Черное зеркало
Она раскрыла сумку, достала оттуда запечатанный конверт. Разорвала его и вынула несколько листков бумаги, а также четыре или пять фотографий. Рукав ее плаща немного задрался, и в глаза Игорю сразу бросился небольшой глубокий шрам на тыльной стороне левой руки. Галина Николаевна перехватила взгляд. Усмехнулась, но ничего не сказала. Начала перелистывать машинописные страницы.
— Подумать только! — со смехом воскликнула она. — Тут и про меня есть, оказывается… Ну-ка, любопытно взглянуть, что обо мне в органах известно…
Она пробежала глазами текст. Разочарованно скривила губы. Отложила лист в сторону. Просмотрела другой. Передала Игорю.
— Можете ознакомиться, — презрительно хмыкнула она. — Неважно ваши информаторы работают. Ничего интересного.
Игорь взял листки, впился в них взглядом. И понуро опустил голову.
Там было написано, что такая-то гражданка Российской Федерации родилась там-то и тогда-то, где-то работала, чем-то награждалась. Была незаконно репрессирована, затем реабилитирована, после чего работала в школе преподавателем биологии… И вообще очень хороший и добропорядочный человек, невинно пострадавший во времена сталинских бесчинств. Сейчас находится на заслуженном отдыхе… И все.
Галина Николаевна искоса взглянула на него и невольно улыбнулась.
— Удовлетворены? — ласковым голосом спросила она.
Игорь молча кивнул головой.
— И стоило ради этого рисковать жизнью своего друга? — усмехнулась она. — Если бы я знала, что в этой бумаге Написано, то не стала бы своих девочек беспокоить…
Она продолжила чтение.
— Так-так… Снегирева Нина Леонидовна… Это ваша соседка, что ли? — рассмеялась Галина Николаевна. — Ее-то вы с какой стати проверять вздумали? Божья овца… Так, кто там у нас еще?.. Иванова Валентина Юрьевна… Это еще кто такая? — повернулась она к Игорю. — Ах да, вспомнила! Это та рыженькая девочка, которая экстрасенсом притворяется… Ясно. Ну, Игорь, как вам не стыдно!.. Это же совсем несерьезно…
Она перелистнула еще несколько страниц. И внезапно глаза ее превратились в две холодные льдинки, угрожающе фосфоресцирующие сквозь стекла очков.
Взяла фотографию, долго смотрела на нее. Потом снова взялась за бумаги. Дважды внимательно перечитала их. Свернула и спрятала в своей сумочке. Задумалась. Вынула из пачки сигарету и долго молча курила. Затем обернулась к Игорю.
— Как часто вы видели эту даму? — спросила она.
— Какую? — не понял Игорь.
— Не валяйте дурака! — резко бросила она. Зло сверкнула ледяными искрами. — Вы прекрасно знаете, о ком я говорю. Это же по вашему идиотскому списку данные собирались!..
Игорь вспомнил ту даму. «Екатерина Вторая» — так условно для себя, не зная ни ее имени, ни родственных отношений к семье Ларисы, определил он ее.
— Впервые видел. Ни до, ни после похорон никогда ее не встречал, — ответил он.
— Хорошо, — кивнула Галина Николаевна, пытливым взглядом заглянув Игорю в самую глубину его глаз. — Верю вам. И советую забыть ее раз и навсегда. Понятно?
Некоторое время ехали молча. Прислужницы Галины Николаевны за весь путь не проронили ни слова. Игорь сидел между двумя крепко сбитыми высокими девицами и, помня наставление старшей подруги своей бывшей жены, старался не прикасаться даже к их одежде, хотя, несмотря на необычность ситуации, руки сами тянулись к общению. Приходилось довольствоваться ощущением близости притиснутых к нему с обеих сторон сильных и упругих бедер.
И трудно было представить и убедить себя в том, что эти бедра, эти руки, эти стройные фигуры и изысканно-красивые лица, с большими голубыми глазами и длинными ресницами — принадлежали жестоким и беспощадным убийцам его чудаковатого, ни в чем не повинного друга…
Галина Николаевна покосилась на Игоря. Усмехнулась.
— Да не нервничайте вы так, — успокаивающе произнесла она. — Вы будете у меня. Под моей защитой. И можете поверить, это надежная защита… Мне нужен помощник. Такой человек, как вы. Тем более что я вас уже давно и хорошо знаю. И тем более что, несмотря ни на что, вы везунчик. Вас, как я успела заметить, ничто не берет… — многозначительно добавила она. — Не беспокойтесь, вам у меня понравится…
Уловив в голосе Галины Николаевны какие-то странные непонятные нотки, Игорь удивленно посмотрел на нее. И вдруг словно пелена спала с его глаз. Он увидел, как она, несмотря на свои годы, поразительно молодо выглядит. И как она на самом деле необычайно красива. Наваждение какое-то…
— Только не питайте, пожалуйста, на мой счет никаких иллюзий, — словно прочитав его мысли, усмехнулась Галина Николаевна. Затем, помолчав немного, весело подмигнула ему: — Я вам не Нина Леонидовна…
И внезапно громко и зло расхохоталась.
Игорь побагровел от смущения и опустил глаза.
Валькирии, словно каменные изваяния, никак не реагировали на этот диалог, молча устремляя ничего не выражающий и как будто ничего не видящий взгляд своих голубых фарфоровых глаз прямо перед собой…
Глава 7
Черный автомобиль остановился на одной из линий Васильевского острова.
Валькирии вышли из машины, помогли выйти и Галине Николаевне. Затем одна из них приглашающе поманила Игоря. Накинула на запястье платок, чтобы не привлекать взгляды случайных прохожих к браслету с оборванной цепочкой, и мягко подтолкнула его к подъезду. Он вошел, поднялся на несколько ступенек и через отворенную дверь на первом этаже ступил на порог незнакомой, но самой обыкновенной питерской квартиры.
Оказавшись в прихожей, группа остановилась. Одна из девиц откинула полосу линолеума в углу, скрывавшего крашеный дощатый пол, и Игорь заметил аккуратно вложенное в углубление металлическое кольцо. Валькирия потянула за это кольцо и подняла квадратную крышку люка, открывавшего вход в какой-то темный не то погреб, не то подвал. Вниз вела узкая лестница.
Галина Николаевна, Игорь и три девицы, оставив четвертую наверху, спустились в погреб. Зажегся свет. Игорь огляделся. И невольно отметил про себя, что это помещение можно было бы использовать под фотолабораторию. Квадратное, без окон, с кирпичными стенами и довольно высоким потолком, позволяющим стоять в полный рост, не нагибая головы. В углу помещался большой письменный стол, над которым висела подвешенная на шнурке голая лампочка. Другой угол загромождали какие-то ящики, поставленные друг на друга, пара чем-то туго набитых мешков и старый венский стул с покосившейся ножкой. Большой, с толстыми деревянными полками стеллаж полностью скрывал одну из боковых стен и был заставлен побуревшими растрепанными книгами, затянутыми толстым слоем пыли стеклянными банками и бутылками…
Одна из валькирий взяла Игоря под руку и подвела его к темному углу, наискосок от письменного стола. Там оказался не замеченный им ранее закуток, нечто вроде ниши, не более полуметра глубиной, напоминающий стенной шкаф, но без полок и с кирпичными стенками.
Неожиданно для Игоря противоположная стенка его как-то сама по себе отъехала назад, в глубь ниши, и по обеим сторонам от нее образовались две широкие щели, открывающие два прохода — вправо и влево. Если правый проход тут же, буквально через два шага прерывался наглухо забетонированной стеной, то левый уходил куда-то вдаль, и конец его терялся во тьме. Игоря втолкнули в левую щель, и он, сопровождаемый молчаливыми блондинками, через десяток метров оказался на узкой винтовой лестнице с каменными ступенями, уходящей глубоко вниз. Тусклый свет внезапно осветил ступени и круглые, выложенные почерневшим, закопченным кирпичом стены с нацарапанными на них какими-то непонятными знаками и письменами.
Спустившись по лестнице на самое дно, они очутились перед массивной металлической дверью, которая мгновенно распахнулась без малейшего скрипа. Вперед вел длинный коридор со сводчатым потолком, выложенный таким же закопченным кирпичом, заканчивающийся либо тупиком, либо скрытым во мраке поворотом.
Галина Николаевна повернулась к Игорю.