Помолвлены понарошку (СИ)
Немного пригладила гнездо на голове, вернула на место перекосившийся чокер, но в остальном ситуация осталась по-прежнему безнадежной. Все точно поймут, чем мы там занимались. От меня невинностью и не пахнет.
Рука Бена обогнула мою талию и начала плавно продвигать обратно к беседке.
— Ты только взгляни на меня, — испуганно пищала я, — у меня на лице написано: «Грехопадение в кладовой».
— Моя ж ты грешница, — улюлюкал Бен. — Передвигай ногами, нам еще предстоит поддаться чревоугодию.
Я захныкала и постаралась использовать свои пятки в качестве тормоза, пока он продолжал двигать меня к родным.
— Ты хорошо выглядишь, Лоис, не переживай.
— А ты выглядишь слишком довольным.
Режим «параноик» активирован.
— Сделай грустные глаза и улыбку вон с лица!
И что он сделал вместо этого? Растянул губы пуще прежнего и… шлепнул меня по попе!
Не сказать, что это было неприятно, скорее до стыдного возбуждающе, но это не помешало мне возмутиться:
— А если кто-то увидит? — шипела и щурилась на мужчину, пряча прицельное место ладонями. Просто он так смотрел на мою филейную часть, что чуйка подсказывала: одним шлепком не ограничится.
Когда ликерные глаза все же соизволили вернуться к моему лицу, Бен пожал плечами:
— Я где-то читал, что жених имеет право на взаимодействие с попой невесты, а мы ведь помолвлены.
— Понарошку! — топнула уезжающей ногой я, но вкупе с шепотом выглядело это, должно быть, не так грозно, как мне бы хотелось.
— Ну разумеется, — ответил Бен таким тоном, которым заботливые родители подыгрывают малышне, когда те рассказывают сказки с собой в главной роли. — Топай, Лоис Лиз.
Попыхтеть как полагается мне тоже не дали — через мгновение мы уже вновь усаживались за стол. Роуз хрустнула яблоком, и этот звук отозвался эхом в моей голове.
Яблоки. Мы забыли про яблоки.
— Вы, видимо, забрели не в ту кладовую, — прошептал Зак мне на ухо.
Я сглотнула, стараясь натянуть лик Девы Марии на свою виноватую физиономию. Меня пугала перспектива того, что я могу найти на лице Зака. Отвращение, порицание, насмешку? Однако, когда решилась-таки обернуться к мужчине, он уже беседовал с женой.
Не успела я надумать лишнего — и заползти под стол с глаз долой — как ко мне обратился ледяной голос мистера Бенкса:
— Лоис.
Вот кто потушит мои горящие щеки!
— Я на днях встречался с вашим отцом. Вы знали, что мы с ним довольно близко общаемся? Впрочем, недостаточно близко, раз он ни разу не упоминал о вас до последнего разговора.
Потух не только румянец на моих щеках, но и надежда, что остаток этого дня пройдет без драмы. Я заерзала на скамейке.
— Не утолите мое любопытство, почему он узнал о вашей помолвке с моим сыном только три дня назад?
«Эм, — мысленно протянула я, — потому что я ему не сказала?»
А еще потому, что последний час общения из тех, которые он выделяет для меня раз в пару месяцев, «папуля» потратил на разговоры о свадьбе первой дочери. Торжеству, столь важному, что я должна на нем присутствовать и целовать Трэйси руки, вместо того, чтобы подставить подножку, когда она будет идти к алтарю. Даже будь помолвка настоящей, какой смысл делиться счастьем с человеком, который явно в нем не заинтересован?
— Это семейные дела, отец, — вступился за меня Бен.
— Мы станем семьей в ближайшее время, — развел руками мистер Бенкс. — Могу я хоть один раз получить ответ на свой вопрос?
— Стив, дорогой, — Роуз погладила мужа по руке, — давай поговорим о чем-нибудь более приятном.
— Видишь ли, Роуз, я пытаюсь узнать девушку, которую привели в мой дом, но каждый раз в ответ получаю лишь увиливания.
Справедливое замечание. Увы.
— Я могу рассказать тебе, — тише сказала женщина.
Уж она-то может. Если у кого и есть на меня досье, так у этого внештатного работника ЦРУ. Увесистая папка с моими инициалами, в которой есть вся подноготная — включая ту астрологическую муть, которую Роуз сама придумала — хранится среди сотен других в ее светлой голове. И, конечно, содержимое этой папки уже не раз утоляло любопытство ее мужа. Уверена, большинство присутствующих, в том числе и мистер Бенкс, знали, как развалилась моя маленькая семья «мама, папа, я», но для прояснения ситуации было не лишним об этом напомнить.
— Мой отец, — начала я, и девять пар глаз тотчас обернулись ко мне, — был женат на маме два года. Она была на пятом месяце беременности, когда узнала, что у него есть любовница. Та женщина жила недалеко от нас. Мама много общалась с ней, они были в одном книжном клубе. И она тоже была беременна. Эм…
Я замялась, стараясь не встречаться ни с кем взглядом и собрать волю в кулак, чтобы продолжить. Тепло окутало мою руку, и я сжала ладонь Бена в ответ.
— Мама выпроводила его из дому и подала на развод в течении недели. Сейчас она говорит, что фисташковое мороженное лечит сердце лучше всего, — я улыбнулась, вспомнив, как она доставала баночку из морозилки при малейшем признаке печали, — но это был тяжелый период. Особенно учитывая, что отец переехал к любовнице и через месяц у них родилась дочь. Мама отправилась к родителям на время, но все же вернулась обратно. Она решила не бросать уютный дом, близких подруг, родные улочки — свою жизнь из-за мужчины. Бабушка с дедушкой поддержали ее в этом решении, хотели перебраться поближе, чтобы помогать, а по итогу мы жили в одном доме все мое детство.
Слезы ностальгии хотели подступить к глазам, но я втянула воздух, подняла подбородок повыше и продолжила:
— Моя мама очень сильная духом женщина. Она смогла пережить предательство и не разочароваться в мужчинах. Через время снова вышла замуж. На этот раз за достойного человека, который заботится и о ней, и обо мне. Она даже нашла в себе силы не ограждать меня от отца, когда он захотел общаться. Он был в моей жизни, — я качнула головой, — и сейчас есть. Раньше мы общались чаще, но так бывает, правда? Все меняется. Отец много делал для меня. По крайней мере, он старался поначалу. Особо тесными наши отношения быть и не могли, учитывая, как он поступил с мамой… Моя кровная семья не так дружна, как ваша, мистер Бенкс. Ваша, можно сказать, образец. Я… я бы хотела однажды построить такую же.
Рассказ подошел к концу, и за столом воцарилась тишина. Не знаю, ждали ли присутствующие продолжения или обдумывали сказанное, но я долго решалась поднять глаза.
— Спасибо, Лоис, — ровным тоном произнес мистер Бенкс, — за исчерпывающий ответ.
Бен обнял меня за плечи и ободряюще улыбнулся.
— Это и твоя семья, Лоис, — поспешила заверить меня Роуз. — Я считала тебя ее частью с тех пор, как ты стала чуть ли не сестрой-близняшкой Келли. Вас было не разделить. Впрочем, никто особо и не пытался.
— А помнишь, как мы познакомились? — просияла Келли.
— Я точно помню, как познакомилась с Беном.
— Раньше, чем с Келли? — удивился Лиам.
— Да. Я увидела ее в школе уже после нашей встречи с Беном и решила, что раз это сестра того мальчика, то она тоже хорошая.
Пытливые взгляды вновь устремились на меня.
Сегодня я — звезда шоу. Ну, хоть в центре внимания я, а не эротическое видео с моим участием.
59
— Мне было одиннадцать, кажется, — взял на себя бремя рассказчика Бен, — или уже двенадцать, но это точно было летом. Лоис каталась на качелях в парке около школы.
— И ко мне пристали ребята постарше, — подключилась я. — Дразнили за веснушки, подтрунивали над испачканным платьем.
— Я был помешан на комиксах о супергероях, а тут девушка в беде, — Бен покачал головой, словно сетуя на несправедливость жизни. — Если бы я не сделал что-то, не смог бы с гордостью носить красные трусы поверх штанов в своей комнате.
Все засмеялись, а Келли демонстративно схватилась за сердце, словно в него попали стрелой и разбили.
— Я-то думала, что ты пришла ко мне со словами: «Ты кажешься доброй», потому что я очаровашка, — блондинка деланно надула губки.