце на Царь-древе. Но в особняке генерала Болло планировка оказалась сложнее.
Первый этаж занимал три лестничных пролёта, то есть был втрое выше двух других — настолько там были высокие потолки. Большая часть его отводилась под открытую веранду, построенную для уличных банкетов. Она плавно переходила в деревянное крыльцо с видом на два больших фонтана и сад. Вторая часть представляла из себя огромную обеденную залу, также предусмотренную для приёма гостей.
Сейчас порты были закрыты, и особняк пустовал. По коридорам иногда шастали слегка рассеянные чиновники и солдаты, а также вечно спешащие куда-то слуги.
Рядом с обеденной залой была небольшая пристройка — там слуги, задействованные в приёмах, находились почти всё время, когда не требовались гостям. Любого из них могли вызвать с помощью специального колокольчика, однако без этого они подчинялись лишь строгому расписанию. Там же была и кухня.
Второй этаж состоял из комнат — таких как та, где жила Энжи. Девушка предположила, что они тоже, в основном, служили для приёма гостей, однако некоторые, по всей видимости, были заселены и сейчас. Особняк генерала Болло был не только его домом, но и резиденцией. Большую часть времени здесь кипела работа. Люди занимались наймом и подготовкой новых офицеров, организацией поставок оружия, одежды и продовольствия. Здесь совершались сделки и планировались торговые маршруты, которым требовалась охрана. Здесь же принимались и многие государственные решения.
Особняк служил своего рода штабом, и если старшие офицеры жили рядом с казармами в придворье, то некоторые чиновники получили отдельные кабинеты в самом доме.
Слуги же ютились в соседнем крыле — трёхэтажном, повторяющем форму особняка, каменном здании меньшего размера. Первое, что бросалось в глаза: народу в нём было заметно больше. У слуг имелись свои комнаты, кухня, несколько ванных. Энжи даже успела заметить их собственную библиотеку, представляющую из себя два поставленных рядом книжных шкафа, заполненных обтрёпанными книгами в мягких обложках.
Роаль провела её сквозь весь второй этаж, а затем они спустились ниже. Узкие коридоры петляли, огибая кладовые, забитые какой-то утварью, холодильники и спуски в небольшие погреба. Наконец, когда принцесса испугалась, что сейчас окончательно запутается в череде поворотов, Роаль, прихрамывая, юркнула в приоткрытую дверь.
В нос ударил запах мыла, хлорки и отсыревшей ткани. Принцесса вошла в просторную комнату, где под потолком была развешена чистая одежда. Роаль, не обращая внимания на её замешательство, побежала в дальний конец комнаты, уворачиваясь от висевших на лесках полотенец, к длинной ванной. Включив воду, она принялась зачищать мылом и твёрдой коралловой губкой бывшее когда-то белым платье, пытаясь согнать расползшееся по всему подолу красное пятно.
 
Служанка сдула упавшие на лицо волосы и быстро смахнула рукой непослушную прядь.
— Боги, машинка его только испортит! — воскликнула она. — Придётся всё делать руками.
— Машинка? — переспросила Энжи, пользуясь отведённым временем осматривая комнату.
Роаль кивком головы указала на огромную бочку с несколькими рычагами и металлическим коробом сзади, стоявшую в углу комнаты.
— Изобретение Пехорро, — не переставая натирать платье, сообщила служанка. — Хозяин говорит, скоро такие будут в каждом доме. На других островах бельё либо стирают вручную, либо с помощью устаревших машин, требующих усилий трёх слуг. А эта штука делает всё автоматически. Нужно лишь несколько раз за стирку переключать один рычаг да насыпать хлорки.
Энжи с недоверием обвела взглядом бочку, с подведённым к ней шлангом. Она слышала про стиральные машины, но ожидала, что эта штука окажется больше. Дебби когда-то говорила, что пользоваться ей — настоящий рабский труд, и намного проще стирать руками. Во дворце это было скорее корыто с несколькими рычагами, которые крутили шершавые валики снизу.
— Шумит хуже роты солдат! — продолжала причитать Роаль. — А трясётся, будто бесы вселились. Я так и не смогла привыкнуть, хотя эта штука тут уже несколько лет, и Жанин приказывает стирать всё ей. Говорит, если руками замывать солдатские мундиры, на это уйдёт сотня лет.
— Я тоже не слишком доверяю таким машинам, — не зная, что ответить, сказала принцесса. На самом деле, Энжи вполне спокойно относилась ко всякого рода новинкам, а вещи не стирала никогда в жизни. Но продолжая диалог, могла, не вызывая подозрений, осмотреться.
Одежда, пахнущая мылом, была развешена ровными рядами, и Энжи, отодвинув одно из полотенец, прошла вглубь комнаты. У стен прачечной стояло ещё несколько странных громоздких устройств. Два из них были похожи на то, про которое рассказывала Роаль. Ещё одно — около входа — представляло из себя два деревянных валика над широким корытом, установленным на уровне пояса принцессы. Вверх торчал изогнутый рычаг, сжимающий их. А рядом стояла пустая бельевая корзина.
— Это же для отжима белья! — догадалась принцесса.
— Да, ваша милость! — сквозь шум бегущей воды донёсся до Энжи голос Роаль. — У нас три таких, и все они ручные. Это удобно потому, что не шумят так страшно!
Принцесса вдруг увидела белую рубашку, очень похожу на ту, в которой прибыла. Девушка поспешила в дальнюю часть комнаты, дотронулась до порванного рукава и обнаружила тусклые пятна крови на вороте. Рядом висели и остальные её вещи. Сейчас, даже постиранные, они больше походили на половые тряпки.
— Роаль, здесь вся одежда? — крикнула Энжи. — Я имею ввиду та, в которой меня привезли сюда.
— Штаны пришлось выкинуть, миледи. Я думала избавиться сразу от всего, но не решилась. Как бы то ни было, ничего из этого уже не получится одеть — рубашка порвана и со следами крови, куртка тоже. Даже обувь, и та пришла в негодность.
— Понимаю… — пробубнила себе под нос Энжи, добравшись до висевшей на леске куртки. На всякий случай она проверила карманы, но, само собой, ничего в них не обнаружила. Не будет ли слишком подозрительно спросить у Роаль напрямую? Она могла бы сделать вид, что среди её вещей оставались семейные ценности…
Вдруг взгляд принцессы уткнулся в две пузатые деревянные тумбы, стоявшие у стены.
 
Энжи, стараясь не выглядеть подозрительно, а потому двигаясь медленно, прошла в край комнаты и прислонилась к первой тумбочке. Принцесса чуть задёрнула наволочку, свисавшую с потолка, так, чтобы та закрывала её от Роаль. Служанка, впрочем, была слишком сосредоточена на своей работе. Она постоянно что-то причитала себе под нос, и из того, что доносилось до Энжи сквозь шум воды, её слова были чем-то средним между молитвой богам и ругательствами.