Мир клятв и королей (СИ)

— Кто такие Эрнандесы?
— Мои воины, — ответил Гилберт, посмотрев на неё. — Лучшие из лучших. Это они были на собрании и они же сражались с тёмными созданиями, когда те пришли за твоим братом.
Пайпер их помнила: похожие друг на друга парень и девушка с волосами пшеничного оттенка, глазами как грозовые тучи и родинкой под левым уголком рта у каждого.
— Близнецы? — на всякий случай уточнила Пайпер.
— Да. Сейчас они в зале Истины, но скоро вернутся. Не переживай, я успею вас познакомить.
— Я не переживаю, — по инерции возразила Пайпер.
— Я думаю, после мы сможем договориться с ними о твоём обучении, — как бы вскользь упомянул Гилберт, но внутри Пайпер всё перевернулось не меньше десяти раз.
— Обучении? — непонимающе переспросила она. — Разве уроков Сиония и Стефана будет недостаточно?
— Они — маги, знающие все законы и заклинания лучше, чем кто-либо другой. А Эрнандесы — воины. Энц, вообще-то, рыцарь, а вот Диона таковой себя не считает, но сути дела это не меняет. Тебе предстоит изучить не только магию, но и оружие, и нет никого, кто подошёл бы на роль учителей лучше, чем Эрнандесы.
— Для чего мне оружие? Я думала, что магия сама по себе оружие.
Шерая скрипнула зубами и наградила её убийственным взглядом. Марселин, выдавив смешок, пожала плечами, будто смирилась с неосведомлённостью сальватора и находила её в некоторой степени забавной.
— Попробую объяснить, — встрял Стефан, когда Гилберт, вперив взгляд в пространство перед собой, принялся задумчиво жевать нижнюю губу. — Магия сальваторов отличается от обычной, но всё же может быть использована как и оружие. Я точно помню, как Йоннет с помощью своей магии укрепляла мечи и стрелы, причём так, что те без проблем пробивали рыцарские доспехи. Вашу магию можно не только направить в какой-либо предмет, временно увеличив его силу, но и материализовать в нужную форму.
Пайпер едва заметно улыбнулась, услышав «вашу магию». Не только ту, что на данный момент имеется у неё одной, а ту, что отличает всех сальваторов. Может, собрать всех четырёх у них и не получится, но на нахождение ещё одного есть все шансы — и тогда словосочетание «ваша магия» станет чем-то более реальным и мощным.
— В конце концов, — подал голос Сионий, скользнув по Пайпер взглядом, — магия сальваторов хоть и истощается медленнее, чем наша, но всё же истощается. Для тебя не будет лишним научиться владеть мечом на случай, если ты когда-нибудь дойдёшь до крайней точки и не сможешь использовать магию.
Пайпер нервно сглотнула:
— Совсем?
— Временно. Магический источник внутри тебя отличается от наших источников, но это не значит, что он бездонный. Даже сакри потребуется время, чтобы восстановить всю магию.
— Если между магией сальваторов и вашей магией так много общего, почему она называется почти одинаково, но воспринимается по-разному?
— Потому что магия сальваторов — сила совершенно иного рода, — пояснил Гилберт, всё же найдя нужные слова. — У неё другой источник и другие особенности, но есть несколько, которые совпадают с обычной магией. То же самое и с силой внутри меня. Нет, — Гилберт быстро замотал головой, заметив удивлённо поднятые брови Пайпер, — я не сальватор и даже не маг. Внутри меня нет никакого магического источника. Моя сила… иного рода. Такой силой обладал мой народ, но сейчас она значительно слабее, чем раньше. Однако она так же, как и ваша магия, может истощаться, и ей так же требуется время, чтобы восстановиться.
— Всё равно не понимаю, зачем воспринимать по-разному, — пробормотала Пайпер.
Блокнота у неё с собой не было, но она отметила: узнать, кто такой Гилберт.
Сейчас вопрос о его происхождении и должности, которую он занимал, казался наиболее интересным и даже важным. Он говорил, что ему больше двухсот лет, хотя выглядел он на семнадцать, может, чуть старше. И он знал куда больше, чем говорил или на что намекал. Пайпер казалось странным, что Шерая, невероятно сильная, строгая и могущественная женщина, владеющая магией, выполняет всё, что ей прикажет Гилберт. И Стефан, будучи не менее грозным, сильным и опытным, чем Шерая, не выдержал взгляда Гилберта и сдался.
 
Если он и впрямь король, то какое у него королевство? Где его корона и где его настоящие подданные?
— У нас есть время, — вдруг подала голос Марселин, — чтобы раздобыть для Первой новую одежду. Того, что я успела для неё найти, недостаточно. То же самое относится и к её брату.
Пайпер прервала поток мыслей, обещая себе, что вернётся к ним позже, и перевела на дядю Джона растерянный взгляд.
— У нас нет денег, — произнёс Эйс, не дав девушке даже рта открыть.
— Они есть у меня, — возразил Гилберт. — Взяв вас под свою крышу, я обязался обеспечивать вас всем необходимым, и изменять своим принципам не намерен.
— Мы не сможем вернуть всё, что вы на нас потратите, — раздражённо гнул своё Эйс.
— Это и не нужно, — произнёс Гилберт, переняв его тон. — Я…
— Здесь всё довольно просто, — перебил его Джонатан, поставив локти на стол и переведя взгляд с Эйса на Пайпер. — Гилберт готов оказать помощь всем, кто в ней нуждается, и плата за это ему не интересна. Если вы после его помощи захотите и сможете помочь коалиции — что же, это хорошо. Но если вы захотите уйти, навсегда забыв о том, что видели, — так оно и будет.
— Попахивает расточительством, — заключила Пайпер. — И откуда у тебя столько денег?
— Я король, — Гилберт откинулся на спинку стула и махнул рукой, но жест этот вышел больше напряжённым, чем расслабленным, — и я могу позволить себе помочь другим.
— Даже не знаю, как благодарить, — фыркнул Эйс, закатив глаза.
Пайпер отчётливо уловила в его действиях долю неприязни, которая в данный момент выросла в несколько раз, и бросила на брата предупреждающий взгляд. Было опасно превращать Гилберта в своего врага, пока они находились под его защитой и пока Пайпер не выяснила, кто он на самом деле. Ещё опаснее было рушить то хрупкое доверие, что возникало между ними — последствия этих действий казались Пайпер более ужасающими, чем при первом варианте.
Но Гилберт, кажется, не заметил выпада в его сторону и с улыбкой произнёс:
— Просто не растрачивайте свою Силу понапрасну и уничтожайте демонов.
***
— А теперь давай-ка поговорим.
Гилберт выпрямился, вцепился в чашку с давно остывшим чаем и с прищуром посмотрел на Пайпер.
— Я не рискну пока отпускать тебя в город, ты уж прости, — пробормотал он, слабо улыбнувшись. — Просто расскажи Марселин, какой у тебя размер одежды и что ты предпочитаешь носить, и она найдёт то, что нужно. Она в этом деле профессионал.
— Речь не об одежде. К вашему господину Илиру могут хоть в этой пижаме заявиться.
— Не можешь, — Гилберт отрицательно покачал головой. — Он, конечно, оценит твою шутку, а вот Шерая — нет. Испепелит раньше, чем ты успеешь покинуть особняк.
— Я хочу поговорить о тебе.
Гилберт напрягся. Прикрыл глаза, вздёрнул брови, точно мысленно внушал себе не делать поспешных выводов и сам же удивлялся этому, после чего вновь посмотрел на Пайпер и спросил:
— Ты хочешь знать, кто я такой?
— Да. Кто ты, откуда родом и что за странная сила есть у тебя, что её нельзя сравнить с обычной магией или магией сальваторов.
— Может, пройдём в библиотеку? Или хотя бы в мой кабинет?
Брови Пайпер удивлённо поползли вверх:
— У тебя есть кабинет?
— Конечно. Почему у меня не должно быть его?
— Потому что ты… Э-э, король? У королей разве есть кабинеты?
— Да, есть.
— Даже у фэнтезийных?
— Я не фэнтезийный король, — с нотками раздражения уточнил Гилберт, — а реальный. Выбрось из головы все мысли о том, что ты попала в какой-то фильм или книгу в жанре фэнтези и прими тот факт, что всё реально. Поверь мне, эльфы сильно обижаются, когда их называют «фэнтезийными».
Но у Пайпер до сих пор не находилось других слов. Из эльфов она видела только Луку, короля Джевела и девушку, что была с ним на собрании. Из фей — королеву и двух юношей, что составляли её свиту. Один из них, с нежно-голубыми волосами, если Пайпер правильно помнила, случайно зачаровал её так, что она восхищалась королевой Ариадной.