Пока светит Пламя (СИ)

— Ну конечно! — Кати поспешно закивала, а потом вспомнила о важном: — Брат Марк, так что там с Беном?
— Дело сложное, — Наставник поскучнел. — Понимаешь, я всю ночь был занят и просто не нашел времени подробно разузнать о твоем брате. Понял только, что там всё очень серьезно закрутилось. Дай мне время.
— О-о… — Кати устыдилась. Это ведь она весь вечер наслаждалась ужином и крутилась перед зеркалом. А брат Марк… — Простите, я совсем не подумала! Конечно, я буду ждать, сколько нужно.
— Полагаю, ждать придется недолго. А пока… что сама делать собираешься?
— Еще не решила. Наверное, буду сидеть дома.
Кати поежилась. Интересно, как быстро Квадриге станет известно, что она была одной из девушек, сопровождавших Бена и Моргана? Наверное, что-то отразилось у нее на лице, потому что Марк участливо улыбнулся:
— Это вовсе не обязательно. Если уж ты решилась познакомиться с магией поближе, я могу отправить тебя на обучение.
— Это куда? — удивилась Кати.
— У нас есть поместье за городом. Там сейчас как раз занимаются молодые маги. В Хоррхоле нет подходящих мест для практики. Ведь неуправляемая сила порой может принести кучу неприятностей.
Кати вспомнила снег и порхающие с полок книги, когда сам наставник лежал без сознания, и понимающе покивала. А потом подумала, что уж за пределами города Квадриге ее точно поискать придется.
— И когда отправимся?
Наставник негромко рассмеялся:
— А ты решительная. Да хоть сейчас. Скоро рассвет, как раз к завтраку и доберемся.
— А… обучать меня вы будете? — Кати, поняв, что ее приключение может начаться прямо у порога Храма, снова разволновалась. Впрочем, родственники ее теперь не потеряют, а прислуге она может отправить письмо.
Марк поднялся и, подмигнув, протянул руку:
— Неужели ты думаешь, что я еще кому-то доверю такую драгоценность, как ты, милая Катрина? И, да, ты совсем позабыла, что я просил больше не "выкать"?
Кати вложила дрогнувшую кисть в теплую ладонь наставника и смущенно потупилась. А потом вспомнила о соглядатаях Квадриги. Лучше бы тем ничего не знать о ее отъезде.
— Брат Марк, — сказала она осторожно, следуя за ним к боковой двери Храма, — пока я сюда добиралась, мне показалось, что за мной следили. И я подумала — а вдруг, это те, из-за кого обвиняют Бенедикта? Как их там… Наследники?
— И какое им дело до тебя? — прищурился наставник, обернувшись через плечо.
— Возможно, никакого, и у меня просто разыгралось воображение. Но вдруг они хотят заставить меня оговорить брата? Как бы там ни было, мне сейчас очень страшно.
Марк хмыкнул и медленно кивнул: — Не волнуйся, в обиду я тебя не дам. К тому же, мы отправимся прямо со двора, и тебя никто не увидит. Ну, если ты, конечно, не станешь из экипажа высовываться.
— Не, я не буду, — испуганно помотала головой Кати.
Они вышли из Храма и, пройдя по дорожке мимо одноэтажных жилых домов, миновали верхний двор. Подошли к каменной стене с коваными воротами и остановились у темного экипажа, рядом с открытой дверью которого копошился какой-то человек.
— Долго еще? — негромко поинтересовался у него наставник.
— Дык, щас запряжем и поедем, — ответил тот. — Продукты загрузили уже.
— Вот и славно, — отозвался Марк, а потом Кати тихо ойкнула, почувствовав, как на плечи опустилось что-то теплое и мягкое.
— Ночь прохладная, — коротко улыбнулся наставник, поправляя на ней шерстяной плащ. — Ну что? Милости прошу в экипаж? Я как раз собирался отправляться в поместье после церемонии.
И он галантно подал руку.
  
Глава 14
 
Кати так и не поняла, в какой момент они выехали из города — вот только, кажется, за окном мелькали приземистые постройки Нижнего квартала, как уже, минуту спустя, обзор закрыла темная громада каменной скалы. Экипаж, покачиваясь, устремился вверх, и только отблески фонарей, освещавших дорогу кучеру, причудливо играли с тенями на камнях.
 
Кати с любопытством вытянула шею, стараясь рассмотреть вид из противоположного окошка, но там и вовсе клубился сплошной туман, еще и занавеска мешала. Сидевший рядом Марк повернул голову, и она смутилась, перехватив его вопросительный взгляд.
— Мы едем вглубь острова?
— Сначала вглубь, потом опять к побережью, — наставник с трудом сдержал зевок и потряс головой:
— Извини, глаза просто закрываются.
— Может, вы поспите? — Кати с сомнением покосилась на противоположное сидение, заваленное какими-то мешками и свертками.
— Ничего, потерплю, — Марк усмехнулся. — К тому же, не каждый день путешествуешь в обществе хорошенькой девушки. Ну и, сдается мне, у тебя накопилось столько вопросов, что поспать ты мне все равно не дашь.
Кати вспыхнула, сердито посмотрела на наставника и, встретив его смеющийся взгляд, тут же простила. Смешливо фыркнула и кивнула.
— Вообще-то, да. У меня сейчас такое чувство, что еще немного, и я просто лопну от любопытства. Страшно хочется увидеть эту вашу школу, попробовать свои силы. А вдруг и вправду из меня что-то получится? Да и с похоронами этими так интересно вышло. Вот допустим, у нас дома. Там если наставники начинали говорить, обычно это затягивалось до самого обеда. А тут… ой.
Она сообразила, что крайне непочтительно отзывается и о скорбном действе, и о магах вообще, и поспешно прикусила язык. Но наставник не стал ее бранить. Глубоко вздохнул, откидываясь затылком к спинке сидения, и прикрыл глаза.
— Кати, как говорят у нас, молчание — это добродетель. Крачки вообще не болтливы. Что толку впустую сотрясать воздух, когда можно просто сделать? Вот и Ирса, я уверен, предпочел бы, чтобы всё произошло как можно скорее. Сдается мне, что после кончины зов Пламени для его души казался ему важнее всех разговоров и даже доброй памяти.
— Ага, — смущенно кивнула Кати и подумала, что уж она-то точно не крачка, с такой-то болтливостью. А потом вспомнила разговоры в Храме.
— Брат Марк, а, правда, что Светлый Ирса был последним лебедем?
— Правда.
— И… что теперь будет? Со всеми, с островом?
— Точно никто не знает, — он пожал плечами, — но сдается мне, что ничего страшного. Светлые Лебеди выполнили то, что было предначертано — подарили магию миру. Полагаю, крачки справятся с этим ничуть не хуже. Тем более, что мы не привязаны к острову, можем черпать магию вдали от источника, и этим более совершенны. Возможно, больше не будет магов такой силы, каков был Ирса, но для обычной жизни магии всем хватит.
— А я вот как думаю. — Катрина устремила рассеянный взгляд в стену повозки. — Светлый Ирса, да и все лебеди, что были раньше, никуда не ушли. Слившись с Пламенем, они остались на острове и отныне станут незримо помогать своим подопечным…
— Возможно, в чем-то ты и права, — Марк, приоткрыл глаза, — хотя, рассуждения твои весьма забавны. И, если ты утолила любопытство, может быть, немного вздремнешь? Учти, что в поместье разлеживаться до вечера я тебе не позволю.
Он потянулся к груде вещей, поворошил тюки и выдернул откуда-то снизу подушечку-думку, вышитую мелким крестиком. Сунул Кати в руки и, снова откинувшись к спинке сидения, невозмутимо смежил веки.
Кати немного повозилась, устраивая подушку у плеча, обиженно посопела, а потом и сама не заметила, как уснула под ровный бег повозки.
Показалось, что дремала Кати всего ничего, как легкий толчок возвратил ее в реальность. Моргая спросонок, в первый момент она не сообразила, где находится, и только с удивлением смотрела, как чьи-то шустрые руки вытягивают в дверь поклажу с соседнего сидения.
 
Повозка стояла. Кати хотела, было, высунуться наружу, но тут же, ойкнув, подобрала под себя ноги. Незнакомый юноша, наполовину засунувшись в экипаж, принялся вытаскивать самый большой мешок.
— Крупа рисовая, тридцать фунтов, — послышался чей-то скучный голос, а потом вместо юноши в карету заглянул брат Марк: