Бремя Всеведущих (СИ)

— Он сам занят борьбой с этими двумя: Парас-Иллениксет "на палках и пластилине" держится, как он сказал, — припомнил стоящий Арканцев. — И так нам помогает чем может, Элиас — имей совесть.
— Да, да, просто меня это уже бесит! Мало того, что опять обострение с этими сраными паучьими членистоногими и мало нам двух дебилоидов, которым нехер делать дай страну поразваливать — так нам с Пакта пишут! С Пакта, Джейкл! В какой стране мы вообще живём, что это происходит!?
Спецагенту осталось лишь согласно поморщиться и вздохнуть. Действительно, это был перебор, но это всё происходило в реальности. Переживёт ли Нирнвики вообще подобное? Её никогда так ещё не разрывало, причём от рук сперва теневого бизнесмена, а потом от самого доверенного фельдмаршала Республики, ни разу не подводившего государство. Сейчас Нирнвики в очень тяжёлом и неясном положении с не менее туманным и неясным будущим.
А главное — спецагентам не на кого положиться: президент помещён под домашний арест, Франц потерял былое влияние, а прочие союзники государственных органов и так прикладывают всевозможные усилия; сейчас истинная Республика под видом Госбезопасности осталась одна против двоих: Режима и Халлинтоеллина. Ни Элиас, ни Мариэтта не намерены сдаваться и отдавать целую страну в чьи-то руки, поскольку это действительно обозначит полный провал.
И время у государственных спецслужб жёстко ограничено: месяц не прошёл, но результаты так и не были видны. Дела плохи… и что с этим делать не знали ли Лехтонен, ни Саволайна, ни Арканцев. Требовалась помощь.
Через несколько минут полного молчания телефон Джейкла неожиданно зазвонил. Мэйнайо с изумлением взглянул на звонившую ему персону: это была Раккаус! Агент позволил себе расслабиться, его уголки рта слабо дёрнулись; Элиас, услышав звонок, смог зацепить взглядом портрет Шепард-младшей и ответить аналогичной усмешкой. Джейкл незамедлительно ответил своей подруге и переключил её на громкую связь, ожидая от неё каких-то новостей или просто поболтать в любое время.
— Раккаус? Поговорить хочешь? — спросил Арканцев.
— Нет, Джей. Точнее, хочу, но немного по другой части, — начала она издалека, но тут же запнулась. — Короче, у тебя есть возможность связаться в Эквеле? Желательно засекреченный чат и прочее прочее, просто… разговор будет очень долгим и не только со мной, но и с моим отцом.
— Райдар? А ему что надо от нас? Он в своём Сайдикатте сидит и выполняет поручения Виндиго, — отрезал Джейкл, — не вижу повода говорить с бандитом — много он нам не раскажет.
В отличие от Элиаса и многих других полицейских Арканцеву, откровенно говоря, претило общаться с преступниками любого рода, если не касается допросов — вор должен сидеть в тюрьме, а тюрьма — это место изоляции, не исправления. Такой позиции придерживались в Комитете много людей, но практически никто не считал зазорным пообщаться с преступником и выудить какие-то подробности как из его жизни, так и из той сферы преступления, которой он занимался.
— Ты меня даже не дослушал, Мэй, — с недовольном отозвалась Шепард-младшая. — Мой отец поднял восстание против Виндиго и Дэспертара, он хочет поговорить с тобой и Элиасом.
— Постой, погодь-погодь, — поднял руку Лехтонен, — так это он там чудит в тылу противника? Райдар Шепард… Ну, даже не знаю — читал о нём информацию от Джейкла, так мне хватило нескольких строчек — такие люди если и будут типа помогать или о чём-то балакать, то явно или ради себя любимого, или на корысть своему делу. Что этот недоделанный рейдер хочет от нас?
— Я всё слышу, — вспыхнула девушка, уловив оскорбления в сторону её отца. Если честно, она сама не была рада такой жизни, какая у неё есть сейчас, но это не означает, что она будет молча проглатывать любые надругательства над её отцом, — можете, пожалуйста, засунуть свою гордость хотя бы на пять минут, чтобы поговорить с отцом!? И у нас, и вас очень, очень плохи дела! Или вы что — решили Нирнвики сдать кому-то из двоих? — провоцирует она.
Некоторое время Лехтонен смотрел острым взором в сторону телефона, но после смягчился и помотал головой из стороны в сторону: ему это не нравилось, но раз девушка настаивает… В любом другом случае Глава Комитета бы положил трубку и забыл о разговоре, но не в этот раз: девушка действительно права — у Госбезопасности дела идут не очень хорошо. К тому же это звонит Раккаус, а Элиас старается с недавнего времени относиться к немногим настоящим друзьям Джейкла с большим уважением и вниманием: горький опыт с Элизен научит доверию даже самого циничного и отмороженного человека.
 
Взвесив все за и против шеф полиции решил в этот раз удовлетворить просьбу подруги Арканцева: он зашёл внутрь полицейского участка и направился к своему кабинету, Джейкл пошёл за ним, переключившись на обычную связь. По пути он попытался расспросить свою подругу о том, что хочет сказать Райдар, но девушка отказалась говорить это по телефону: слишком секретная информация, лучше её рассказать через защищённый поток связи.
Зайдя в кабинет Элиас включил компьютер и выдвинул Арканцеву стул, дожидаясь загрузки. Компьютер загрузился мгновенно, шеф открыл защищённую программу для связи, после чего вбил логин девушки и начал звонить ей. Раккаус сперва оборвала связь с телефоном Джейкла, а затем, через несколько секунд, приняла вызов; Арканцев сел за выдвинутый стул и выжидающе посмотрел на свою подругу, ожидая от неё дискуссии.
Но не прошло и минуты, как рядом с Раккаус подсел её непосредственный родитель: Райдар Шепард, один из приближённых Виндиго, глава Однокрылых Шэйлоккейна; его появление не могло не напрячь Элиаса и Джейкла, ожидавших от него чего угодно. Сам Райдар, если не брать мешки под его глазами и растрёпанные волосы, не изменился ни на процент.
— Герра Лехтонен и Арканцев, — скрестил пальцы Шепард-старший, — звоню вам, потому что этот диалог нельзя откладывать надолго. Итак… ситуация критическая, я прав? Мы все в тяжёлом положении.
— Ближе к делу, — процедил Мэйнайо, смотря на Райдара с нотками раздражения.
— Это и есть то, о чём я хочу поговорить, — он взял из ниоткуда сигару, после чего сделал глубокую затяжку, успокаивая нервы. — Давайте посчитаем количество угроз: режим обезумевшей военной, организация не менее сумасшедшего бизнесмена, паучьи нашествия, возможная гражданская война; думаю, что вас, как и меня, не привлекает такая картина, поэтому я хочу обсудить с вами эти проблемы и предложить выход из них.
— Только один маленький вопрос, можно? — Килобайт прокашлялся. — Говоришь-то сладко, но откуда нам знать, что именно ты поднял мятеж и сейчас воюешь с этими отморозками? Вдруг засланный или вообще пургу нам травишь?
— И каким же доказательствам вы поверите? — сверкнул глазами повстанец. — Мне казалось, что моей дочери вы точно поверите, — он взглянул в сторону Джейкла, на что тот поморщился; рядом сидевшая Раккаус с неодобрением взглянула в сторону Шепарда-старшего, — но доказательств у меня предостаточно и на любой вкус. С чего начнём?
— А продемонстрируй самый убедительный аргумент в свою пользу, — усмехнулся шеф полиции.
Шепард-старший демонстративно положил сигару на пепельницу, после чего захрустел пальцами и начал набирать на клавиатуре какую-то комбинацию. Через несколько секунд послышался звук присылаемых в личных чат сообщений; Элиас открыл переписку, его взору предстали схемы и планы каких-то зданий. Шеф полиции в недоумении вздёрнул бровь, ожидая окончания загрузки; последним изображением стала карта Нирнвики со множеством красных обозначений.
Присмотревшись, Элиас позволил себе изумиться и громко, от души выругаться: это карта Нирнвики, на которой были обозначены абсолютно все базы Сайдикатт-Веба и даже некоторых скрытных зданий Халлинтоеллина!
Эту важную информацию Комитет пытался заполучить всеми усилиями на протяжении всего существования Сайдикатта-Веба; у Госбезопасности до сих пор не было точного расположения баз и офисов организации Виндиго, а для её дальнейшего искоренения с территории Республики это было необходимо, буквально требовалось. Теперь с полученными данными Комитет и Отделение Безопасности смогут нанести первый сокрушительный удар по Халлинтоеллину, устранив Сайдикатт.