Ловец теней (СИ)

— Это совсем другое, — убежденно возразила Элоиза. — Учитель жил на самом деле, тому есть множество свидетельств. Да и ему никто не приписывает власть над природой или, например, ремеслами. Учитель — это пастух для заблудших душ. Не больше, но и не меньше.
«Ему хотя бы не приписывают сотворение мира», — мысленно согласился Тьяго.
Любопытно, что церковь никак не стремилась дать ответ, откуда все взялось. Ее история начиналась с того, что боги уже были, и Бездна тоже была, а Учитель лишь поменял ход событий.
Они гуляли до самого вечера и вместе наблюдали, как солнце спряталось за вершинами горы, и на остров спустились сумерки.
— Мне надо возвращаться, — виновато проговорила Элоиза. — Вечерняя молитва вот-вот начнется. А после нее трапеза. Я, признаться, проголодалась.
Девушка заспешила в сторону деревушки, и Тьяго ничего не оставалось, как последовать за ней. Он пока не придумал, что делать. Сестра только-только к нему оттаяла, и он боялся, что если начнет давить, она снова отстранится.
Хотя Элоиза этого так и не сказала, Тьяго понял, что новоприбывших на остров девушек ломали через голод. Они боялись ослушаться, чтобы не остаться без той самой трапезы. Поэтому сестра так похудела.
От злости он сжал кулаки.
В церкви Элоиза пошла садиться рядом с остальными, а Тьяго поймал недалеко от входа Анжелику.
— Мне нужно с вами поговорить, — заявил он.
— После службы, — качнула головой маркиза.
— Нет уж, сейчас, — он схватил ее за локоть.
— Как угодно, — она пожала плечами.
Они зашли в теперь пустую классную комнату.
— Твоя сестра отказалась возвращаться, — первой начала Анжелика. — И поэтому ты так зол.
— Вы морите их голодом, — процедил Тьяго сквозь зубы.
— Это Элоиза сказала? Или ты сам додумал?
Растеряв остатки терпения, Тьяго вытащил из-за пояса пистолет:
— Я забираю Элу, и вы открываете нам портал, — он направил дуло на Анжелику.
Женщина лишь улыбнулась.
— Молодой и горячий. Ты не выстрелишь, Сантьяго. Потому что тогда сам останешься здесь.
Тьяго направил пистолет чуть ниже.
— А как насчёт хромоты?
Маркиза развела руки в стороны.
— Ну стреляй, коли невтерпеж. Только от меня силой ты ничего не добьёшься.
Тьяго взвёл курок, но на лице Анжелики не дрогнул ни один мускул. Так они и стояли, словно два дуэлянта. Только она была вооружена лишь насмешливым взглядом.
— Проклятье, — выругался Тьяго и, убрав пистолет, сел на край парты.
— Почему бы тебе не помолиться? — Анжелика шагнула к нему. — После ужина я могу отвести тебя к месту силы. Возможно, Учитель ответит на твой зов.
Тьяго запустил пальцы в густую копну своих волос.
— Я уже говорила, что только Учитель может решить судьбу твоей сестры, — продолжала Анжелика. — Да и твою тоже.
Тьяго вскинул голову. Не уж, свою судьбу он решит сам. У него был в запасе и второй вариант. Только для него нужно было выиграть время.
— Я согласен, — ответил Тьяго. — Но сначала хочу убедиться, что новенькую девочку не морят голодом.
— Ты сам можешь принести ей ужин, — Анжелика подошла так близко, что он снова почувствовал запах сирени. — Когда ж ты поймешь, что мы на одной стороне?
— Когда вы отпустите мою сестру и всех, кто захочет уйти с ней, — упрямо проговорил Тьяго.
— Эх, — маркиза вздохнула. — Видимо, такая уж моя доля. Вечно доказывать что-то мужчинам…
Она проплыла мимо Тьяго, шелестя юбкой. Парень спрыгнул с парты на пол и пошел за ней.
«В конце концов, — рассуждал он про себя. — Встреча с этим так называемым Учителем поможет понять, что ему нужно».
И от Элоизы. И от него.
Глава двадцать вторая — Место силы
На ночь Анжелика отвела Тьяго в руины храма Брамны. Здесь, как и в храме Талана, тоже сохранилось несколько подземных комнат. В одной из них даже валялся соломенный тюфяк напротив кострища.
— Последней здесь спала Тереза де Алуа, — пояснила маркиза. — Тогда мы и узнали, что она не годится в невесты.
— Вы всегда выбираете место силы, чтобы услышать Учителя? — поинтересовался Тьяго.
 
Анжелика качнула головой.
— Для меня или Адана в этом уже нет необходимости. Но первый раз — да, мы все через это прошли. Когда ты принимаешь Учителя в своем сердце, то сможешь слышать его голос в любом месте и в любое время. Он везде.
Тьяго не стал на это возражать.
— Надеюсь, и ты его примешь, — добавила Анжелика и, оставив ему фонарь со свечой и шерстяное одеяло, отправилась назад к деревушке.
Оставшись один, первым делом Тьяго развел костер. И усевшись на тюфяк, засмотрелся на разгорающееся пламя.
Он думал о Герде, как по ней соскучился, и о Драйдене, коротавшем ночи в холодной камере. Если получится вызволить хотя бы одну Элоизу, она сможет выступить на суде и рассказать про остров и остальных девушек. Но хорошо бы и другие девушки были там.
Тьяго вдруг охватило жуткое чувство, что никто никого отсюда не выпустит. И его в том числе. А он наивный дурак, согласившийся прийти сюда, как козленок на веревочке.
— Бессилие — вечный попутчик слабых, — услышал он голос как будто у себя в голове.
Тьяго дернулся и осмотрелся. Его собственная тень от костра зашевелилась и скользнула к противоположной стене, нарушая все законы природы.
— Кто ты? — спросил Тьяго.
— Я давно тебя жду, — ответил голос у него в голове. — Скажи, Тьяго, чего ты больше всего хочешь в жизни?
— Забрать мою сестру домой.
— Неужели?
Тень стекла на пол и начала подниматься, принимая очертания чего-то косматого. Она все росла, и вскоре на Тьяго смотрел зеленоглазый ульфур. Он подошел ближе и сел прямо напротив его тюфяка.
— Правда в том, Тьяго, — произнес зверь, открыв клыкастую пасть, — что ты устал быть слабым. Сначала ты не мог остановить женитьбу матери на Карлосе, против которого ты много лет оставался бессилен. Затем не смог предотвратить смерть Эрика и заключение под стражу Генри. Ты постоянно во власти кого-то более сильного и волевого. Кальдера, Адан, Анжелика, граф де Рианье и даже твоя подружка Герда. Тогда на мосту ты не смог защитить ни ее, ни себя. А позавчера на приеме у де Алуа тебя публично унизили…
— Хватит, — остановил его Тьяго. — Лучше скажи, что нужно, чтобы ты отпустил мою сестру?
— Что нужно? — ульфур как будто улыбнулся. — Нужно быть честным с собой. Ты слаб, Тьяго. Но это не преступление. Гораздо хуже позволять себе оставаться таким.
— Переходи уже к делу, — начал терять терпение Тьяго. — Чего ты хочешь?
— Я хочу сделать тебя сильным. Так, чтобы все эти благородные сеньоры преклонялись пред тобой, а женщины мечтали, чтобы ты их коснулся.
На лбу Тьяго собрались складки.
— Не веришь? — продолжал ульфур. — А зря. Я хочу, чтобы ты был счастлив и получил то, чего на самом деле заслуживаешь, и даже больше.
— Если ты так хочешь меня облагодетельствовать, — Тьяго усмехнулся. — Почему не начать с малого? Верни мне сестру.
— А кто ее держит? — зверь сверкнул глазами. — Ты провел с ней почти целый день. Что тебе помешало забрать ее самому?
Тьяго шумно выдохнул.
— Ты назовешь свои условия или нет? — не скрывая раздражения, спросил он.
— Ты не забрал ее, потому что бессилен, — продолжил ульфур. — Я же предлагаю тебе изменить это раз и навсегда.
Между ними на мгновение повисла пауза.
— Каким образом? — поинтересовался Тьяго.
— Я подарю тебе магические способности, — ответил зверь. — Тебе нужно лишь согласиться и принять меня в своем сердце.
— Я не верю, что ты Учитель.
— Я покажу тебе кое-что, — ульфур бросился на него.
Тьяго не успел выхватить кинжал, как его накрыло черное облако, и все вокруг исчезло.
Он оказался посреди бескрайнего луга, не по сезону зеленого. Вместо рук у него были лапы, и сам он стал волком. Вдалеке послышался лай собак и крики охотников. Раздался выстрел, и Тьяго побежал.