Куплю твою любовь (СИ)

— Ой, ну тебя! Божечки, поскорее бы прилететь!
Адвокату плевать на мои бурные восторги, он занят своим делом.
— Отель я забронировал в другом городе.
— Что? Но почему?
— Потому что мы не хотим незваных гостей. Так?
— Да, прости. Точно не хотим.
— Машина уже ждет. У тебя есть полчаса на встречу с приятельницей, — хмурится Адвокат. — Я это не одобряю. Просто к сведению. Начнется заварушка, ждать не стану. Птичка поднимется в воздух.
— Да, я уже поняла, что ты не хочешь вмешиваться в чужие разборки и намерен слинять сразу же! Поняла это по тому, как ты попросил заплатить тебе раньше, чем наступит пятое число месяца, следующего за отчетным.
— Простая перестраховка, только и всего. Я согласился тебе помочь в ведении финансовых дел, но сюда не входит сумасшедший риск.
* * *
От нетерпения я сминаю пальцами подарочный бант на коробке в прозрачной слюде. Варя обмолвилась, что муж ласково называет ее Феечкой и я, увидев на аукционе в интернете винтажный набор фарфоровых статуэток фей и милых зайчат, не смогла удержаться.
Я их купила, а в момент, когда получила на руки, решила навестить свою подругу и вести все планируемые переговоры, непосредственно находясь в России. 
Адвокат был против, мы много спорили. Но в итоге он согласился, хоть и выдвинул жесткие рамки по времени. Перечить ему я не стала. Это же не Глеб, чтобы терпеть мои выкрутасы. Адвокат просто развернется и уйдет, оставив меня наедине с финансовыми проблемами.
Так что пришлось согласиться на ряд ограничений, но это мелочи по сравнению с тем, что я вернулась в Россию и даже могу повидаться с подругой! Я ничего не сообщила Варе о своем приезде, иначе какой из этого выйдет сюрприз?!
Выйдя из самолета, вдохнула полными легкими воздух и едва устояла на ногах.
— Прошу в машину! — рядом появляется двухметровый охранник, показывая в сторону массивного тяжелого внедорожника.
Я ни черта не понимаю в машинах, но почему-то уверена, что он усиленный и с бронированным стеклом. Я словно отправляюсь на войну…
До Вари ехать целый час. Пейзажи мелькают быстро. Я не могу оторвать взгляда от видов за окном и бесконечно расправляю ленты банта на упаковке с винтажным подарком.
Мое беспокойство передается малышам, они крутятся беспокойно и пинаются всюду, куда только могут дотянуться.
— Тише-тише, — говорю вполголоса, поглаживая себя по животу.
* * *
— Через две минуты приедем, — информирует меня водитель внедорожника.
Второй охранник рядом сверяется с телефоном и пристально осматривается по сторонам, выглядывая потенциальную опасность.
Понятия не имею, где шкафов нашел Адвокат, но выглядят они весьма внушительно. За этой машиной на некотором отдалении колесит и вторая, тоже с охраной.
Я почти как президент! Настроение парит на высоте!
Вот и дом Вари. Точь-в-точь такой, как она рассказывала и показывала на фотографиях!
Возле дома припаркована машина, внедорожник типа пикап, возле него курит мужчина. Кажется, это муж Вари, Ринат. Он разговаривает с кем-то, курит неспешно, но заметив машину, в которой нахожусь я, настораживается.
— Это муж подруги, я его знаю. Сидите на месте! — тараторю быстро и вылетаю из машины, забыв даже о беременном животе.
Увидев меня, муж Вари замер и даже сигарету выронил. Я, конечно, ждала, что мне удивятся, но не настолько же! Он словно остолбенел и, проморгавшись, тянется к двери машины, пытаясь ее закрыть.
Именно в этот миг я всей кожей начинаю чувствовать подвох. Еще не вижу того, кто сидит на заднем сиденье, просто ощущаю знакомые волны, вибрации и тоже замираю на месте.
Всего на секунду!
Потом подхожу быстрым шагом и заглядываю внутрь машины.
Глеб. Бекетов!
Живой! Осунувшийся и побледневший, что почти невозможно, при его-то светлой коже, но… факт, что это он! Коротко, почти под ноль постриженный, ошеломленный.
Пальцы замерли возле губ с тлеющей сигаретой.
Эти губы сводили меня с ума, а его пальцы управляются с женским телом так же умело, как с оружием.
 
Сейчас они дрожат. Кончик тлеющей сигареты выплясывает.
— ТЫ?! — спрашиваю яростно. — О боже! Ты…
Перед глазами все плывет, двоится, расползается на отдельные кляксы! Хватаюсь за дверь, чтобы не упасть.
— Ты жив!
Глеб отшвыривает сигарету и яростно смотрит на мужа Вари.
— Ринат, ты это подстроил?! Какого хера…
Я отшатываюсь от этих слов.
Значит, Глеб мне совсем не рад?!
Точно не рад. Смущен. Зол. С места не двигается, переводит взгляд с меня на Рината и обратно, потом пялится на мой круглый, как арбуз, живот.
— Ты жив! Черт побери! Бекетов, гад! Мерзавец! Ты жив и даже весточки мне не подал! — бью его по плечам и груди свободной левой рукой. — Подлец! Я чуть с ума не сошла, а ты жив и… и…
Меня осеняет догадкой.
— И дружишь с этой семьей! Варя и Ринат. Ринат! Как я сразу об этом не догадалась! Ты как-то упоминал его имя вскользь, прямо ничего не говорил, но я должна была догадаться, что это все подстава!
— Мари, нужно поговорить, — хрипло говорит Глеб. — Не здесь.
— Ах не здесь?! Я думала, что умру! Места себе не находила, а ты все это время знал обо мне, узнавал через друзей. То есть через своих друзей, для меня-то они фальшивые, подсадные утки! У-у-у-у… Ненавижу! Ненавижу тебя!
— Марианна? — звучит еще один голос.
— Варя, не вмешивайся. Пошли в дом, — негромко просит Ринат.
Разворачиваюсь в сторону подошедшей женщины быстрее смерча.
— Подлая. Лживая гадина! Я верила, что ты моя подруга! Верила, а ты, оказывается, была фальшивкой! — говорю со слезами на глазах.
— Марианна, позволь объясниться?! — умоляюще просит Варя, сложив ладони вместе.
— Нет! Ничего не желаю слушать! Никого не желаю слушать!
Начинаю пятиться.
— И не трогайте меня! Не трогайте!
К слову, меня никто трогать и не собирается. Глеб так и сидит, без движения, пугающе-бледный, почти белый, как призрак. В какой-то момент я даже начинаю думать, что у меня галлюцинации, и он мне просто привиделся.
Подскочив к нему, трогаю за плечо.
Живой. Обжигающе горячий.
Черт!
Он протягивает руку в мою сторону, я шарахаюсь от него в противоположную сторону.
— Идите вы все к черту! Лгуны!
— Марианна, мы можем все объяснить, — пытается взять ситуацию в свои руки Ринат.
— Нет! Ничего мне объяснять не стоит! Слишком поздно. Мне здесь не рады, видно сразу. Счастливо оставаться! — швыряю коробку с подарком на асфальт.
Фарфор звонко бьется, но я почти слышу его звон, гораздо громче звучит шум пульса в ушах, а разбитое сердце едва стучит.
Убегаю обратно к машине охраны. Позади звучат голоса, раня извинениями, но еще больше ранит, что Глеб даже не шелохнулся.
Забираюсь внутрь, поймав твердую ладонь охранника. Он запрыгивает следом и захлопывает дверь.
— Куда?
— Быстро к самолету! — командую! — Живее!
Машина резко стартует с места, я вижу, как за машиной спешит Варя, а за ней Ринат.
Но только не Глеб. Он сидит, как приклеенный, и даже не соизволил выйти из машины, чтобы обнять, успокоить. Хотя бы просто отойти в сторону и поговорить!
Правда в том, что ему плевать. Всегда было плевать.
Беременность стала слишком проблемной. Он…
О черт, как я была слепа! Бекетов и не планировал меня вытаскивать из Европы, нарочно закрыл, создал таинственность, а сам по семьям друзей спокойно разъезжает, наносит светские визиты.
Вот и вся правда.
Я несколько месяцев жила по уши в патологической лжи, считала друзьями тех, кто ими изначально не был!
Но хуже всего — равнодушие Глеба.
Хватит обманывать себя. Он меня никогда не любил и не полюбит!
* * *
Вся дорога обратно до самолета проходит для меня как будто во сне. Глаза полны слез, душа в ошметки…
Я гипнотизирую взглядом телефон, кусая губы. Пусть Бекетов мне хотя бы позвонит, умоляю мысленно. Объяснится…