Смутные времена Лепрозория (СИ)

А наверху Винсент — единственный в безопасности.
Что-то внутри Ирмы рвалось Торе и Райге на помощь. А что-то голосом Хайме повторяло — бери ношу по силам, этого будет достаточно.
По силам…
Ирма взяла Рики за шиворот и поволокла за ворота, в безопасность.
Сперва — его маленькая жизнь. А потом нужно будет выждать и как можно незаметнее сбежать к источнику, который в своей прохладе качает банки с кошачьей кровью. Кто бы ни выжил — она пригодится.
И это — по силам!
По маленьким силам маленькой кошке!
***
Бой длился долго.
Всезнающий — знал, каким будет каждый удар Райги.
Всевидящий — видел, куда он метил.
Всеслышащий — слышал, когда к Нему пыталась зайти сзади Тора.
И каждый удар Райги проходил будто вскользь. Надоедая.
Самсавеил играючи отражал атаки — катаной, и короткий вакидзаши скользил по лезвию; крылом, отбрасывая Райгу снова и снова, как куклу-марионетку; рукой, обрушивая вместе с ударом пламя или воду. По нижнему храму сочился туман из лиловых кумо, которые так и норовили ожечь могильным холодом, пробирающим до самого костного мозга.
Райга — продолжал. Снова и снова отражая удары катаны. Снова и снова вставая с мраморных плит и бросаясь в бой. Снова и снова уворачиваясь от стихий. Снова — атакуя ритуальными ножами, взрезая священную плоть. И это лишь на толику сдерживало Самсавеила, да и то — будто не всерьез.
На пол капала кровь. И запах ее, застыв в переносице, отзывался железным привкусом во рту.
Кап. По бело-лиловым перьям.
Кап. По черной форме и лиловому хаори.
Кап. По катане, по вакидзаши.
Кап. Из-под ритуального ножа.
Кап.
Кап.
Кап.
Бурые пятна были расчерчены когтями, босыми ногами и длинными перьями. Кровь смешивалась со священной водой, иссушивалась священным пламенем. И капала — снова и снова, больше и больше.
Лиловый купол трещал и искрил, соединяя все новые копья.
Седьмое копье колыхнуло паутину, растягивая ее.
Самсавеил вскинул голову, совершенно не заботясь о том, что тем самым пропускает удар под ребра. Да и его Он не заметил вовсе.
Все Его внимание было приковано к Торе, бегущей вдоль слабой лиловой границы с восьмым копьем.
— Я же сказал, ты — мешаешь! — Самсавеил взмахнул рукой, и мощный порыв ветра подхватил кошку и впечатал в огромную статую змеи.
С чудовищной силой ее вмяло в камень. А следом копье ударило в грудь.
Острие копья вдавило броню в ребра, ломая их.
Броня выдержала.
Древко разлетелось в щепки.
Удовлетворенно хмыкнув, Всемогущий опустил взгляд на Райгу, сжигающего крылья.
— Ах, ты, наверное, хочешь сказать, что я не должен отвлекаться? — Самсавеил цокнул языком и переключился на него. — Как же сильно вы привязаны друг к другу. Привязанность — губит!
Райга молча продолжал атаковать, дыша собственной кровью.
Взмыв, Самсавеил устремился к самому тонкому полотну барьера и коснулся его крылом.
Лиловый купол недружелюбно заискрил, отталкивая его. Но все же сопротивление его было слишком слабым. И если хоть немного постараться — его можно было разрушить.
Райга атаковал в спину сразу двумя ритуальными ножами — последними. И оба они вошли под лопатки, перекрывая поток энергии и кровяные русла. Должны были, но…
— Теперь ты — мешаешь! — Самсавеил отмахнулся тремя крыльями, отбрасывая Райгу на другой конец купола. — Когда тебе уже надоест?
Райга кувыркнулся, припал на лапы и встал. И снова — подошел у нему. Уже не подбежал. Лишь подошел, держась за вспоротый бок. Вытянул вакидзаши, призывая продолжить бой.
Самсавеил украдкой взглянул на лежащую в груде камней и истекающую кровью Тору. Мешать не будет. Да и больше нечем. И кивнул, принимая вызов.
Они снова схлестнулись в бою.
***
Тора открыла глаза и до скрежета стиснула зубы — ребра болели на каждый вдох.
— Тише… тш-ш-ш, — донеслось у самого уха. И одна из глыб покатилась с доспеха на пол. Ирма, только столкнув ее, снова сжалась в комок и с опаской посмотрела на дерущихся.
 
Упершись руками в камни и плиты, Тора села.
— Они заняты, — решительно бросила Ирма и потянула ее на себя, помогая встать.
Тора качнулась, падая ей на плечо, и ее тут же вывернуло кровью.
— Тш-ш-ш, прости-прости, — Ирма торопливо вытерла ей губы рукавом. — Стоять можешь? Пойдем вниз…
Тора замотала головой:
— Стоять — не могу, — и снова глубокий вдох до дикой рези. — Бежать могу!
Ирма даже не успела среагировать, как Тора кинулась к копьям.
Наконечник копья остался лежать в груде камней.
Тора продолжала забивать в податливые мраморные плиты новые копья. Девятое. Десятое. Одиннадцатое.
Райга — продолжал вертеться вокруг Самсавеила, мешая ему в тесном куполе. Чем сильнее становился купол с каждым копьем, тем дальше он оттягивал Самсавеила — в центр.
Последнее целое копье вошло рядом с первым, оставляя полупрозрачную брешь — между ними должно было быть еще одно.
Но его не было.
Больше не было.
Лиловые письмена сияли внутри наконечников копий, и по всему храму разносился шепот черных кумо, заточенных в них. Зловещий, чужеродный шепот на незнакомом языке.
Самсавеил усмехнулся, тоже заметив брешь.
— Видишь, все бесполезно, — махнул Он рукой в сторону бреши, за спину Райги. — А раз так, можно заканчивать. Рядом священные воды. Думаю, годик лежания в них угомонят вас троих. Может быть, даже созерцание трупа твоей новой любимой образумит тебя, и ты наконец-то поймешь Меня.
Всесильный — вскинул руку с сияющей огнем катаной.
Тора, встав между двумя копьями, в брешь, подняла над головой ослепляюще белый клинок бо.
Верховный шисаи пригнулся, готовый отразить удар.
— Райга, бей мечом левее и вперед! — закричала Тора.
Самсавеил, смеясь, ударил. Правее, предугадывая атаку.
Райга ударил тоже — правее, вспарывая живот танто. И отскочил назад. Назад и назад — от пламени, стегнувшего будто плетью.
Проскользил между ног Торы на собственной же крови.
И в то же мгновение клинок бо, вонзившись в плиту, замкнул купол из лиловой паутины.
Внутри остался только Самсавеил.
Тора с минуту стояла, привалившись на навершие бо всем телом и едва слышно хрипела:
— Больно. Больно. Как же больно. Кумо… как больно…
Слезы градом катились по ее лицу и разбивались брызгами от стальных пластин на перчатках.
Угрожающий стрекот одиннадцати черных кумо и маленького осколка Евиной души в бо вдруг стих. Самсавеил покрутил головой и сел на пол, скрестив ноги. Сложил шесть белоснежных крыл. Положил руки на колени и закрыл глаза.
Тора обессиленно рухнула рядом с куполом и заскулила.
— Ирма… Ирма, миленькая, — заплакала она, давясь слезами вперемешку с кровью.
Но было тихо. Совершенно тихо.
— Ирма… — всхлипнула Тора в последний раз и потеряла сознание.
Медичка осторожно вышла из-за разбитой статуи змеи с парой банок крови. Подошла сперва к Верховному шисаи и бережно перевернула его на спину.
Охнула, приложив пальцы к губам.
Пресвятой Самсавеил, сколько же ран было на его теле. Ни одного живого места. Форма и хаори — в лоскуты! А под ними сплошное месиво!
Чуть поодаль лежала Тора. Мертвая или живая — доспех скрадывал каждый вдох.
В куполе — Всемогущий Бог. Как мотылек в паутине.
Ирму передернуло.
— Винсент! — крикнула она, закатывая рукава повыше и растирая ладони. — Ви-и-инс, помоги мне!
По ступеням заклацали когти. Рыжий кот опасливо обошел перевязанного Рики и просунул голову в храм.
От ужаса шерсть встала дыбом на загривке.
— Вы поймали Бога?! — закричал он, сорвавшись на хрип.
 
— Они, не я… Мне не по силам, — медичка замотала головой. — Мне по силам только спасти им жизни после этого. На большее я не способна. Большего мне и не нужно.
Она улыбнулась и провела ладонями над телом Верховного шисаи. Теперь она чувствовала, что и где нужно лечить в первую очередь. Щелкнула пальцами, вызывая огонь, и искупала в нем иглу. Теперь она знала, как можно их спасти.