Капкан (СИ)

– Ребят, ну что… поздравляю вас, – улыбается Игорь. – Свадьбу в один день сыграем или по очереди? – подмигивает.
– Еще скажи медовый месяц вместе проведем, – смеется Марк, – шведская семья какая-то получается.
Мама приглашает нас к столу.
– Влас даже чай не допил, – выглядывает в окно, пытаясь разглядеть его в темноте. – Да и холодно на улице, – сетует она.
Перевожу взгляд на Марка. Он прижимает меня к себе и целует в висок.
– Да уж… всё так сложно, – говорит Игорь. – Не знаю, чем нам это еще обернется, – размешивает сахар в стакане.
– Не трогайте его. Пусть подумает, остынет, – заявляет Марк.
Спустя двадцать минут к дому подъезжает машина.
– Кто это приехал? – волнуется мама.
– Сейчас узнаем, – Марк поднимается со стула, и я вслед за ним. Но он не успевает дойти до двери, как Влас заходит в дом и зло смотрит на Марка. Затем останавливает взгляд на мне. Мне становится жутко.
– Я уезжаю. Такси ждет, – подходит ко мне. – Это еще не конец. Я просто так не сдамся, Принцесса, – протягивает руку, порываясь обнять меня, но я отстраняюсь. Его рука так и остается висеть в воздухе. Резко ее опускает и уходит.
– Так будет лучше для всех, – делает вывод мама. Думаю, она права. – Маша, убери со стола, а я пойду постелю гостям.
Киваю ей и собираю грязную посуду. Парни выходят на улицу покурить. Убрав все на кухне, иду к маме.
– Помоги мне раскладушку поставить, – просит она. За этим занятием нас и застают парни.
– Вы уж сами решите кто где спать будет, – говорит добродушно мама и уходит к себе в комнату.
– Я что, здесь буду спать? – удивленно спрашивает Марк.
– Да, – улыбаюсь, целую его быстро в щеку и отстраняюсь. Он ловит меня и заключает в объятья.
– Нет, я хочу с тобой спать, – ворчит он. – Я соскучился по тебе, – целует в губы, – а ты оставляешь меня спать одного на диване.
– Вообще-то, я там собирался спать, – возмущенно говорит Игорь.
– Если только я буду спать с Машей, – утыкается в шею. – Ну, котенок, ну пожалуйста, – мурлычет мне на ухо.
– Марк, – отстраняюсь, – не могу, неудобно перед мамой.
Марк протяжно стонет. – Скорей бы утро, – касается моих губ своими.
– Ты устал с дороги, отдыхай. Спокойной ночи, – целую и иду в свою комнату.
***
Все утро мы с мамой находимся в больнице, а Марк провожает Игоря в аэропорт. Состояние отца по-прежнему критическое. Он до сих пор в реанимации. Врачи ничего конкретного не говорят. Я пытаюсь поддержать маму. Она стойко держится, но печальные глаза выдают ее.
Ближе к полудню за нами заезжает Марк, и мы возвращаемся домой. По дороге мама предлагает затопить баню. Марк с большим энтузиазмом принимает ее предложение, говоря о том, что забыл, когда последний раз парился. По приезду он идет колоть дрова, а мы с мамой готовим обед. Я изредка поглядываю в окно, любуясь своим мужчиной.
Звонит домашний телефон. Трубку поднимает мама. Тишину в доме разрывает душераздирающий крик. Сердце на миг замирает, а по спине пробегает холодок.
***
Если бы не Марк, я не знаю, как бы мы справились со всеми хлопотами, связанными с похоронами. Мама в ужасном состоянии, и я постоянно нахожусь рядом с ней.
После поминок я укладываю ее спать. Удостоверившись, что она спит, целую в висок и иду прибирать со стола.
– Ты уже все собрал. Спасибо, – благодарю Марка. – Сейчас я быстро помою посуду и… – к горлу подступает тошнота, кружится голова. Хватаюсь рукой за стол.
– Маш, что с тобой? – Марк подбегает ко мне. В глазах темнеет. Тело становится ватным.
– Что-то голова кружится…
Темнота…
– Котенок, что с тобой? – открываю глаза и вижу взволнованное лицо Марка.
– Я не знаю, – растерянно смотрю на него, потом взглядом окидываю свою комнату.
– Ты потеряла сознание, – нежно берет мою руку и целует, – у тебя что-то болит?
– Нет, – еле слышно отвечаю. В горле пересохло. – Пить, хочу пить, – пытаюсь подняться, но Марк меня останавливает. В комнату заходят женщина-врач и мама. Испуганно смотрю на Марка. Он встает, уступая место возле меня доктору.
 
– Что вас беспокоит, молодая леди? – шутит врач, улыбаясь.
– Хммм… – прочищаю горло, – ничего. Мам, зачем вы…
– Доченька, ты нас напугала, – мама вытирает глаза, – упала в обморок. Хорошо, что Марк успел тебя подхватить. Пусть врач тебя осмотрит.
– Вы, пожалуйста, выйдите все из комнаты, а я побеседую с больной и осмотрю ее, – добродушно говорит женщина. Мама выходит, но Марк задерживается в дверях. Смотрит на меня, я киваю ему, и он оставляет нас одних.
– Итак, Машенька, что случилось с вами? Как часто у вас головокружения?
– В первый раз, – врач что-то записывает.
– А вас последнее время не тошнило?
– Нет, – мотаю головой.
– Хорошо, так и запишем. А задержки у вас нет случайно? – мило улыбается.
Я лихорадочно начинаю подсчитывать. Ничего не соображаю.
– Я была у гинеколога, если вы об этом. У меня проблемы с яичниками, и он назначил мне лечение, – отворачиваюсь, вспоминая, что совсем забыла принимать лекарство. Надо будет опять сходить на прием, мысленно делаю себе заметку. – Врач мне сказал, что при моем воспалении беременность практически невозможна. У нас горе, папа умер. Я переволновалась. Ну и до этого был стресс. Думаю, все это от нервов, и все пройдет, – неуверенно пытаюсь улыбнуться.
– Думает она, – ворчит доктор, – может и нервы, но обследоваться надо. Не нравится мне все это, – откладывает ручку и задумывается о чем-то. – Бледная вы, милочка, очень, – щупает мой пульс, – давайте я вас послушаю и измерю давление, – задираю футболку, она слушает. – Не дышите, дышите, – делаю, как она велит. – Хорошо, легкие чистые, – надевает рукав и измеряет давление. – Так, а вот давление очень низкое. И это не есть хорошо. Сейчас я вам выпишу успокоительные, но… – заходит Марк, – завтра вы должны сдать анализы, ну знаете, чтобы быть точно уверенными, – собирает в сумку тонометр, – исключить там малокровие и… – Марк ахает и бледнеет. Врач встает и подает Марку листок. – Вот эти анализы надо сдать завтра утром, а потом ко мне на прием, – дрожащими руками он берет листок. Врач выходит.
Марк садится рядом со мной, но в глаза не смотрит. Запускает руку в волосы и хаотично тормошит их. Нервничает.
– Марк, не переживай. Это всего лишь нервный стресс, – улыбаюсь, – со мной все будет хорошо. Правда.
Он поворачивается ко мне, и я вижу, что его глаза блестят от непролитых слез.
– Котенок, я… – замолкает, – я не переживу, если с тобой что-то случится. Завтра поедем, сдадим анализы, – вздыхает, – или сразу давай в Омск, там обследуешься, – с надеждой на мое одобрение говорит он. Я стону.
– Не паникуй, – хихикаю, – на анализы я еще соглашусь, но никуда больше не поеду. Говорю же тебе, все у меня нормально, – он смотрит с недоверием. Кивает. Отворачивается и трет лицо ладонями. Потом молча ложится рядом со мной на краешек кровати, осторожно обнимает меня, утыкается лицом мне в шею. Не знаю, сколько мы так лежим в полной тишине, но переживания минувших дней дают о себе знать, и я проваливаюсь в сон.
***
Марк будит меня рано утром. Я пытаюсь ему возразить, но он непреклонен. В итоге сдаюсь. Мы едем в больницу, сдаем анализы и спустя пару часов возвращаемся в больницу узнать результаты.
– А, проходите, – терапевт показывает нам на стулья, – в общем, что могу сказать. У вас анализы не совсем хорошие, – поднимает глаза от листка с результатами, – некоторые показатели просто зашкаливают. Белок в моче высокий. Гемоглобин очень низкий, повышенный уровень эритроцитов и лейкоцитов, – Марк нервно ерзает на стуле. – Вам необходимо пройти полное обследование. Не нравится мне все это, – Марк вскакивает и начинает ходить по кабинету, запустив руку в волосы. Доктор удивленно поднимает брови и строго смотрит на него.
– Вы скажите, что это может быть? – он останавливается и обращается к врачу.