Выбери супруга, фея! (СИ)
Резной камин завершал убранство небольшой, но роскошной комнаты. Ашер небрежно махнул рукой и в камине весело затрещал огонь, согревая прохладное помещение. Затем Ирис был помещен на кровать и наконец мог расслабиться после утомительного путешествия.
Ашер подошёл к окну, отдернул шторы и распахнул окно. В комнату ворвался свежий ветер вместе с оглушительным пением птиц и нарушил тишину дворца драконов.
— Ванная и уборная там, — Ашер снова махнул рукой и в стене справа от камина распахнулась неприметная дверца, — а еду сейчас принесу. Хватит притворяться, симулянт! — король Фей подмигнул Ирису и вышел из комнаты.
Он вскоре вернулся с огромным подносом, на котором стояли тарелки с вяленым мясом, колбасами, салатом, фруктами и сыром. Посередине всего этого великолепия находилась высокая, темно-зеленая бутылка с вином.
— А сейчас мы можем спокойно поговорить, Ирис. Здесь нас никто не услышит, Тьме и ее соглядатаям нет сюда доступа. Но окно на всякий случай закроем, — сказал Ашер, осторожно ставя поднос с яствами на стол и возвращая окну вид, который был до их прихода.
Ирис начал растирать затёкшие конечности, внимательно глядя на Ашера. Затем он встал и, покачиваясь, направился в уборную. Ирис чувствовал, что его сил прибавилось и мысленно поблагодарил мать за ее искусные исцеляющие и укрепляющие зелья. Вернувшись, Фейри обнаружил Ашера, разливающего вино и нагружающего яства в обе тарелки.
— Держи, брат, — произнес Ашер, протягивая Ирису бокал с бордовым ароматным вином.
Ирис протянул руку, понюхал вино и осторожно отглотнул.
— Это драгоценное исцеляющее вино, из запасов отца, — неспешно произнес Ашер. — Пей смело, не захмелеешь. — А теперь — разговор, — добавил он, указывая Фейри на стул возле себя.
— Ответь мне на один, давно мучающий меня вопрос, Ирис, — сказал Ашер, делая глоток вина и отправляя в рот кусок жёлтого ароматного сыра. — Зачем Тьме столько светлой энергии правителей Фей? Она же, после поглощения этого количества света должна поменять свою суть и перестать быть Тьмой? — он поставил бокал на стол и посмотрел в глаза Ириса своими фиолетовыми, немного раскосыми глазами.
Ирис икнул, отпил вина, неспешно взял в руки кусок вяленого мяса, поставил бокал на стол и произнес:
— Заговор. Уничтожение королевской династии. Карта есть?
Ашер кивнул, махнул рукой, дверь в комнату распахнулась и вместе с воздушным вихрем появился большой свиток, развернувшийся и застывший в воздухе перед собеседниками.
Вдруг раздался ужасный металлический скрежет и оба мужчины вскочили на ноги.
— Что это, Ашер? — воскликнул Ирис, кладя руку на рукоятку своего меча, висевшего на поясе.
— Сигнальная система сработала. Гости! Сиди здесь! — и он стремительно вышел из комнаты.
Ирис остался сидеть на мягком резном стуле, потягивая вино и пробуя впервые в жизни вяленое мясо. Оно оказалось вкусным и довольно быстро насыщало пустой желудок голодного парня. Он задумчиво смотрел на карту и бормотал себе под нос:
— Такое море светлой магии, куда она может деваться?
Взгляд Фейри блуждал по местности своего королевства, изображённой на карте Ашера и вдруг, остановившись в одной точке, замер.
Ирис хлопнул себя по лбу и воскликнул:
— Ну конечно же, озеро!
Услышав тяжёлые шаги за дверью и мужские голоса, в одном из которых он узнал голос Ашера, Ирис снова взялся за рукоять меча.
Дверь распахнулась и Фейри узнал в вошедшем госте Шервааля, только весьма потрепанного, какого-то поклеваного, судя по множеству мелких точечных углублений на открытых участках кожи и в порванной одежде.
Демон вошёл в комнату, устало опустился на стул и принял от вошедшего следом за ним Ашера бокал целебного вина.
— Рассказывай, Шервааль, — произнес хозяин дворца и занял последний свободный стул возле гостя.
Ирис просто вопросительно посмотрел на Шервааля и его глазах читалось недоумение, вызванное внешним видом демона:
— А как же хваленая регенерация демонов, всемогущая магия высших?
Шервааль вздохнул, попытался открыть рот и сказать слово, но из его горла не вылетело ни звука. Он изумлённо посмотрел на Ашера, затем на Ириса и схватился за горло.
— Такое было с Вербеной, когда к ней прилетал ворон Тьмы, — сказал Ирис.
Ашер молча взял бокал вина и стал заливать его бокал за бокалом в рот демону. После третьего бокала Шервааль закашляся и смог наконец произнести:
— Кхм.
Затем он сам налил себе и выпил четвертый бокал и смог наконец говорить хриплым низким голосом:
— Я давно подозревал, что в этой истории с Тьмой что-то неладно. Не нужно настоящей Тьме столько света, сколько содержится во всех правителях Фей. И Тьма эта какая-то ненастоящая, с искрами. Наша Тьма — сплошное чёрное пятно.
Полетел я на озеро, пожелав узнать разгадку этой тайны и увидел на дне его русалов, поливающих алтарь ведрами с кровью. И пока я, пораженный увиденным, разглядывал происходящее, из алтаря показался глаз, налитый кровью, и посмотрел на меня. Это существо показало на меня своим кривым черным пальцем и я, высший демон, испугался и бросился наутёк. Тут же на меня набросилась стая воронья, стараясь заклевать до смерти. Не знаю, как я до вас добрался.
Шервааль замолк, положил в рот кусок вяленого мяса и принялся его медленно жевать.
— Русалы столетиями восстанавливают силы Проклятого Бога? — прошептал Ашер, вскочил с места и принялся ходить из угла в угол по комнате.
— Что это ещё за Проклятый Бог? — изумлённо спросил Ирис.
— Когда был создан наш мир и Светлые Боги устанавливали равновесие сил Света и Тьмы, Добра и Зла, они пригласили Темного Бога с далёкой планеты, поскольку сами были светлыми и не могли создать Тьму, также необходимую для нашего мира. Темный Бог поделился со Светлыми своей Тьмой и в результате были созданы расы — феи, орки, демоны, гномы, эльфы и русалы. Но Темный Бог начал вести свою игру и вливать Тьму в созданные светлые расы — эльфов, фей, добавлять Тьмы в большей концентрации остальным расам. В результате разгорелись войны и жестокость стала положительной чертой характера, необходимое для выживания. Светлые Боги, узнав об этом, разгневались и заточили Темного Бога на дно озера, запечатав его в алтаре. Говорят, Проклятый Бог мог превращаться в черного ворона, чтобы творить свои черные дела. Зачем русалам понадобилось возвращать его к жизни?
— И где сейчас эти Светлые Боги? — спросил Ирис.
— Они отправились создавать другие миры, их нет, — устало произнес Шервааль. — Что делать будем?
Глава 24. Ребенок
Сказать, что Розалинда была в шоке, это ничего не сказать. Во-первых, она отложила яйцо во сне и не сразу это обнаружила. Как-то ночью ей приснился дивный сон, в котором она увидела себя белоснежной птицей, парящей в небесах над светло-коричневыми скалами, обрамляющими лагуну с чистыми бирюзовыми водами. На мгновение её глаза ослепило яркое солнце и Розалинда оказалась в глубокой пещере, дно которой было застелено душистым сеном и мягкими разноцветными перьями.
Розалинда неожиданно для себя начала вить гнездо и через некоторое время она обнаружила под собой небольшое белоснежное яйцо.
— Ох и сон, — подумала королева Фей. — К чему бы это?
Она потянулась, откинула одеяло и встала. На Розалинде была лишь лёгкая шелковая сиреневая ночная сорочка, мягко облегающая её стройный стан. Сейчас она была немного влажной и Розалинда начала обеспокоенно себя осматривать. Она откинула одеяло и увидела…белоснежное яйцо из своего сна.
— Что это, — изумлённо выдохнула она и тихо опустилась на свою роскошную постель, которую она ранее делила с Ашером.
В ее руке лежало непонятное яйцо и королева понятия не имела, что с ним делать. В таких случаях Розалинда делала одно — прислушивалась к своему внутреннему голосу.
Она закрыла глаза и сосредоточилась на своих ощущениях. Приятная тяжесть, свидетельствующая о ее беременности, исчезла. И чувство присутствия ее ребенка напрочь отсутствовало.