Наследник криминального Малыша (СИ)

— О президентском эскорте.
— А, ты об этом хвосте. Предоставь их мне, я что нибудь придумаю.
— А тот, что сегодня у дверей такой красавчик! Маринка томно вздыхает и играючи закусывает нижнюю губу.
— Может пригласим с нами позавтракать?
Дружно рассмеялись.
— А что, познакомимся поближе, а заодно и узнаем планы барбаросса. — уточняет для меня свои намерения.
Глава 23
Я солгал… на " никогда" меня не хватило. Уже к утру мне рвало крышу.
Я сходил с ума! Не находил покоя ни на дне бутылки, ни в разбитых в кровь кулаках. Только друзьям работы добавил.
Вытрахать бы ее из моей головы, а у меня сука элементарно даже член не стоит, словно паралич ниже пояса стукнул. Я вообще не мог смотреть на шлюх, блювал от их обнаженных тел.
Я хотел видеть ее, я хотел смотреть ей в глаза. Я не просто соскучился, я осатанел от тоски по ней. Мне бы хоть голос ее услышать или вдохнуть глоток ее неповторимой пряности.
Меня трясло как наркомана при страшной болезненной ломке. И я даже думал ширнуться, чтобы получить это минутное купирование. Но не мог себе позволить превратиться в этот мусор, не после всего что мне пришлось пережить.
И я завидовал этим конченным отбросам, у них был шанс на ремиссию от боли, а у меня нет.
Мне казалось меня пнули под ребра и я не могу отдышаться.
Внутри меня горечь настолько едкая, что мне хотелось вспороть себя от живота до горла и вымыть там с мылом.
Часами просто сверлил глазами пол как помешанный идиот, чувствовал как от отчаяния дергается сердце, я был близок к срыву.
У меня покалывал затылок и кончики пальцев, я впал в какое-то оцепенение. Одна часть меня, до безумия желала увидеть ее немедленно, а другая… выедала мой мозг. Слабак, тряпка. Она же та шлюха, что вонзила в твою спину нож.
Я хватался за голову, я сходил с ума. Я уже не мог сдерживать свое состояние, меня трясло, казалось я сейчас сдохну сука, будто одной ногой уже в могиле стою.
Сжимаю челюсти пытаясь успокоиться.
Почему я считал что способен на это лоховское благородство. Я никогда не отличался особым тактом. Так на хуя все это?
Я чувствовал как кровь закипает в венах, я не мог есть, не мог спать, я даже лечь на свою собственную кравать не мог ведь это место, где я заставлял кричать ее подо мной двадцать четыре часа в сутки.
Я зло хохотнул! И это было бы весело, если бы меня не распирало от злости на себя за эту свою слабость. Да мне уже похуй что ее трахал кто-то еще и что ждет ребенка от другого. Она Моя!
А мое будет принадлежать мне.
Как же я хотел ощутить нежность ее кожи под своими пальцами, жадно пожирая ее реакцию.
Меня вело от адского голода по ее телу.
Запаху.
От обычного мужского голода, когда долгое время без секса.
Я устал хватать гребаный воздух и рычать от бессилия. Хотелось головой о стены биться. Казалось что на куски разваливаюсь, что с каждым днём еще одна часть меня отдает концы.
И мне бы дураку приковать её цепями и поверить во все сказки что расскажет, и не отпускать ни на секунду, а я отпустил. И сейчас платил за это по счетам. Цена оказалась слишком высокой, а ответный удар настолько сильным, что казалось что меня ломает, колени выворачиваются и сейчас я рухну на пол как беспомощный инвалид, и буду харкать собственной кровью пока не задохнусь от этого долбаного отчаяния.
Подрываюсь с места, сажусь за руль и мчу.
Точно зная где она сейчас. Всматриваясь в окна ищу глазами…
Увидел и взорвало, и понял что подыхаю от жажды.
От красоты ее. От волос струящихся по спине, от груди охрененной спрятаной под хлопком маечки, от ног стройных из под юбки. Притянуть бы к себе, жадно вдыхая запах. Положить ее руку на вздыбленный член и спустить ей в ладонь, рыча, и закатывая глаза. А потом трахать до потери пульса и чтобы ее грудь тряслась в такт бешеным толчкам, и чтоб запракидывая голову кричала мое имя.
Сжал переносицу двумя пальцами стараясь прийти в себя. Понимая что надолго меня не хватит и ненадышишься, и без хирургического вмешательства ни один доктор мне мозги не вправит.
 
— Сука! — разрывая тишину салона, собственным воем, вбивая кулаки в пластик панели.
— Забудь ее уже! — шепчу как больной на голову параноик.
Вдавил пидаль газа и домой. Перешагивая через две ступени, поднимаюсь в кабинет. Даже не скинув куртки, хватая на ходу лишь бутылку виски из бара.
Включил комп. Вытащил зубами пробку и потянул с горла.
Пробрало мгновенно. Пустой желудок нам в помощь.
Упал в кресло, чувствуя, как дорогой алкоголь поджигая кровь, бежит по венам.
Да сладкая, я подонок и я слежу за тобой.
Как раз сегодня утром в зале где она преподает, вмонтировали камеры. Установив для меня прослушку и онлайн трансляцию.
Деньги творят чудеса и дарят своим владельцам нереальные возможности. Жаль что любовь и верность на них купить нельзя.
Отпивая из бутылки поддался вперед. Вбирая в себя ее образ. Ее горящие энтузиазмом глаза, дерзко вздернутый подбородок, когда она обьясняет своим ученикам полемику очередного движения, а те открыв рты ловят каждое её слово, каждый жест, каждое скольжение.
Вот и я не стал исключением.
Блядь, да я до трясучки хотел секса с ней. Все тело прострелило дичайшим возбуждением.
Опракинул бутылку и большими глотками прикончил ее.
Очнулся, когда за последним учеником хлопнула дверь, а малышка сбросив с ног туфли прошлась босиком по ковру, растегивая змейку на юбке.
Судорожно сглотнул. Как же я ему завидовал сейчас.
Вздрогнул, от непреодолимого желания сжать в ладонях ее маленькие ступни и облизать эти крохотные пальчики, глядя в ее заливающееся краской лицо, темнеющие глаза и слушая, ее прерывистое, ставшее свинцово тяжелым дыхание.
Стянула юбку и я увидел ее в одних трусиках. Маленькая ты красивая до безумия, ты ходячий секс.
Я зарычал, когда она нагнулась поднять злосчастную вещь с пола.
Потянулся чтобы захлопнуть ноут и не смог. Меня трясло от жадного желания смотреть.
Конченый мазахист.
Я дурел от похоти.
Мгновенная болезненная эрекция заставила заскрежетать зубами. Я вцепился в столешницу жадно всматриваясь в экран, пожирая голодным взглядом ее образ.
Облизал пересохшие губы.
С рыком потянул змейку на ширинке и сдавленно застонал, когда обхватил ладонью возбужденный до предела член.
Во рту выделилась слюна, когда она снова нагнулась, демонстрируя мне свою аппетитную попку.
Я выругался матом и сжал плоть у основания.
Тяжело дыша смотрел на то, как она что- то ищет в сумке. Блядь, да я бы сейчас сука трижды сдох, за возможность рухнуть на колени, стиснуть в ладонях ее ягодицы и закинув ее ногу себе на плечо, дико вылизовать ее розовые складочки, раздвигая их пальцами, и втягивая в рот клитор. Вбиваясь языком в сокращающиюся мякоть, собирая губами предвестники ее бешеного оргазма и тогда вдолбится в нее членом, заставляя рассыпаться на микрочастицы от первого моего толчка.
Заставляя взвыть…, царапая мою спину.
Меня простреливает разрядом в тысячу вольт. Невольно двигаю лодонью вверх вниз не в силах сдерживаться.
Впившись взглядом в картинку на мониторе, двигаю рукою все быстрее, и быстрее… по точно каменному стволу. Я громко застонал вспомнив как она сдавливала меня внутри, своим тугим лоном.
Откинулся назад, сильнее сжимая член и мысленно кусаю ее топорчащие маечку соски, и вот уже с гомким криком, заливая спермой столешницу содрагаюсь от адского наслождения, пачкая вязкой жидкостью свой живот.
Кончая впервые за эти десять дней.
Я конченый, повернутый на ней озобот.
— Твою мать, как голодный прыщавый пацан.
Стал ржать как безумец, лишенный в конец, последней капли рассудка.
Вытерая себя своей же рубашкой, кипя как самовар от злости и выкидывая пришедшую в негодность вещь в мусорку, как вещдок моей слабости.
— Охуеть!