Болотник 3 (СИ)

— Гражданин Найденов, вы задержаны, за пересечение режимной зоны военного объекта. — совершенно официально высказал мне все особист, и потом не удержавшись, с усмешкой добавил — я же предупреждал тебя, что бы ноги твоей тут больше не было? Не послушался, значит сам дурак и не обижайся.
— Здорово Зинченко. Ну а как же пропуск? Забыл, что ли? — тоже усмехнувшись сказал я, даже не думая выходить из лодки.
— А пропуск, Найденов, выдается на один год — торжественно объявил мне майор, не переставая улыбаться — Так что твой уже давно просрочен. Давай его сюда, он изымается. И выходи, не задерживай меня, а то тебя силой в караулку доставим, а если вздумаешь сопротивляться, пристрелим к чертям собачим!
— Видишь какая незадача вышла, Зинченко, а в моем пропуске дату забыли поставить, торопились, наверное, и прикинь, я не стал вас беспокоить, а сам её вписал, как раз вчера. Так что ещё год у меня есть — продолжаю я припираться. В пропуске действительно дата не стояла, как-то я этому раньше значение не придавал, а теперь вот пригодилось…
— Это не важно Найденов — досадливо морщится майор — Пропуск я у тебя всё равно заберу. Могу силой, но лучше отдай добровольно. Ты вот мне скажи, ты сюда зачем вообще снова сунулся? Последние мозги пропил?
— В этот раз, Зинченко, я тут по совершенно официальному делу. Направлен областным управлением охотничьего хозяйства и заповедников СССР. По поводу задержанной вами краеведческой экспедиции разобраться приехал. Какого хера, вы их задержали узнать. Вроде у них с документами не всё в порядке, вы говорите, ну так я эти документы сам смотрел, там комар носу не подточит, за что вы их повязали?
— А. Прошлые нарушители — заулыбался Зинченко — ну так с ними всё понятно, задержаны в режимной зоне, без спецпропуска, оказали сопротивление при задержании, пытались скрыться. Уголовная статья им корячится, ну и вот ты теперь попался. Какая хорошая и продуктивная неделя.
— Ясно всё с тобой — тяжело вздохнул я. Похоже мирно тут решить вопрос не выйдет. Ну Ерастов, ну гондон штопанный, только вытащу тебя, сразу морду профессорскую набью — ладно. Пошли в твой кабинет. Там поговорим. К лодке солдатика приставь, пущай охраняет имущество.
— А вот это, Найденов, не тебе решать, куда мы пойдём и что моим бойцам делать. Ты задержанный и идёшь в камеру. Ну а завтра мы вас всех вместе от сюда отправим, следствие уже вами заниматься будет — глумится майор. Ну-ну, смейся пока, есть у меня, что тебе предъявить козлина.
— Отойдём? На пару метров буквально, пусть твои бойцы меня на мушке держат, покажу тебе кое-что.
— Тут показывай, и пропуск не забудь вытащить и отдать — веселится майор — чего там ты мне такого показать хочешь, что моим солдатам видеть нельзя?
— Ты уж мне поверь майор, тебе на это лучше одному посмотреть. Ну а если ты настаиваешь, что бы это все увидели, то у тебя уже обратного хода не будет. Всё плохо тогда будет, и не у меня, а у тебя и твоего командира.
— Ты мне не угрожай! Ладно… отойдем — сделал мне одолжение Зинчинко.
— Смотри — когда мы отошли, и повернулись спиной к сопровождающим особиста солдатам, я достал своё служебное удостоверение сотрудника ГРУ — ну так, как? Тут говорить будем, или к тебе в кабинет пойдём?
— Мать… — протянул майор, прочитав название конторы, которую я представляю, и как-то сразу подобрался. Взглянув мне в лицо, Зинченко, надо отдать ему должное, только вопросительно поднял брови.
— В кабинете поговорим — ответил я на не высказанный вопрос.
— Карапитян! Остаёшься тут, принять под охрану лодку. Оружие опустили! — начал раздавать команды особист — Пройдемте гражданин Найденов.
— Обыскиваем задержанного? — обратился к особисту с вопросом сержант, видимо старший караула.
— Отставить! Оружие на плечо! — нервно отреагировал майор, и уже спокойно обратился ко мне — пройдёмте.
Знакомый кабинет. Тут ничего не поменялось с прошлого моего посещения. И люди тут собрались те же самые. Пока только я и Зинченко, но скоро должен прибыть и подполковник.
 
— Слушаю вас, товарищ лейтенант — как только дверь кабинета закрылась на вас обратился ко мне майор. Особист напряжен, от былого веселия не осталось и следа.
— За командиром части послали уже?
— Константин Геннадьевич, подойдет через десять-пятнадцать минут.
— Хорошо, поговорим пока сами, подполковнику про наш разговор лучше не знать. И вообще, пусть этот разговор останется только между нами. После того, как мы закончим, вы напишите мне соответствующую расписку.
— Понятно… — обреченно протянул Зинченко, мрачнея прямо на глазах. Ну пусть понервничает, а то почувствовал себя хозяином вселенной.
— В общем так, не буду тянуть кота за подробности. Времени и так мало. Как и за любым другим, стратегическим объектам, за вашей частью ведётся скрытое наблюдение и охрана, помимо этого проводятся негласные проверки режима несения службы — по мере того, как я говорил, майор бледнел всё сильнее и сильнее — вы уже, наверное, догадались, что эти функции в отношении вашей части, выполняю я, и подчиняюсь я напрямую Москве. Из вашего военного округа, о моем существовании никто не знает, и соответственно предупредить вас не мог. Как вы думаете майор, прошла ли ваша часть, и вы с вашим командиром в частности, эти проверки?
— Нет… — майор осунулся и не смотрит мне в лицо.
— Всё правильно. Нет. Вы не прошли четыре проверки из пяти, которые проводились в отношении вас за последние пару лет. Давайте перечислим. Первое — вы отпустили меня, когда я в первый раз наведался к вам в часть, и даже более того, вы выписали мне пропуск в режимную зону. Второе — когда была запущена сигнальная ракета с болота, вы отреагировали вроде бы на первый взгляд правильно, но потом… когда я прибыл к вам и сознался, что это сделал я, вы не доложили по инстанции. Третье — вы меня тогда отпустили во второй раз, даже не проведя досмотр лодки, а ведь там могло быть вообще всё что угодно, от приборов осуществления наблюдения, до тактического ядерного заряда. Четвертый раз был прямо сейчас — я предъявил вам удостоверение сотрудника ГРУ, и спокойно, без всяких проверок и разрешений прошел в часть, а моя лодка, так же без досмотра, осталась стоять на том же месте, что и раньше. Вы что, уже командир части? Кто мог меня сюда пустить? Разве вы? Что вы должны были сделать?
— Доложить командиру и ожидать принятия решения… — майор похоже уже мысленно примерил на себя зонавскую робу.
— Вы сделали только один раз всё правильно, задержали направленную мной по ложному маршруту краеведческую экспедицию. Я знаю, что у вас в голове сейчас творится. Думаете, как бы ловчее обустроить всё так, чтобы я «случайно» был бы застреле при попытке проникновения на объект или при попытке побега или оказания сопротивления при задержании? — Зинченко вздрогнул и уставился на меня испуганными глазами — так вот, выбросите эти мысли из головы. Это вам не поможет, уж поверьте мне.
— Да у меня даже в мыслях не было…
— Это хорошо. Вы поняли сейчас, своё положение?
— И что теперь со мной будет?
— Пока. Я подчеркиваю, пока, ничего. Сейчас вы напишите мне расписку и станете моим агентом, и продолжите работать, как и раньше. Ваш командир, знать ничего не будет, когда он зайдет в этот кабинет, я снова буду для вас простым и непутевым охотником Найденовым. Хитрить не советую, вы не единственный мой агент в этой части, так что о всех ваших «левых» движениях, я узнаю достаточно быстро и тогда уж не обижайтесь. — несу я первое, что приходит в голову — Для первой встречи используйте почтовый ящик на местном отделении почты «до востребования» на моё имя. Вы сами тут занимаетесь оперативным контролем почтовых и иных отправлений, ваше же отправления никто не проверяет, но тем не менее, в письме пишите только адрес или место, дату и время, когда будите в Каменногорске или другом населенном пункте нашего района. При личной встрече обговорим другие условия и способы связи. Затягивать встречу не рекомендую. Вам всё понятно?