Красавчик (ЛП)

Как ни странно, во всех остальных аспектах, моя жизнь фантастическая. Лофт Майкла в Сохо настолько великолепен, что кости ломит от зависти. Насколько помню, он из семьи королей Нью-йоркской недвижимости и, вероятно, может себе позволить не работать ни дня, если захочет. И я бесконечно благодарна ему за предоставленную возможность.
Этот проект — воплощение мечты. Я каждый день с нетерпением жду возможности поработать. Сталкиваюсь с бесстыдно флиртующими оскароносными актерами, а также молодыми звездами Голливуда, которые ведут себя как мальчишки-переростки, что, к несчастью, слишком напоминает мне Финна и его парней.
Я все жду, что кто-нибудь проявит высокомерие или поведет себя как мудак, но этого не происходит. Словно звезды сошлись, и судьба говорит, что это именно то место, где я должна быть.
Ненавижу судьбу.
Я сижу в залитой солнцем гостиной лофта Майкла, свернувшись калачиком на огромном итальянском кожаном диване, и ем нью-йоркский рогалик с яблочной корицей и сливочным сыром, когда раздается звонок от Финна.
Можно было догадаться, что он объявится, когда я в самом довольном состоянии из возможных с тех пор, как ушла от него. Лицо покалывает от жара, сердце колотится, я смотрю на телефон, его имя горит на экране, словно хочет материализоваться и укусить.
Не хочу брать трубку. Но проклятый телефон не умолкает. Он звонит и вибрирует, заставляя дребезжать кофейный столик. Впиваюсь пальцами в бедра. Финн.
Ответь, размазня, это, черт возьми, всего лишь Финн, а не Сатана.
Фыркнув, хватаю трубку.
— Привет. — У меня голос, будто я ела стекло.
— Привет. — Тембр его голоса грубый и неуверенный, проникает и впивается между ребер.
Закрываю глаза и прижимаю колени к груди, словно могу защититься от него.
Финн прочищает горло, но ничего не говорит.
— Я должна была позвонить тебе.
— Я хотел тебе позвонить.
Мы перебиваем друг друга, и парень издает тихий смешок, прежде чем его голос понижается, становясь жестким и натянутым.
— Ты бросила меня.
Осколок вины пронзает сердце.
— Я сказала, что уезжаю.
— Не так. Ты даже не попрощалась.
— Прости.
— Это больно, Чесс. Мы заслуживали большего.
Комок подступает к горлу.
— Знаю. Это было некрасиво.
Финн долго молчит. Но когда, наконец, заговаривает, это вымученный порыв.
— Я водил Бритт на ужин.
Когда слышу эти слова от него, все становится более реальным.
— Знаю, видела фотографии. — Облизываю губы и ощущаю вкус соли. Еще одна крупная слеза скатывается по носу, и я смахиваю ее.
Финн издает звук.
— Этого я и боялся.
Не знаю, что на это ответить, поэтому молчу.
Он вздыхает, протяжно и устало.
— Хотел, чтобы ты услышала об этом от меня.
Накатывает волна головокружения, и я кладу голову на подушку дивана.
— Я пытаюсь быть ей другом, — продолжает он. — Как ты и советовала.
Он что, старается меня успокоить? Только я не чувствую покоя. Я чувствую себя жалкой. Вытираю глаза.
— Это хорошо. Ей нужен друг.
От того, что это правда, мне не становится легче, когда я представляю их вместе.
Повисает молчание.
— Как работа? — выпаливает Финн, словно приложив усилие.
— Хорошо. Отлично. Завтра снимаю «Мстителей». Ну, ребят, которые их играют.
В трубке раздается сдавленный звук и затем резко обрывается.
— Голые мстители?
Я почти улыбаюсь.
— Они будут с оружием. Железный человек наденет перчатку.
— Ну, по крайней мере, хоть его рука будет прикрыта, — ворчит Финн.
Мои губы вздрагивают. Но этого недостаточно. Наше непринужденное общение в прошлом. И мы снова погружаемся в тишину.
Когда Финн заговаривает вновь, его голос такой низкий и хриплый, что я почти его не слышу. Почти.
— Я скучаю по тебе.
Сердце стучит о ребра, я сжимаю телефон.
— Я тоже скучаю.
Скажи, чтобы я вернулась. Скажи, что я тебе нужна.
— И все же, ты была права, — хрипло произносит он, прежде чем прочистить горло. — Мне нужно было кое в чем разобраться. Понять, что важно.
Что-то внутри меня ломается. Думаю, это мое сердце. Прерывисто вздыхаю.
 
— Мне тоже. — Не плачь. Ты в порядке. В порядке. — Эта работа, словно сбывшаяся мечта. На самом деле, правда. Отличная.
Очень содержательно. И твой голос совсем не звучит так, будто ты разваливаешься на части.
Он медлит.
— Я рад. Ты заслуживаешь… хорошего. Мы вышли в плей-офф.
— Слышала. Я... так счастлива за тебя.
Кто-то на заднем фоне зовет его. Закрываю глаза, понимая, что мое время вышло. Теперь он говорит громче, но более отчужденно.
— Я должен идти.
Ощущаю каждую милю ледяной пропасти между нами.
— Ага. Я тоже. Много дел… — с трудом сглатываю.
— Это хорошо. Я рад.
Боже, мы ужасны.
— Удачи, Финн.
На том конце провода так тихо, и я уже решаю, что он повесил трубку. Но затем раздается его голос, мягкий и полный сожаления:
— Спи спокойно, Чесс.
Только после того, как связь прерывается и я возвращаюсь к работе, вспоминаю, что он говорил мне эти слова раньше. В ту ночь, когда мы случайно встретились, и я оставила его у двери своей квартиры, намереваясь убраться от него подальше.
ФИНН
ДВЕРЬ в квартиру распахивается. Я даже не утруждаюсь поднять взгляд от телевизора. Знаю, что это все равно не тот человек, которого я хочу видеть. Слышится звяканье ключей, и в комнату входит Чарли.
— Мэнни, — говорит парень, глядя то на меня, то на телевизор. — Что смотришь?
— «Одиночки», — мой голос скрипит как ржавый металл.
Чарли усаживается рядом.
— Ни разу не видел.
— Упустил возможность насладиться великолепием Клиффа Пуансье и группы Citizen Dick.
— Citizen Dick? — усмехается Чарли.
Стреляю в него взглядом.
— Их недооценили.
— Как скажешь.
Мы смотрим пару минут. Всякий раз, как Стив и Линда появляются на экране, у меня ноет в груди. Ты разбила ему сердце, Линда.
Да, я чертов мазохист.
— Похоже на фильм для цыпочек, — ни с того ни с сего заявляет Чарли.
— Если верить Чесс, любой фильм — это фильм для цыпочек. — мне нелегко произносить это имя вслух, но я отказываюсь превращать ее в фантом.
С минуту он молчит.
— Думаю, она права.
— Как правило. — Блядь. Мне нужен антацид.
Чарли поворачивается ко мне.
— Ты с ней разговаривал?
— Да.
Я не собираюсь распространяться о катастрофе, в которую превратился этот телефонный звонок. Разговор получился настолько натянутым, словно нам рвали зубы, только чтобы вытянуть хоть слово.
Его взгляд красноречив.
— Собираешься забрать её?
Когда работа её мечты самом разгаре? С Мстителями? Как, мать твою, я могу конкурировать с Железным Человеком? Или, черт возьми, Тором?
— Она не заблудилась, Чарльз.
Он достает из рюкзака бутылку зеленого сока и протягивает мне.
— Самое время отправляться на игру.
В обычный день я бы сел за руль сам. Но сегодня игра плей-офф. Чарли предложил подбросить меня до стадиона, и я догадался, что он действительно очень хочет меня подвезти. Хочет быть частью этого. Он это заслуживает. Так что, сегодня у меня есть шофер, пусть и ворчун.
— У нас еще как минимум пятнадцать минут в запасе. — Поскольку бутылка уже у меня в руке, открываю её и делаю глоток. Не скажу, что люблю зеленый напиток здоровья, потому что мои вкусовые рецепторы все еще работают, но он действительно посылает хороший заряд энергии в организм.
— Поехали, проведем их на стадионе, — говорит Чарли.
Чарли не любит ходить по краю. Вздохнув, я поднимаюсь на ноги.
— Отлично. Давай выиграем этот матч.
Чарли тоже встает и пультом выключает телевизор.
— По пути поработаем над уровнем твоего энтузиазма.
ХОТЕЛОСЬ бы думать, что я хороший актер. Но, похоже, сегодня моей игры недостаточно. Невзирая на то, что я выворачиваюсь наизнанку и показываю весь энтузиазм, на какой способен, как только наступает перерыв, и мы выслушиваем все возможные инструкции, Джейк плюхается на скамейку рядом и толкает локтем в ребра.