Сказка старого эльфийского замка (СИ)
Но, поскольку она была невестой принца, ей этого избежать не позволили. Впрочем, пока они наезжали изредка, и, посидев с ними за трапезным столом и потрепав ей нервы по малому, как правило, возвращались в столицу. Однако это была лишь разминка, и Лисса предчувствовала, что дальше будет только хуже. И верно, вскоре ей стало известно, что в традициях Семьи имеется такой обычай — проводить зимние предпраздничные дни в круг близких здесь, в Лиллаке. Так что тем дальше текло время, тем больше она напрягалась в ожидании, когда в замок нагрянет эта толпа.
Пока-то, кроме высокомерных взглядов и пары-тройки вроде случайно оброненных пренебрежительных фраз, брошенных в сторону Лиссы, они себе ничего не позволяли. Но не стоит и надеяться, что лишь от того, что им придется прожить пару десятниц бок обок в одном доме, их отношение к ней изменится. Потому, что просто — не с чего.
Рой объяснял ей, конечно, отчего сложилось подобное положение дел. Оказывается в отношениях Первого семейства все не так уж и просто. Те, кто был детьми в ней и когда-то имел титул Наследника, потом, с годами, от нее удалялись и становились всего лишь герцогами. Да, с приставкой Эльмер к удельному имени, но все же принцами они уже не были. Возможно, личные добрые отношение и имели влияние на близость к Первому дому, но вот кровь, разбавляясь, их все равно уводила в поколениях от него. Так что каждый такой бывший принц в большей или меньшей степени стремился подольше задержаться на том близком месте у трона, к которому привык сам и желал для потомков.
А потому, из близких к ним родам эти господа выбирали девушек и пытались их пристроить в жены к молодому Наследнику. А так как сам Рой, по его словам, ни разу до встречи с Лиссой не то, что не влюблялся, но даже определенной симпатии к кому-то из знатных девиц не испытывал, то это сватовство уже продолжалось довольно долго. Некоторые из «невест» за прошедшие годы уже повзрослели и были выданы замуж за других мужчин. А в семьях им находили замену из вновь подросших кузин и племянниц, которых опять везли ко двору в надежде, что вот на эту Наследник точно обратит внимание.
Сам Рой над всем этим бесконечным сватовством смеялся, с чисто мужским пренебрежением и даже равнодушием относясь к делу. Он как-то легко так считал, что теперь, когда он сделал выбор, вся эта навязчивая суета наконец-то закончится.
Но вот Лиссе было совсем не смешно. Потому что в отличие от Роя она прекрасно разглядела, что в этом деле правят бал не мужчины, а их женщины.
Герцогиня Аньетта Монтэсэлтийская — мягкое звучание имени, нежный облик и глаза раненой лани. Но девушка прекрасно видела, что эта молодая дама довольно хитра и упряма… хотя, что уж там с умом, Лисса так пока и не распознала. Пока. Но вот, что та прекрасно управляет собственным мужем, зачастую лишь кидая намек, для нее стало совершенно ясным. Сам-то двоюродный дед, мужчина хоть и в годах, но довольно интересный, и успевший, со слов Роя, отменно покуролесить в былые годы, не разглядеть в невесте внука красивую женщину просто не мог. А потому от него Лисса большой грубости и не видела. Но вот от этой мягкой куклы с трогательными и боязливыми замашками, девушка ничего хорошего не ожидала. Ведь стоило ей что-то тихонько шепнуть мужу, как тот, оборвав свою речь на полуслове, спохватывался: «— Ах, да…» и продолжал уже совсем о другом. Например, о том, какая у его дорогой Аньетты прекрасная сестра имеется… что-то там, про фигурные свечи и пушистых котов, ну и далее по намеченному женой списку.
А между тем, Лисса в обществе этой дамы ощущала себя не очень уверенно. Сама выше нее и стройнее значительно, при этом той отточенной грации, что имели девицы, учившие правильные танцы с детских зим, она, похоже, не имела. И ощущала себя чуть не костистой оглоблей рядом с танцовщицей… пусть располневшей уже, но все же очень грациозной. И это уже не говоря о фигурных свечах и пушистых котах! Конечно, про отливку свечей, как любая хоть сколько-нибудь воспитанная девушка, Лисса знала предостаточно. Но вот чтоб фигурные… им с диной Кленой было как-то не до изысков — им бы обычных отлить столько, чтоб хватило до следующего лета. Ну, а коты… и такой у них был, правда, один единственный, без имени, с бандитского вида мордой и вечно норовящий что-то из кухни стащить. А разводить таких… зачем это надо? Как весна придет на порог, так сам в деревню отправится к таким же, как и он, обычным кошечкам!
Второй из дам, которых она все больше опасалась, была Мариэлла Вэйнтериджская. Жена дяди и тоже герцогиня. Эта была постарше первой и выглядела вполне уверенной в себе женщиной. Собственно и вела себя так же — говорила все, что думает, а то, что относилось к Лиссе, не смягчая своего мнения даже ради приличий. Например, фраза, брошенная мужу якобы на ушко сразу по приезду и, конечно же, услышанная всеми: «— Твой племянник, милый, явно слишком долго выбирал себе невесту — и глаз уже не тот, да и вкус совсем испортился!», вылетела из ее уст не самой язвительной, и уж конечно, совсем не последней. И только после того, как король ей что-то шепнул, целуя ручку, она вынужденно поутихла. Но эту бойкую во всех отношениях даму, они, к сожалению, тоже ожидали теперь в гости и чего ожидать от нее, когда они станут сталкиваться постоянно?
Единственная, кто могла осадить Мариэллу, это была вдовствующая королева. Но Лиссе от этого было нисколько не легче, потому как, если с невесткой та просто была слегка пренебрежительна, то с ней эта дама и вовсе себя не сдерживала. Каждая фраза, брошенная в сторону Лиссы, каждый жест и даже взгляд этой ее, дышали неприкрытым раздраженьем, четко выверенным превосходством и уже не легким, а прямо-таки чудовищным пренебреженьем.
Да, и конечно, каждая из них имела свою претендентку на роль невесты принца. Мариэлла желала Рою всучить одну из своих племянниц. А королева — воспитанницу. Причем эта девушка была с ней в очень далеком кровном родстве. Так что Лисса подозревала, что эта ужасная во всех отношениях дама, просто шла на принцип… ну, и еще возможно, выступала в пику невестке.
Единственной из женщин семьи, кто не стал давить на Роя, это была их с королем сестра — Кайрина Морельская. Нет, не сказать, чтоб Лисса с ней подружилась близко, но, по крайней мере, та, так открыто враждебно против нее себя не вела. В первый раз, как помнилось, недоуменно бровкой подергала, высказала свое удивление, но потом как-то сразу смерилась и впоследствии относилась к будущей невестке вполне доброжелательно. Даже с гардеробом помогла, посоветовав хорошую портниху и поучаствовав несколько раз в выборе тканей и фасонов.
Хотя иногда Лиссе казалось, что ту больше интересует Корр. Нет, не как мужчина, она с ним не заигрывала, и глазки не строили, как когда-то мачеха, просто стоило ему рядом с ними появиться, и Кайя переводила все внимание на него, почти забывая о невесте брата. Но, уже немного поняв ее нрав, капризный и собственнический, Лисса посчитала, что та пала жертвой его… как это сказать, вида… породы? В общем, повелась на то, что он один из редких оборотней-воронов. Впрочем, такой интерес к опекуну Лисса наблюдала уже не раз, а потому эту проблему в голове не держала. Возможно же, что после ее свадьбы с принцем Корр захочет пойти на службу к сестре короля? В общем-то — да, хотя сейчас он, как и раньше, отдавал все свое время заботам и делам своей воспитанницы.
В общем, Кайрину Лисса посчитала единственной милой в семье дамой. И даже в последний приезд той, когда они гуляли по заснеженному саду, девушка с будущей сестрицей отважилась поговорить на довольно фривольную тему. Нет, не сама Лисса этот разговор завела, а, конечно же, Кайя — она и старше ее была, и опытней, и раскованней. И когда, краснея, Лисса призналась, что — да, поцелуи у них с Роем случаются, та принялась хохотать и рассказывать, что они-то с Мэридом удержаться на одних поцелуях не смогли. А потом недоумевала, как это братец так долго держится?! Вроде давно вырос уже… как она считала…
Да вот… эта мысль посещала уже и Лиссу не раз. Все же она воспитывалась более вольно, чем другие знатные девицы, и об этой стороне жизни знала чуть больше, чем они.