Капкан (СИ)

– Не уйду, – обнимаю его крепко за талию и зажмуриваю глаза, чтобы не расплакаться.
– Моя… ты моя… только моя, а я – твой, – утыкается лицом мне в шею и постепенно успокаивается.
Мы лежим в обнимку очень долго. Не нужно лишних слов или признаний, чтобы понять: я люблю Марка. Я чувствую, что это взаимно. Но сейчас мы не готовы сказать об этом друг другу. Сначала мы должны избавиться от своих скелетов в шкафу.
– Дети, – в комнату, предварительно постучав, заглядывает Анастасия Семеновна, – обед на столе, – улыбается, застав нас в объятиях друг друга.
– Идем? – Марк проводит кончиком носа по моей щеке.
Радостно киваю. Он встает с кровати и помогает мне подняться. Взявшись за руки, мы следуем за его мамой на кухню. Садимся за стол. Анастасия Семеновна хлопочет по кухне. Выглядывает в окно и изумленно восклицает: Сынок! Кто такой важный живет в твоем подъезде? Там настоящий эскорт из черных джипов, – разглядывает машины.
– Понятие не имею, – равнодушно отвечает Марк, – мам, садись уже.
– Да-да, сейчас, – достает из холодильника салат, присаживается напротив нас.
– Я позвонила Аркаше. Все в порядке, Маша, не переживай из-за работы, – сообщает она.
– Спасибо, – сгорая от стыда, опускаю глаза.
Раздается звонок в дверь, и мы втроем переглядываемся.
– Инга обещала зайти? – спрашивает Марк, вставая.
– Нет, она сегодня идет на прием к врачу, – отвечает Анастасия Семеновна.
Мы смотрим с ней на спину Марка. Если здесь появится еще одна пассия, то мое терпение лопнет окончательно. Из прихожей доносятся мужские голоса, и я облегченно выдыхаю. Кажется, Анастасия Семеновна чувствует тоже, что и я. Марк возвращается на кухню вместе с солидным мужчиной в деловом костюме. Высокий, статный. Ему примерно лет пятьдесят, а может и больше. Внешний вид свидетельствует о том, что он обеспечен, а повадки человека властного и значимого.
– Добрый день, дамы, – дружелюбно приветствует он нас.
Мы собираемся встать, но жестом руки он просит остаться на местах.
– Это моя мама – Анастасия Семеновна, – незнакомец приветливо кивает, – а это Маша – моя девушка, – представляет ему нас Марк.
– Очень приятно, – говорю я.
– Владимир Петрович Серов, – представляет нам гостя Марк. Имя мне ни о чем не говорит. Поэтому жду дальнейших разъяснений. Анастасия Семеновна приглашает его за стол.
– Анастасия Семеновна, я приехал лично поблагодарить Вас за сына, которого Вы воспитали, – перевожу взгляд на маму Марка. Ее глаза сияют гордостью за свое чадо. Марк же, напротив, невозмутим. – То, что он сделал для нашей семьи… – мужчина откашливается. Заметно, что он нервничает и ему сложно говорить. – Мой сын умер… – замолкает, – от передозировки около двух лет назад, – уточняет он. – Он был единственным у нас с женой ребенком, – сглатывает. – Наше горе было безгранично. Да вы и сами понимаете, – смотрит на мать Марка, – что значит потерять единственного ребенка. Знаю, сами виноваты. Упустили мы его, – тяжело вздыхает. – А потом мы узнаем, что его девушка беременна. Оберегали ее, как зеницу ока. Родился внук. И спустя пару месяцев мы узнаем, что его мать тоже наркоманка. Мы с женой поместили ее на лечение, взяв заботу о внуке на себя. Для вас, наверное, не секрет, как трудно избавиться от этой пагубной зависимости. Вот и моя невестка лечилась, снова и снова, и опять срывалась. Мы боялись за внука. Она исчезала временами, потом появлялась. И тогда мы решили огородить внука от непутевой матери, лишили ее родительских прав. Три месяца назад она пришла в очередной раз, умоляла дать ей шанс. Мы ее приняли. А она тайком украла своего сына. И если бы не Марк, мы сейчас оплакивали не только сына, но и внука. Невестку спасти не удалось. Ее травмы после аварии были несовместимы с жизнью. Слава Богу внук жив. Так что, Марк ты спас не только моего внука, но и мою жену… и меня, – сказав последнее слово мужчина вытирает пот со лба. В комнате гробовая тишина.
– Если когда-нибудь вашей семье понадобится моя помощь — обращайтесь. – Владимир Петрович поднимается на ноги. – Ах да, – запускает руки во внутренний карман пиджака, вынимает конверт и протягивает его Марку.
 
– Что это? – Марк заглядывает в конверт. Закрывает и возвращает обратно мужчине. – Я не возьму ваши деньги. Любой другой на моем месте бросился бы спасать людей и тем более ребенка.
– Нет, Марк, тут ты ошибаешься. Сейчас таких храбрецов поискать надо, да и не найдешь.
– Если вы не хотите меня обидеть, то заберите деньги, – просит Марк.
Владимир Петрович поняв, что он не намерен брать деньги, кладет их обратно в карман.
– Здесь мои координаты, – мужчина протягивает Марку визитку. – Я твой должник и хочу что-нибудь сделать для тебя, – перемещает взгляд на руки Марка. – Тебе надо подлечиться, – улыбается и обращается уже ко мне с вопросом “какая у меня фамилия “.
– Киреева, – растерянно произношу я.
– Хорошо, – подмигивает мне, – спасибо еще раз. Звони в любое время, – жмет Марку руку и направляется к выходу. Останавливается.
– Мария, – обращается ко мне.
– Да?
– Держитесь за этого парня. Если он ради посторонних людей рискует жизнью, то для любимых и вовсе ее отдаст, – улыбается и покидает квартиру. Марк, проводив гостя, присоединяется к нам с Анастасией Семеновной. Мы до сих пор сидим ошарашенные визитом Серова.
– А почему вы не кушаете? – спрашивает он нас.
Мое сердце переполняется безграничной нежностью, теплотой и… любовью к моему мужчине.
– Сынок, твой отец гордился бы тобой, – Анастасия Семеновна смахивает слезы. Встает и подходит к сыну. Целует его в макушку, а затем выходит, оставляя нас одних.
– Я тоже тобой горжусь, – подхожу к Марку присаживаюсь к нему на колени и обнимаю его за шею. – Ты мой Герой! – он пользуется моментом и целует меня в губы нежно, ласково, осторожно и искусно, как только может он один.
– Маш? – прислоняется к моему лбу.
– Ммм, – я все еще под впечатлением его изумительного поцелуя.
– Переезжай ко мне.
Моментально распахиваю глаза.
– Нет.
– Почему?
– Мы слишком мало знаем друг друга, – произношу банальную, но правдивую фразу.
– Вот и узнаем, – пробирается руками под мою футболку.
– Я не о том, пошляк, – фыркаю и отстраняюсь.
– И я тоже о другом. Какая же ты у меня развратная девочка, – наиграно цокает языком.
– Рано… еще рано, – настаиваю на своем.
– Подумай об этом, хорошо? – уже серьезным тоном говорит Марк.
– Хорошо, – чмокаю его в нос.
***
Я не могу сосредоточиться на работе с того момента, как Марк зашел в кафе. Впервые я решила обслужить его столик. Игорь уже неоднократно пошутил над этим. Я бы с радостью посидела с ними, но на работе у меня сегодня завал. Периодически бросаю собственнический взгляд на своего парня. Он как обычно в деловом костюме, который идеально сидит на нем. Мне нравится, когда он так одет. И по восторженным взглядам женщин в кафе понимаю, что не мне одной это нравится. Но от одной мысли, что его тело доступно только моему взору, внутри все переворачивается, и низ живота начинает ныть от сладостных воспоминаний. Вчера я не осталась у него и сегодня тоже не смогу. Таня с головой ушла в работу и попросила несколько дней присматривать за Линой. Как бы мне не хотелось ночевать с Марком, я не могу отказать тете.
Возвращаю свое внимание к клиентам. Они просят еще напитков, и я иду к барной стойке. По пути меня окликает знакомый голос, и сердце замирает в предчувствие приближающего скандала.
– Вадим? Привет, – растерянно приветствую его.
Он в компании трех парней. Судя по их телосложению они вместе работают.
– Привет, Маша, – наклоняется в попытке поцеловать меня в щеку, но я отступаю на шаг назад. Ухмыляется. – Держи, это тебе, – протягивает белую розу.
– Спасибо, – неуверенно принимаю цветок.
И тут к нам подскакивает Марк. Выхватывает розу и кидает на пол. Затем отталкивает Вадима от меня.