Болотник 3 (СИ)

— Ну пожалуйста! Я жить хочу! — плаксивым голосом прошу я, готовясь к забегу наперегонки со смертью.
— Давайте! — даю команду Никите, и тут же раздаётся первая очередь, а я в это время пулей лечу к намеченному мной месту выхода из оврага. Проходит всего пару секунд и к стрельбе подключается второй автомат, который я оставил возле Лёхи. Молодец парень! Но времени на восхищение стойкостью и мужеством моего молодого егеря у меня нет, я уже почти выбрался из оврага. Со стороны противников тоже началась стрельба.
Меня заметили, когда я успел пробежать пару десятков метров. На одного из стрелков я выбежал сам. Можно сказать, лоб в лоб с ним столкнулся. Субтильный мужичек быстро перезаряжал «мосинку», уже втыкая обойму в пазы ствольной коробки. Ему оставалось только вдавить патроны, выбросить обойму и передёрнуть затвор, дело пары секунд. Не останавливаясь, со всего разбега, врезаюсь в стрелка, не глядя тыкаю в него несколько раз ножом и тут же бегу дальше, подхватив почти заряженную винтовку. Сзади слышится крик раненного человека. Кого это я приложил интересно? На ходу я лица не разглядел.
Всё, элемент внезапности закончился. Теперь надежда только на мои крепкие и молодые ноги. Если удастся оторваться достаточно далеко, им меня не догнать, я сильнее, выносливее и моложе. Мои мысли прервали первые выстрелы, которые начали сбивать ветки деревьев недалеко от меня. Стрелки меня ещё не видят и стреляют больше наугад, а быстро подойти на расстояние прицельного выстрела им мешает овраг и бьющий из него автоматный огонь. Лейтенант стреляет короткими очередями, но довольно часто. У меня ещё есть небольшая фора, надо поднажать.
  
Глава 13
 
Старые то они старые, но они на лыжах, а я нет. Хотя были у меня с собой лыжи в овраге, чего я дурень их не взял? Не отстают от меня преследователи, даже минуты отдыха не могу себе позволить. Мне уже и в энцифалитке одной жарко, а сердце готово выскочить из груди. То и дело мимо проносятся пули, срезая ветки или с глухим стуком ударяясь о стволы деревьев. В ответ я не стреляю. Потому что не вижу куда, а патронов и так кот наплакал. Ну и они меня не видят, слышат только, вот на шум и бьют, не давая передохнуть и расслабится. Для профилактики стреляют на каждый подозрительный шорох, по густому кустарнику, по затененным местам, по лощинкам и овражкам, по всем местам, которые кажутся им опасными, даже без видимой цели.
За мной идут не менее трёх человек, значит возле оврага остался раненный (или убитый) мною стрелок, и ещё один. Теперь парням точно будет проще продержаться, это конечно греет душу, но вот только легче мне не становится. Я не марафонец, бегать я не привык и вообще никогда не любил, да ещё и по пересеченной местности. Такие как я, здоровые и тяжёлые мужики, к бегу плохо приспособлены. В первые минуты погони я выложился по полной и слегка увеличил отрыв, но сейчас меня похоже нагоняют.
В тайге уже темно. Наверху, если посмотреть сквозь кроны деревьев, ещё есть проблески света, а внизу уже хоть глаз выколи. Даже в свете фонаря бывает сложно отыскать нужную тропу, я же сейчас бегу почти на ощупь. Только мой компас, фосфорный циферблат которого светится на моей руке, не даёт мне сбиться с пути. Ветви деревьев и кустарников хлещут по лицу и телу, я уже несколько раз натыкался на торчащие сучки и корни деревьев и только чудом, ещё цел и невредим. Моим преследователям легче, они идут за мной, искать дорогу им не надо, я сам им её прокладываю. В довершении всего, погода резко испортилась. Порывами бьёт ветер, на небе густые, тёмные облака — скоро будет дождь или снег. Даже не знаю, хорошо это или плохо. Я выбиваюсь из сил.
То, что мне нужно что-то предпринимать, я понял уже час назад, иначе эти фашистские недобитки меня дожмут. По глубокому, мокрому и рыхлому весеннему снегу мне далеко не уйти. Варианта всего три. Первый — можно найти укрытие и попытаться спрятаться, пропуская погоню через себя. Но они довольно близко, как следует замаскироваться не будет времени и велик шанс, что меня найдут. В плюс этого варианта только наступающая ночь, которая дает хоть какие-то шансы. Второй вариант — устроить встречный бой. Затаится и встретить погоню огнём, попытавшись зацепить хоть кого-то из преследователей. Вполне рабочий вариант, это у меня уже получалась, покойный дед Савелий тому пример. Минус тут тоже есть, и он довольно большой, моя фора сгорит и вновь оторваться от команды Палыча у меня скорее всего не получится. Ну и третий вариант, который я всерьез рассматриваю, сделать крюк и выйти погоне в тыл или во фланг. Волчья петля, так ещё этот манёвр называют. У меня с собой винтовка, если стрельба будет не впереди, возможно на неё поначалу и не обратят внимание. Можно будет попробовать зацепить одного или даже двоих, и пока он сообразят в чем дело, попробовать уйти. Как там мой инструктор по «сборам» про тактику боя в лесистой местности говорил? Вспомнил: «Если противник преследует вас развернувшись цепью, постарайтесь зайти к нему на правый фланг. Расстреливайте эту цепь сбоку, как групповую мишень. Используйте преимущество, которое дает левостороннее правило — с разворотом вправо противнику на первых минутах боя стрелять будет неудобно, непривычно, его стрелки будут разворачиваться вправо стволами в спины друг друга. Сбоку противник на какое-то время будет открыт для вашего огня, он потеряет это время на перестроение вправо. Выиграет тот, кто при встрече среагирует первым и создаст мгновенный перевес концентрированным огнем сбоку в правый фланг противника. По обстановке поле боя и самого противника надо „закручивать“ по часовой стрелке, приближаясь к противнику на дистанцию кинжального огня». Ну что же. Настало время попробовать повторить эти знания на практике.
 
Шанс уйти с первоначального маршрута представился мне довольно скоро. Небольшой ручей, чьё быстрое течение позволило ему освободится ото льда раньше других лесных источников. Услышав впереди журчание воды я не раздумывая прибавил хода, делая рывок вперёд и с разбега прыгнул прямо на середину стремнины. Тут же, не обращая внимание на промокшую одежду и обувь, повернул вправо и рванул по руслу ручья стараясь двигаться как можно быстрее.
Пробежав метров сто, я выбрался из ледяной воды и стараясь не шуметь, стал возвращаться назад, делая крюк. В той стороне где я запрыгнул в ручей прозвучало несколько выстрелов. Страхуются падлы, стреляют по всем подозрительным местам, но одно хорошо, я уже почти за их спинами.
Лыжню, оставленную стрелками я сразу не увидел, просто споткнулся о накатанную полозьями колею и тут же развернувшись пошёл по оставленному следу, вскинув на плече трофейную «мосинку». Я иду по вмятому лыжами следу, а значить я в тылу у группы преследования. Лыжня, по которой я иду оставлена одним человеком, значит преследователи идут неширокой цепью, а не друг за другом. Это хорошо, скорее всего друг друга они не видят, сосредоточив всё внимание впереди.
Вот они. Двое. Третьего пока не вижу. Остановились на берегу ручья и подсвечивая себе фонариками осматривают противоположный берег, выискивая мои следы. Между нами метров двадцать. Такой шанс нельзя упускать, и я стараясь не шуметь, скидываю со спины автомат, прислонив винтовку к дереву. Времени возится с установкой прицела нет, они и так на дистанции прямого огня, и я, приложив приклад автомата к плечу просто навожу ствол на групповую цель.
Щелчок предохранителя они услышали, но предпринять уже ничего не успели, длинная очередь, на десять патронов перечеркнула темные фигуры, а я на мгновение ослеп от вспышки и выстрела. Не останавливаясь, чтобы посмотреть на результат, хватаю винтовку и перемещаюсь ещё правее, за соседнее дерево. Упавшие фонари продолжают светить, и я вижу, что на берегу кто-то шевелится, тут же, добиваю остатки патронов в магазине по этой возне, а в дерево, за которым я укрылся впивается винтовочная пуля. По вспышкам бьют, их хорошо видно в опустившийся на лес темноте. Зацепил я кого-то или нет, пока не понятно, но должен был, я стрелял почти на дистанции пистолетного выстрела и хоть одна из двадцати выпущенных пуль, но должна была найти свою цель.