Фантош (СИ)
— Почему? — спросил я, и хоть у меня уже была сотня ее фото и видео, я расстроился, что себя она не хочет написать.
— Отстань. Мы идем смотреть твой мозг или нет?
— Идем.
Как я пропустил этот момент, когда Лера вышла из лаборатории, не понял. Я так хотел ей показать тот удивительный мир, который можно увидеть в своем первозданном совершенстве. Так хотел, чтобы она поняла и приняла меня таким странным и с херовой тучей недостатков.
— Кир, ты вышел, что ли? — съязвил Илья, поняв, что я не слушаю, о чем они говорят с Джексоном.
— Я говорю, это непохоже на ее очередную шалость. Я слышал, как моя машина завелась, — настойчиво врывался мне в ухо Илья, а я все никак не мог расшифровать ее последний взгляд на меня, прежде чем закрылась дверь.
— Да. Пойдем. Двигайте стеллаж, — кивнул я им на громоздкую махину, сваренную из толстого металла, и на возмущенные взгляды пояснил: — У меня ранение.
— Покажи, — тут же всполошился Джексон и ни на какие уговоры не поддался, нацепив наушники и не глядя мне в глаза. Этому приему он научился почти сразу, как со мной познакомился, а вот Илюха все пытался научиться не поддаваться и все чаще уже выходил из неосознанного состояния быстро.
— Смотри, только быстро! — рявкнул я.
— Да ладно, есть время еще, — разрешил Илья.
Джексон с маниакальным удовольствием принялся за любимую работу, видимо, скучает по рваным ранам или спешит применить навыки в пошиве штор на ком-нибудь.
— Нам на базу американцы привезли одну интересную вещицу неизвестного происхождения. Где они ее откопали, не знаю, но инструкции к этому странному оружию не прилагалось. И они в лучших русских традициях решили изучить механизм методом тыка. Так вот, расхуярило полбазы в винегрет, а мне посчастливилось гулять рядом и получить свой осколок. Хорошо хоть по касательной, только мягкие ткани снесло и жизненно важный орган не зацепило.
— Какая удача, — восхитился Илья, сильно переигрывая, — верхнюю башку-то давно снесла Валерия Климовна или как ее там по батьке? Хоть что-то еще функционирует.
Заменив повязку и поболтав о всякой ерунде, мы вспомнили, что пора ехать. Отодвинув железные стеллажи, мы думали, что выбраться через старый вход в это помещение на улицу будет легче легкого. Но забыли, что сами же и обшили дом облицовочными панелями сразу, как сделали вход через бассейн. И теперь оказалось, что времени у нас не то что в обрез, его вообще почти не осталось.
— Кир, как ты проворонил-то свою возлюбленную? — наехал на меня Илья, борясь с железной обрешеткой.
— Думаешь, она к Климу поехала? — задал я вопрос, на который сам боялся ответить положительно. Для Леры у Клима два варианта: или в расход, или куда он там ее собирался замуж отдавать.
— Вряд ли. К Киду, наверное, — предположил Джексон, заполучив мой гневный взгляд, и я даже не понял, намеренно я его сделал или получилось само собой.
Судя по кольнувшей в груди ревности к персонажу, которого я даже не видел никогда, скорее всего, из-за Милашки я теряю контроль над собой, даже привычки не спасают.
— Вы бы лучше подумали, как теперь Борзого доставать. Если опоздаем, пока большинство не в малине, будет непросто, точнее, практически невозможно, даже войти в здание.
— И мы не уверены, что планировка старая сохранилась. Эти дома перекроили раз двадцать, — согласился я.
— Я знаю как. Лера сегодня мне в карты проиграла, и я потребовал подробно рассказать, что и как там в недрах логова.
Илья хмыкнул и на недоуменный взгляд Джексона и вопросительный мой пояснил:
— Джексон, ты как наивный ребенок. Лера проигрывает тебе, только когда сама этого хочет. А значит, либо она хотела помочь нам, либо, наоборот, насочиняла тебе с три короба, чтобы усложнить работу.
— Значит, то, что она сбежала и закрыла нас, говорит о том, что все-таки второе?
— То, что закрыла, говорит о том, что все мы идиоты. Этот, — кивнул в мою сторону Илья, — понятно по какой причине отупел, а мы с тобой повелись на ее ребячество и не принимали всерьез.
— Ну, мне простительно! — возмутился Джексон. — Во-первых, я слишком добрый, во-вторых, она как моя сестренка, такая же сорвиголова. А вот ты как командир должен был быть начеку!
Пока парни, возмущаясь, вспоминали все моменты жизни с Лерой под одной крышей, я пытался анализировать ее поступки и поведение, даже зачем-то вспоминал все, что она говорила. Хотя раньше никогда не опирался на слова, понимая, что все в той или иной мере лгут. Не всегда, но, учитывая наш обман на брудершафт при знакомстве, верить ее словам глупо. Как и моим, впрочем.
Провозились мы с выходом около часа, еще столько же потратив на сборы и дорогу. Примерно за два километра до ресторана Клима мы увидели на парковке у магазина машину Ильи.
— Она у Клима, — озвучил вслух мысли каждого Джексон.
— Этого уже не изменить, идем за узником замка Иф.
Как и планировали, Джексон и Илья пошли с парадного под видом клиентов, а я — через задний двор, продираясь сквозь заросли ужасно колючего шиповника.
— Стой на месте, подлец! — раздался приказ голосом Милашки за спиной.
Я от радости даже не понял, как она меня обозвала. Повернувшись к ней, даже постарался показать, как я рад ее видеть, улыбаясь. Но недолго, пока в третий раз не увидел в ее руках огнестрел, целящийся мне в голову. Даже глушитель есть. Богатый арсенал, видимо, у папочки. Моя улыбка сползла, но я еще не терял надежды, что и в этот раз все-таки не станет нажимать спусковой крючок.
— Лера, я…
— Заткнись и слушай. Сашка жив и здоров и в вашей компании не нуждается. Как и я. Я тебя ненавижу! Убирайся отсюда!
Глаза у Леры действительно были переполнены ненавистью, горели и блестели в сумерках, обдавая холодом презрения, и ее красивая аура почти исчезла, Оставаясь только тонким свечением на коже и распущенных волосах.
— Объясни, что…
— Я же сказала! Не разговаривай со мной! Убирайся! — крикнула Лера, явно теряя терпение и, что еще хуже, контроль над самой собой.
— Я не могу уйти, — все же пытался настоять я, и Лера выстрелила.
Пуля пролетела в миллиметре от моего виска, разорвав потоки воздуха, болезненным ожогом зацепив кожу. Выстрелила. Неожиданно. И больно, но не на виске. Ее выстрел разорвал сердце, испепелил душу.
— Ты промазала, Милашка. В следующий раз будь точнее, — сказал ей напоследок, исчезая в темноте. Унося с собой все, что мне осталось. Только воспоминания. И адскую боль, кипящим маслом разлившуюся в груди, не давая дышать.
Глава № 25
В логово а-ля офис Клима я ехала в полной уверенности, что воюю с правильной стороны. Джексон-то уж точно не стал бы связываться с плохими людьми, он человек мира. Любит всех без исключения, как настоящий буддист, прощает всех заранее. И не видит смысла махать кулаками и исходить ядом, если его кто-то задел. Даже в этой истории с Климом, как я поняла, он выполняет только ту работу, которая не противоречит его принципам. Илья, конечно, темная лошадка, а уж Кирилл и подавно для меня пришелец. Но такой, гад, привлекательный, и сил оторваться от него, забыть, у меня нет.
Я с нежным трепетом вспоминала эти несколько часов, проведенные с ним. В душе порхали бабочки и цвели сады. Затылок приятно покалывало, и ничто не могло меня вернуть обратно из счастливых мыслей о наших странных отношениях. Он рассказал мне о себе немного, но мне даже не сам его рассказ понравился, а ощущение, что он доверяет мне, что открылся, как будто хотел, чтобы я его поняла и перестала шарахаться и злиться. Начала доверять ему.
Наша взаимная, стремительная как ураган страсть и его поцелуи, на которые наконец-то закончились санкции, или что у него там была за проблемы с лимитом? Теперь он ими меня осыпал и зацеловал до умопомрачения, аж до сих пор приятные покалывания на губах и мурашки от воспоминаний.
А еще он покажет мне свой мир, когда мы встретимся вновь. Раньше меня никогда не интересовала вся эта нудная и сложная тема, а сейчас я хотела увидеть то, про что он так красиво рассказывал. Что этот мир — самый прекрасный, который живет в каждом из нас, и, увидев его единожды, ты не сможешь остановиться, всегда будет интересно посмотреть еще и еще. И Кир сказал, что мое биополе видит как тонкие золотые нити паутины, и ему самому не терпелось посмотреть, какой цвет выберет для меня программа.