Затерянный город (СИ)

— Дэн, взгляни.
Я нехотя встал. Одежда и экипировка автоматически активировалась в слотах.
— Что там?
Вид из бойницы поведал о многом. Под сводом пещеры конденсируются редкие эктоплазменные облака, но за их дымкой больше не видно технологических сот и других элементов машинерии. Свет теперь излучают вкрапления кристаллов, похожих на хрусталит.
Стены наших укреплений стали толще. За их периметром среди ветвящихся оврагов видны островки апельсиновых рощиц. Деревья, выросшие за ночь, выглядят вполне настоящими. Некоторые даже успели отцвести и завязать плоды.
Собственно, один из немногих созревших апельсинов и стал причиной шума.
Присмотревшись, я невольно улыбнулся. Похоже, Проныра подрался со сфинксами. Бельчонок привстал на задние лапки. Добычу цепко держит зубами, ухватив плод за черенок, шипит, а передними лапами осаживает наиболее наглых мобов. На самом деле сфинксы чуть крупнее Проныры. Благодаря строению тела они похожи на кошек, но из-за человеческих черт лица их облик отдает откровенным сюром.
Проныра, несмотря на численное превосходство соперников, сдаваться не собирается. Парочка сфинксов уже обиженно скулит в сторонке с расцарапанными мордами.
Бельчонок занял неплохую оборонительную позицию. Тонкая ветка не позволяет мобам навалиться всем скопом и отнять апельсин. В конце концов поняв тщетность попыток, сфинксы решили попытать удачу где-нибудь в другом месте. Стая, вздорно крича, спустилась с дерева и скрылась в овраге, а Проныра, немного выждав, припустил назад, к золотистой границе ауры, отмечающей условно безопасную зону.
* * *
Первым долгом мы пошли к Джебу.
— Смотри, а лестница стала шире! — Ветта остановилась в удивлении.
Действительно перемены наступили разительные. Вместо узкого каменного мешка, где мы с Яром держали оборону, отбиваясь от конструктов, нашему взгляду предстала широкая, выполненная из мрамора лестница, сбегающая вниз пологими витками. Свод стал выше, в нем появились надстройки с окошками, дающими верхний свет.
Открылась дверь, послышались легкие шаги, сопровождаемые тяжелой поступью.
— О, привет! — Ярослав экипирован по полной боевой. Эври на его фоне кажется совсем юной и хрупкой.
Облик дриады этим утром вообще заслуживает отдельного упоминания. По губам Эвридики блуждает мечтательная улыбка. Лицо как будто светится, а в глазах — смятение, растерянность. Она то и дело украдкой посматривает на Ярослава, и тут же смущенно отводит взгляд.
Ветта лукаво улыбнулась ей, меня же пробрала невольная дрожь. В этот миг я впервые задумался: какого же уровня сложности должна быть нейронная архитектура, составляющая основу младшей Дриады, если она получила доступ к чисто человеческой сенсорике и полному реализму?
Чувства, вспыхнувшие между ней и Ярославом, настолько сильны и очевидны, что со стороны Эвридики их способна генерировать только нейронная сеть, копирующая человеческий мозг. Девушка выглядит ошеломленной и счастливой, но ей это внове.
Может Лурье прав и во всем виновата локация?
Вновь припомнились странности поведения местных НПС. Они демонстрировали высочайший уровень автономии, способность испытывать широкую гамму чувств. Фактически, если не заострять внимание на фреймах, я вряд ли смог бы отличить их поведение от поведения игроков.
Какого же рода нейротехнологии проходили испытания в «Затерянном городе»? По какой причине эту область киберпространства законсервировали? И сколько еще неожиданностей преподнесет нам дальнейшее развитие событий?
Ветта обняла Эвридику, и они о чем-то перешептываясь отошли в сторонку.
Ярослав зевнул. Он явно не выспался.
— Как Джеб? — спросил он.
— Вот идем проведать. По статусу ничего не изменилось.
Я не стал спрашивать, спал ли он вообще. Не мое дело. Но в глубине души я рад за них с Эвридикой.
— Наши планы, Дэн?
— Сейчас сориентируемся, — я переключился на чат группы. — Саш, ты где?
— Пробежался в инвизе по окрестностям. Возвращаюсь. Буду через пару минут.
— Заметил что-то необычное?
 
— Кроме того, что руины усадьбы превратились в крепость?
— Серьезно?
— А ты сам не видишь?
— Нет, мы только вышли на лестницу.
— Ладно, я уже у ворот. Встретимся у круга возрождения.
* * *
Лурье ничуть не преувеличил. Пока мы спускались по широкой мраморной лестнице, я вызвал через интерфейс вкладку «постройки» и система услужливо загрузила трехмерную модель небольшой крепости, теперь именуемой «Форпост». Я увидел два уровня стен, множество просторных площадок внешних укреплений и центральную башню, помеченную, как «донжон».
— Неслабо… — присвистнул Ярослав, оценив масштабы изменений.
— Как и было заявлено в условиях задания, — я стараюсь выглядеть невозмутимым. Нам нельзя расслабляться. Защита стен, наличие респауна, это, конечно здорово. Но какие изменения претерпел сам город? В нем ведь тоже шел активный терраин и произошла «полная адаптация контента». В чем она выразилась, нам еще предстоит выяснить.
Круг возрождения выглядит, как обычный респ. Красноватая аура, накануне прорывавшаяся сквозь вырезанные мною символы, исчезла и больше не возвращалась. А вот внутренний дворик усадьбы радикально видоизменился. Он стал в несколько раз просторнее. Появились две тренировочные площадки, одна для лучников, другая для бойцов ближнего боя. В массивных стенах, образующих замкнутый периметр, виднеются входы в казематы. При задержке взгляда появляются подсказки:
Оружейная.
Кузница.
Казармы.
Продовольственные склады.
…
— Дэн! Скорее сюда! Джеб очнулся, тебя зовет! — возглас Лурье оторвал меня от изучения структуры «Форпоста».
Я бегом кинулся к кругу респауна, но встрепенувшаяся надежда тут же угасла. Джеб по-прежнему лежал на мягкой подстилке из мха. Дриада поддерживала его голову, насильно заставляя пить целебный отвар из трав.
— Как он?
— Плохо. Звал тебя и снова отключился.
— Сказал что-нибудь конкретное?
— Нет. Похоже бредил. Бормотал бессвязно.
Я присел на узловатое корневище, играющее роль своеобразного бортика для мягкого растительного ложа. Смотреть на друга было больно. Осунувшийся, постаревший, словно иссушенный изнутри, он лежал совершенно неподвижно. Дыхание почти не вздымало грудь, а струйка отвара, который он так и не сглотнул, сочилась по скуле.
Внезапно Джеб вздрогнул, словно его пронзила судорога, затем приоткрыл глаза, мутным взглядом обвел нас с Эвридикой, слабым жестом поманил меня.
— Дэн… Моя нейросфера… Чувствую… где-то поблизости… Маркер…
Я забрал у дриады флягу с отваром, подсел поближе.
— Глотни. Сейчас станет лучше.
— Нет… Ты не понимаешь… — он оттолкнул мою руку. — Нейросфера… Утечка памяти… Надо найти… Физический контакт… Очень важно… Умоляю…
Его глаза закрылись. Побелевшие пальцы, вцепившиеся мне в руку, бессильно разжались — Джеб снова обмяк, впав в забытье.
Я открыл вкладку заданий.
Увы, ничего.
Карта? Дневник путешественника? О каком маркере говорил Джеб?
Работа интерфейса по-прежнему оставляет желать лучшего. Некоторые элементы реагируют мгновенно, другие сильно притормаживают, — это отзывается неосознанным раздражением и головной болью.
Ага… В дневнике появилась запись!
Как обычно картинка выглядит, словно карандашный набросок, сделанный наспех, от руки. Я и Джеб. Он вцепился мне в руку, силится привстать, Никакого поясняющего или сопровождающего текста нет.
Ладно. А что у нас на карте местности?
Фиолетовый маркер пульсирует в центре «Акрополя», проецируясь на контуры каких-то помещений.
 
Я переключился в трехмерный режим, повернул изображение и понял: искомое расположено на верхних этажах уступчатой пирамидальной постройки. Цвет маркера необычный. Красным, как правило, отображаются враги, зеленым союзники, желтым — нейтральные персонажи. А тут не поймешь, как трактовать отметку.