Краденая магия. Часть 1 (СИ)

А если этот сердцевед Алибабаич во мне и правда что-то важное углядит? Какой-нибудь астральный отпечаток моего мира — с координатами?
Вряд ли, конечно — но вдруг?
Эх, была не была!
— Согласен! — заявил я.
Словно только этого и ждал, паук Вася стремительно пересек стол и прыгнул мне на грудь.
[1] Неизвестная земля (лат.). В широком смысле: нечто неизведанное, неизвестное
[2] Кто ищет, находит (лат.)
[3] Все люди должны служить (высокий валирийскиий) — часть девиза тайного общества Безликих из эпопеи Дж. Р.Р.Мартина «Песнь Льда и Пламени»
  
Глава 12
 
в которой я падаю с кровати
Над Москвой вовсю бушевала верно предсказанная князем еще пару часов назад гроза. В клочья рвали черное ночное небо яркие молнии, выстреливая то поодиночке, то одна за другой почти без пауз — так что картинка за окном начинала моргать, словно дискотечный зал в такт ритмичной музыке: светло — темно — светло — темно… Артиллерийской канонадой наваливался гром. В дребезжащее стекло не стучал и даже не колотил — лупил, как из пожарного брандспойта, ливень — кажется, вперемешку с градом.
С безотчетным восторгом — и некоторой опаской — я взирал на этот разгул стихии, стоя у приотдернутой шторы в спальне. Сорочка моя была наполовину расстегнута — я уже собирался снимать ее перед сном, но вот отвлекся, завороженный разразившейся бурей. Впрочем, глаза себе смотрели, а мысли жили собственной жизнью. И занимал их сейчас не только вопрос, имеется ли на крыше приютившего меня особняка громоотвод, и если он там есть, то какой, обычный или магический. Эта тема, конечно, тоже всплывала — с каждой новой вспышкой и каждым новым раскатом — но параллельно, как бы фоном, в моей голове крутились калейдоскопом события прошедшего вечера.
Час назад, коротко переговорив с кем-то через устройство, которое я смело назвал бы смартфоном, не выгляди оно как серебряный портсигар, Сергей Казимирович переоделся из штатского костюма в свой щегольской мундир и, несколько натужно пожелав нам хорошего вечера, в спешке уехал. Гроза тогда еще только разминалась: едва упали первые капли дождя — крупные, но пока редкие, гром долетал лишь глухими отголосками, а молний и вовсе видно не было — только зарницы в небе сверкали.
А до того состоялся ужин, к которому Морозова вышла в закрытом длинном платье, сразу же добавившем ей минимум пару лет (вчера, во время моей первой вечерней трапезы в доме князя, произошло ровно то же самое, после чего я, собственно, и заподозрил, что моя новая знакомая несколько старше, чем кажется на первый взгляд. Потом, как уже рассказывал, аккуратно спросил — догадка подтвердилась). За столом Огинский был весел, шутил, взахлеб рассказывал какую-то байку о польском восстании, в котором его то ли отец, то ли дед сражался на стороне мятежников. Должно быть, история была донельзя смешной — Надя то и дело, отложив вилку с ножом, заливалась заразительным смехом. Я, признаться, так и не понял, в чем там заключался юмор, но из вежливости тоже улыбался.
Еда, к слову, была отменной. Начали с горы румяных пирожков — с грибами, с капустой и с чем-то еще, мною не опознанным, но очень вкусным. По-хорошему, уже одними ими вполне можно было насытиться, но, уже зная, что это только закуска, я особо не усердствовал — и не прогадал. Потому как затем прилетел (в буквальном смысле слова прилетел — магия же!) суп из раков, а на смену ему — нежная жареная телятина. И все это великолепие шло под легкое, душистое красное вино. Так-то я к алкоголю особой склонности не питаю — ну, могу с друзьями пива бутылочку выпить, но без фанатизма. Вино так вообще не люблю. Раньше не любил. Как видно, это я просто хороших сортов до сих пор не пробовал — тут мне прям вот зашло. Однако, зная, как оно бывает с непривычки (имелся печальный опыт ночевки в обнимку с унитазом — что уж тут скрывать, дело прошлое), злоупотреблять я не стал, ограничившись парой бокалов за весь ужин, и захмелевшим себя совсем не чувствовал. Последнее, конечно, ни фига не показатель — но тем не менее.
 
Надя, насколько я заметил, на вино тоже не особо налегала — ну, может, бокал осилила, так что большая часть стоявшей на столе литровой бутыли досталась Огинскому, чем тот и не преминул воспользоваться.
Но, прежде, еще до ужина, в мое сердце заглянул паук.
На самом деле, конечно, не настоящий паук — дух-фамильяр. Когда Вася прыгнул на меня со стола в кабинете полковника, я уже приготовился ощутить всю мерзость прикосновения его ломаных мохнатых лапок и внутренне весь сжался — но не почувствовал вообще ничего. Фамильяр оказался невесом. И бесплотен — когда я, кривясь, осмелился до него дотронуться, мой палец, не встретив преграды, прошел через золотое тельце насквозь.
«Не надо так делать!» — отчетливо прозвучавший в тот же миг прямо в голове сердитый голос заставил меня вздрогнуть.
— Как — так? — растерянно спросил я.
«Перстами тыкать. Отвлекает!»
— Простите, — пробормотал я под насмешливую улыбку Сергея Казимировича. 
— Можете не отвечать ему вслух, сударь — достаточно подумать, — заметил полковник.
— Он что, читает мои мысли? — нахмурился я.
— Разумеется, — кивнул князь.
«Сие побочный эффект — достаточно неприятный, кстати», — в свою очередь беззвучно буркнул фамильяр.
— Но… Блин! Мало ли, о чем я подумаю! 
«Вот именно!»
— Учитесь контролировать свои помыслы, сударь, — хмыкнул Сергей Казимирович. — Поверьте: пригодится!
«И для начала потрудитесь перестать именовать меня “этой дрянью”. Сие бестактно и несправедливо!»
— Хорошо, я постараюсь, — обескураженно пробормотал я — все еще вслух.
«“Зараза” — тоже не лучший вариант!»
— Это я не о вас… Это я вообще…
«Мне лучше знать!»
Ну и так далее, в том же духе. В смысле, с тем же духом. 
В какой-то момент это «обращенное внутрь себя» общение с фамильяром мне даже стало казаться забавным, но, так или иначе, длилось оно недолго — не прошло и трех минут, как, закончив свои дела, Вася с меня спрыгнул — вернулся на стол, и по нему — на плечо к хозяину.
— Ну, нашли что-нибудь? — осторожно осведомился я.
«Паук» не ответил.
— Пока ничего существенного, — пришел ему на помощь Огинский. — Но нужно все тщательно проанализировать — тогда, возможно, у нас с Васей появятся дополнительный вопросы.
— Что ж, всегда к вашим услугам, господин полковник, — склонил голову я. — И к вашим тоже, — добавил с улыбкой, переведя взгляд на фамильяра.
— Буду иметь это в виду, сударь, — кивнул мне князь.
«Паук» снова промолчал. И кто-то тут еще рассуждал о бестактности!..
* * *
От воспоминаний меня оторвал робкий, но настойчивый стук в дверь спальни. Да, все верно — одновременно и робкий, и настойчивый. Не знаю, как такое возможно, но два этих слова пришли мне на ум разом. Прям магия какая-то!
— Да? — отвернулся я от окна. — Войдите!
— Володя, ты не спишь? 
Дверь приоткрылась, и внутрь проскользнула Надя. Давешнее вечернее платье она успела сменить на напоминающий пижаму светло-зеленый брючный костюмчик — легкий, где нужно — свободный, где нужно — обтягивающий и подчеркивающий изгибы фигуры. И почему-то мне сразу подумалось, что под ним у девушки ничего не надето. Не знаю, с чего я это взял. Снова магия, наверное.
Удобная вообще это штука — магия! В любой непонятной ситуации вали все на нее — не прогадаешь!
— Не сплю… — мотнув головой, чтобы отогнать прочь пикантные мыслишки (телепата Васи тут, конечно, не было, но мало ли что?), я торопливо принялся застегивать сорочку.
 
— Прости, если помешала, — проговорила Морозова. — Можно я войду?
— Уже вошла, — усмехнулся я.
— Да, точно, — смущенно улыбнулась девушка. — Я хотела спросить: можно я тут, у тебя, немного посижу? — пряча глаза, добавила она.
— Хм… Можно, конечно, — не без удивления ответил я.