Простой советский спасатель 3 (СИ)

— Я… понимаю… У меня выбора нет…
— Выбор есть всегда! — рявкнул я и добавил уже тише. — Обычно он там же, где и вход, — буркнул, приходя в себя.
— Тебе хорошо говорить, — неожиданно Бородатов начал защищаться. — У тебя ни семьи, никого… Тебя за яйца не ухватишь! — кулак парня впечатался в стол, кружки подпрыгнули, расплескивая кофе. — Брат у меня, ясно? 
— Ясно, — опешил я. — Стоп, что ясно? Ну, брат, и что? Мошенникам ты помогаешь, а не брат. 
— Говорю же, у меня выбора нет, — внезапно успокаиваясь, угрюмо повторил парень. — Ладно, спасибо за кофе, пойду я, — Борода одним махом допил напиток и поднялся.
— Так, а ну, стоп! — поднимаясь одновременно с ним, скомандовал я. — Давай-ка успокоимся и начнем сначала. 
Мы буравили друг друга взглядом, не желая уступать. Черт Леха, кто из вас старше? Ясный красный, что ты. Ну, так и веди себя как взрослый мужик, а не возмущенный пацан. 
— Серега, — я глубоко вздохнул, усмиряя гнев. — Рассказывай, что случилось. Если смогу — помогу. На крайняк, вместе придумаем, как выкрутиться, — на лице моего оппонента отразилась работа мысли: парня явно что-то мучило, но поделиться собственными терзаниями с недавним вроде как врагом мешало самолюбие и гордость. 
— Брат младший? — я решил аккуратно подтолкнуть его к откровенности. 
— Младший, — Серега дернул плечом. — Придурок, — от души припечатал он родственника. Я опешил, но через секунду сообразил — это не мне, это про родственника.
— Родной? 
— Роднее некуда, — буркнул Серега. — Куришь?
— Нет, — отказался я и тут же ощутил дикое желание закурить, даже вкус табака во рту померещился и запах дыма пощекотал ноздри.
— Покурю? — кивнул на балкон Бородатов.
— Пошли, — я первым двинулся в сторону открытой двери.
— Чего натворил-то? — дождавшись, когда Борода закурит, примирительно поинтересовался я.
— В карты проигрался, — Сергей яростно сплюнул и повторил. — Придурок!
— Кому? Доктору что ли? — ну что, буду ковать железо, пока не обожгло. 
— Нет… Помощничкам доктора! — парень глубоко затянулся. — Этот… идиот связался с дурной компанией, мать с ним справиться не может. Я уже и лупил, и внушал, все бесполезно. Денег ему мало, одежда не та, красивой жизни захотелось! — ярость, обида и гнев — сногсшибательный коктейль, который явно не способствует трезвости ума.
— Много должен? — сочувственно уточнил я.
— Прилично… 
— Проценты небось? 
— Откуда знаешь? — Бородатов с подозрением покосился на меня.
— Дык логично же, — я небрежно пожал плечами. — Чтобы рыбку поглубже на крючок подсадить, её подсекать надобно умеючи. Знаешь, как судака на живца ловят? Нет? Все просто, как только рыба наживку заглотила, поплавок дернулся и на дно пошел, нужно чуть выждать и осторожненько подсекать. Раз, и судачок уже на берегу бьется. Так и с тобой.
— Это я что ли живец? — фыркнул Борода.
— Нет, блин, я! Мозги включи, Серега, — вздохнул я. — Ты-то как раз и есть судак, и ловили тебя на брата-живца.
От неожиданного вывода парень подавился дымом и закашлялся. Я от души похлопал его по спине и предложил воды. От кашля у Бородатова выступили слезы на глазах, он утер лицо ладонью и покачал головой, то ли отказываясь от водички, то ли отрицая очевидное.
— Я тебе что, начальник какой или там партработник? Я сам предложил отработать за брата. Никто меня не подсекал.
— Брату сколько лет? 
— Ну, шестнадцать будет… А что? 
— М-да, молодой да ранний, выходит? 
— Угу, отца у нас нет, пороть некому было, — неожиданно разоткровенничался Сергей. — Я-то с батей рос, ума успел набраться. А брат маленьким совсем был, когда бати не стало. Мать… — парень замялся, зыркнул на меня, но так и не сказал вслух то, что хотел. — Тянет одна. Я подрабатывал, как мог. Потом выучился у знакомого, стал массажем заниматься, все легче… Сейчас вот учусь все-таки… Без профессии никуда. А этот… придурок, все испортил, — Борода с чувством выматерился. — Учиться не хочет, помогать не хочет. Все ему надо быстро и сразу. Вот и допрыгался…
 
Мы помолчали, думая каждый о своем. Серега закурил очередную сигарету.
— Не пойму я, к чему ты клонишь? — пару раз затянувшись, Борода прервал молчание. — Я на судака не тяну… Так, бычок серый, к чему такие сложности? Через брата меня цеплять.
— Сам посуди: просто так ты бы согласился помогать чудо-доктору? Только честно, — я развернулся, чтобы видеть лицо парня.
Сергей задумался, скривился, затушил бычок и глянул на меня.
— Это вряд ли.
— Что и требовалось доказать, — улыбнулся я. — Проще захомутать молодого с нужной профессией, подцепить на крючок и пользовать, — опережая следующий вопрос, продолжил я свою мысль.— Чем договариваться с более опытным, который долю захочет. Тебе-то много платят? — пацан скривился. — То-то и оно. Почти весь заработок в счет братишкиного долг уходит, так?
— Так.
— Вот и выходит — ловили конкретно тебя, как судака, на наживку. Через младшенького.
— Убью! — яростно рыкнул парень, засадив кулаком по железным перилам. Балконная ограда затряслась, банка с бычками сорвалась и упала вниз. 
— Черт, — выдохнул Серега. — Теперь подметать придется.
— Да кто узнает-то? — удивился я.
— А то ты вахтершу нашу плохо знаешь, — хмыкнул Борода. — У нее глаза всюду. Ладно, спасибо за кофе. Пойду я что ли, уберу по-быстрому, чтобы мозги не клевала.
— Ну, бывай.
— Ты это… — короткий взгляд в мою сторону. — Зла не держи, — Бородатов неожиданно протянул мне ладонь.
Я без колебаний крепко пожал руку.
— Да ладно тебе. С кем не бывает. Мир?
— Мир. И вот что… — Серега заколебался. — Ты держись подальше от мичмана. Не верь ему. Не тот он за кого себя выдает. Осторожней с ним. Потом не соскочишь.
С этими словами Бородатов нырнул в кухню, забрал коробку с сахаром и покинул пищеблок. Я же, слегка ошарашенный, остался стоять на балконе, пытаясь понять, что сейчас произошло? С чего вдруг такие откровения и желание помириться? Черт, он же про Рыжовых что-то хотел сказать, а я по дурости перебил и не выслушал. 
Я метнулся следом за Сергеем, но в коридоре его уже не оказалось, а в какой комнате он жил, я не знал. Чертыхнувшись и отругав себя за глупость, я вернулся на кухню, допил кофе, сполоснул обе кружки и потопал к себе. 
В комнате я быстро окинул взглядом бардак, но решил все-таки разобраться с домашними делами вечером, после смены. Запер дверь и отправился на пляж. Всю дорогу ломал голову, как вести себя с Сидором Кузьмичом, но так ничего и не придумал. Решил действовать по обстоятельствам. Судя по всему, Прутков не собирается выходить из глубокого подполья, пока не закончит свое дело. 
Уже на подходе к вышке, я окончательно определился: продолжаю жить и работать, делая вид, что ничего не случилось и по возможности не лезу в эту авантюру с картами, сокровищами, внебрачными княжичами, предполагаемыми заговорами против власти и прочей сопутствующей ерундой. Ну, если только одним глазком загляну в башню, может быть. Или пройдусь по городу, прогуляюсь, поищу странные звезды-знаки.
Документы архивариуса изучаю вместе с отцом и доктором дядей Колей, показываю карту с моим именем. Если не разберемся, что к чему, на этом поиски истины заканчиваем и расходимся. Хотя за отцом я еще понаблюдаю, мало ли что. Да и понять надобно: знает или нет Прутков про родственные связи отца с покойным Федором Васильевичем? И если да, как скоро мичман придет к бате с предложением, от которого тот, связанный по рукам и ногам ответственностью за семью, вряд ли сумеет отказаться.
— О, Леха, здорово! — заорал с вышки Женька, едва заметив меня на горизонте.
Я помахал рукой и направился к лотку с пирожками. Жрать хотелось неимоверно, заодно и пообщаться с тетей Дусей, несущей вахту за прилавком. Я улыбался, подходя к торговке, вспоминая все свои теории заговора, которые напридумывал, когда Евдокия не вышла на работу. А все оказалось банально: не может человек работать без выходных.