Один день Весны Броневой (СИ)

А на околице уже рыжела земля редких окопов. Весна даже не успела среагировать на метнувшегося к ним от забора пехотинца.
— Я те щас кину! Глаза разуй, своих не видишь?! — заорал Мушков. Оглянувшаяся девушка рассмотрела в руках невысокого бойца гранату. — Мать твою! Пехота!
Парень в пыльно-зеленом выпрямился и растерянно опустил руки сжимающие карабин и противотанковую «колотушку». Взгляд выхватил мятое кепи, белесые брови и царапающую ухо скатку плащ-палатки.
— Хватит, Помник!
Впрочем, заряжающий уже замолк — стрелка скрыла пыль и выхлоп от самоходки Енча.
— Эй! Стой! Стой!
Первый гранатометчик оказался лишь первым. Навстречу, от лип на обочине бежали сразу трое. И стоило только тормознуть, сразу полезли на броню.
— Куда драпаете! Кто такие?!
— Отставить! — почти мальчишеский голос оборвал галдеж. К самоходке подошел бледный линком с рукой на перевязи. — Отставить! — глаза парня остановились на лице Вешки, и голос тут же потерял свою звонкость. Парень моргнул и продолжил тише: — Проезжайте, предупредили о вас…
Девушка козырнула. Стрелки, тоже разглядевшие ее, замолкли и смущенно полезли с самоходки. А вот линком наоборот, подошел и с явным усилием подтягиваясь за поручень здоровой рукой взобрался на надгусеничную полку.
— Вам лучше с сопровождением… Проедете дальше, сами все поймете. Стариков! Давай сюда того юнака!
Потом посмотрел на Весну. Попытался что-то сказать, но так и не нашел слов. Только губами дернул. И неловко спрыгнул только, когда на броню взобрался рыжий мальчишка лет тринадцати с горном в руках, одетый в белую, извазюканную сажей и кровью рубашку и широченные школьные штаны. Под воротником на тонкой шее трепыхался удивительно чистый красный шейный платок.
— Приказываю сопровождать танкистов до места, указывать путь. Поможешь сориентироваться на месте…
— Да, — с готовностью отозвался мальчик.
А линком улыбнулся губами и поковылял к обочине, только махнув на козыряние Вешки.
— Лезь в башню, — выдохнула девушка. Зажала кнопку связи. — Радек, давай на средней.
И опять обернулась к мальчику.
— Садись на кормовую нишу и держись вот, — стукнула рукой по столбу шкворня. — Зовут-то тебя как, юнак?
  
Часть 3
 
— Стой!
Весна бросила ТПУ и уцепилась за борт башни, второй рукой прижав к себе Ярека, нещадно пачкая и так не чистую рубашку мальчишки. Самоходка дернулась, не резко — Земелов отработал скорости мастерски, относительно плавно погасив движение тяжелой машины. И тут же заглушил двигатель, сберегая его ресурс.
— Приехали, — брякнул со своего места Помник, оглядывая безлюдную улочку. Ему никто не ответил. Командир срывая мокрые от пота наушники, развернулась назад к еще взрыкивающей мотором второй самоходке, ее помятые уши нервно дергались. Ярек молча крутил головой и «стриг» ушами.
Лязгнул люк мехвода, Радек зацепившись за ствол ловко подтянул себя к башне, держась на ее край пробежал по надгусеничной полке на корму самоходки. Стукнул обслуживающим лючком. Шипя сквозь зубы, обжигаясь, достал щуп.
— Рукавом бы прихватил. Что там? — Вешка уже перебросила себя наружу и замерла готовая спрыгнуть на землю.
— Нормально все. Масла в половину бака. Газоль раньше кончится…
— Хорошо, проверь гусеницы, — коротко бросила девушка и замахала рукой заворачивая назад спешащего к ней Ивкова. Не оглядываясь озадачила заряжающего: — Мушков, протри все стекла. Ярек, за мной.
Ботинки громко стукнули о сдобренную щебнем землю. Мальчик приземлился много тише. Встал рядом настороженный, напряженный. Целая проблема — вот что с ним делать?.. Не удержалась и сунула пальцы в его вихры, делая их еще грязнее. И только вздохнула, когда юнак вывернулся из-под руки.
— Ярек…
Парнишка глянул исподлобья.
— Отошлете?
— Да… Сам понимаешь. Нам здесь воевать. Здесь опасно будет.
 
— Здесь везде опасно… — как-то по-взрослому ответил он. И тут же упрямо сунул руки в карманы. — Вы же сами лечебницу видели. А на станции еще хуже…
Вешка невольно глянула назад, на крыши домов и торчащую из дыма колокольню. Увидела рядком укладываемые тела в цветастых цивильных платьях и зеленой форме. Сжала зубы. Закрыла глаза и тут же распахнула их — перед опущенными веками кадрами плохого видео встали картинки: расстрелянные по дворе лечебницы раненные и беженцы, разваленная бомбами улица, дымное пламя над станционными лабазми, горящий танк с черной, обугленной куклой торчащей из башенного люка… Пара верст по следам прорвавшихся в поселок швейцев. Всего пара верст.
— Если тебя убьют, мама не…
— Мамы нет! — резко выдохнул мальчик. Всхлипнул. Сквозь слезы выдавил в повисшую тишину: — Ее. в… лечебнице… — И закрывшись локтем заплакал, мучительно, захлебываясь.
Шагнуть и окружив защитой рук вжать в себя! Утешить, защитить! Первое движение души. Вдох всего. Короткий перестук сердца!
Не успела…
— Командир! — Земелов сиганул с борта самоходки, хекнул стукнув каблуками в грунтовку. И тут же охватил плечи мальчишки рукой, прижал к боку. Ожег взглядом. — Командир, я с парнем поговорю… Так лучше будет.
И запрокидывая голову:
— Помник! Мы стрелять вслепую будем?
— Тьфу на тебя, указчик…
Заряжающий завозился в башне. А Радек оглянулся на нее.
— Идите… Только потом гусеницы проверь.
Кивнул в ответ, кривовато ухмыльнувшись.
— Так лучше будет, — повторил тихо.
— Иди, иди уже, — почти простонала Вешка завидуя Земелову. Почти до ревности. И с кровью вырывая из себя почти ощутимое тепло вздрагивающего мальчишеского плеча и горячую твердоту лба, развернулась, потрусила к второй самоходке. Заглушая себя, заорала:
— Ёнч, что у тебя?!.
— Брак. Точно брак, — ивковский мехвод, блестя потом и сажей на черном лице, нервно стирал пальцы о засаленную тряпку. — С кислотой при заправке намудрили, точно говорю…
— Черт, думал с гусеницами проблема будет, — Ёнч сплюнул под ноги. — Когда по камням катились, — он зло дернул головой, — боялся траки потерять. А остался без накопителя.
Весна стояла рядом, смотрела на суету и стремительно зверела. Наконец не выдержала.
— Ёнч… Отойдем!
Заслонившись броней, дернула друга за куртку на груди. Зашипела в лицо, выплескивая накопившуюся боль:
— Ты сдурел?! Тебе твои обязанности рассказать?! — Пальцы смяли толстую грубую ткань куртки. — У нас часы, минуты может до боя! А мы стоим мишенями и причитаем! Кто из нас девка?!
Ивков перехватил ее руку, сжал, словно, тисками.
— Пусти. Пусти, говорю, — процедил сквозь зубы. Сдернул руку Вешки с груди и… отступил на шаг. — Все. Понял. Исправился.
— Доложи, как положено.
— Есть, тащ комполбата! — ладонь взлетела к виску, — Поход прошел без происшествий. Потерь нет. Неисправность — вышел из строя токонакопитель. Других неисправностей нет. Запуск двигателя буду производить сжатым воздухом. Экипаж занят обслуживанием техники…
Весна выдохнула. Сморгнула. И расслабила плечи, чувствуя как спадает внутренняя дрожь.
— Пошли думать, что дальше делать. С моей самоходки обзор лучше.
«И правда, так лучше,» — шагая к своей машине нашла глазами мальчишку — тот, сидя на корточках у борта, внимал каким-то объяснениям сидящего рядом мехвода.
— Земелов! Помогите механику-водителю линкома Ивкова разобраться с токонакопителем! — и пояснила в повернувшееся к ней лицо: — Не зарядился на ходу.
 
— Какого? Мы ж перед погрузкой на новые меняли? — изумился было Радек, но заметив ее ехидную ухмылку хищно прищурился и, встав, козырнул. — Есть, тащ командир! Ярек за мной…
Вешка остановила его, прихватив рукав, улыбнулась уголками глаз: — Уже придумал в чем дело?
— … Если накопитель не потек, то… — моргнул на ее кивок и закончил, — проводка под изоляцией нарушена. Ну, Смелк, удод…