Гнёт Луны (СИ)
— Да, — пробубнила Ил с набитым ртом.
Фериил побежал к выходу и дети гурьбой кинулись за ним. Ил задумалась на секунду и поплелась за ними. Наверное, не стоило отпускать волчат играть в одиночестве. Ил села на крылечке, и дети закидали ее штанишками, футболочками и бросились наматывать круги по газону повизгивающими зверятами.
Ил обглодала ножку, разгрызла косточку и сложила детскую одежду в аккуратную стопочку. Рядом опустился подозрительно довольный Феликс, от которого несло духом Ричарда и амбре густого терпкого удовольствия. Девушка смерила мужчину взглядом, и тот пригладил пятерней волосы.
— Развратничали, да? — Ил сузила глаза. — Сыночку выгнали, а сами в друг друга всяким тыкали?
— Завидовать — плохо, — Феликс зевнул и прикрыл рот рукой.
— Я не завидую, — Ил уперлась о колени локтями и положила лицо на ладони, наблюдая за волчатами, которые в шутку грызли друг другу и кусали за уши. — Я рада, что у вас все налаживается. Значит, ко мне не будете приставать.
— Я тоже весьма рад, — мужчина поправил манжеты на мятых рукавах.
— Папа!
Фериил выполз из-под поскуливающих и рычащих волчат и кинулся к Феликсу. Он забрался на колени отцу раскрасневшимся мальчиком и крепко обнял его за шею. Остальные дети замерли перед крыльцом испуганными карапузами.
— А мой папа умер, — заявила девочка с жидкими спутанными локонами.
Ил хотела провалиться сквозь землю. Это она лишила детей отцов. Она маленькие крошки, которые не понимали, что папки у них были редкостными уродами.
— А почему у тебя два папы? — спросил другой мальчик.
— Потому что мне повезло, — Фериил оскалился в улыбке.
— Не бывает двух пап, — фыркнула третья девочка.
— Бывает, — Фериил насупился.
— Не бывает.
— Бывает.
— Не бывает.
— Бывает.
— Может, ты вмешаешься? — не выдержала Ил, когда бывалка-небывалка пошла по десятому кругу, и посмотрела на смеющегося Феликса.
— Не бывает!
— Бывает! — прорычал Фериил и кинулся за взизгнувшими упрямцами, которые бросились от него врассыпную.
— Вам пора, — Ил строго посмотрела на Феликса.
Она поднялась и молча скрылась в доме, оставив визжащих и поскуливающих волчат на попечение Феликса. Только девушка завернула к кухне, как ее несмело окликнули. Два милых юных волка, что уговаривали ее приехать на Воззвание затянули ее в пустой коридор и предъявили претензии, что им не по нраву видеть чужих оборотней в доме.
— Так идите и скажите им это в лицо, — сердито посмотрела на Вихрастого омежку. — Где вы вчера прятались? Почему оставили семью без присмотра?
— Мы не прятались, — охнул Носатый. — Мы следили за обстановкой.
— Они хотели сбежать, — послышался голос Ричарда из-за глухой тяжелой шторы. — Шушукались тут, что бы такого забрать с собой. Сошлись на том, что было бы неплохо угнать нашу машину.
Омежки замерли с вытаращенными на Ил испуганными глазами. Ричард на подоконнике вздохнул и выглянул из-за шторы:
— Вы меня не учуяли?
— Нет, — пискнул Носатый.
— Я не буду держать вас здесь, если вы хотите уйти, но не советую угонять машину у Феликса, — Ил скрестила руки на груди и недовольно посмотрела в лица пристыженных волков. — Во-первых, это невежливо, а, во-вторых, он вам хвосты оторвет и скормит вам на завтрак, но попытка не пытка, да?
— Ты серьезно подначиваешь их стащить у нас машину? — Ричард задохнулся от возмущения.
— Авантюристы не гнушаются воровством, — хохотнула Ил.
— Мы не будем угонять машину, — буркнули юнцы и поплелись прочь. — И сбегать не будем.
Ил со стоном спрятала лицо ладонях и остервенело потерла щеки. Ричард соскочил с подоконника и подошел к ней, нервной поправляя на груди футболку.
— Я не думаю, что кто-то из стай примет взрослых волков.
— Да какие же они взрослые? — Ил горько усмехнулась. — Они явно отстают в развитии.
— Возможно, — Ричард взъерошил затылок и прямо посмотрел в лицо девушки, — их отправить в тайгу к моему дяде?
— К суровому дядьке со стояком? — Ил вскинула бровь.
— Что? — поперхнулся Ричард.
— Неважно, — девушка облокотилась о стену и зевнула. — Зачем забитым омежулькам к Младу?
— Затем, чтобы стать мужчинами.
— Как-то двусмысленно звучит, — Ил хохотнула и сковырнула непонятное пятнышко на груди.
— Да я не в том плане! — охнул Ричард и нахмурился. — Им не помешает краткий курс молодого оборотня. В тайге жизнь непростая и воспитает из мелких трусов мужиков.
— Ты-то сам был в тайге?
— Нет, — оборотень цокнул. — Но Томас был. Пару лет назад.
— А бороду он отрастил? — Ил заинтересованно взглянула на парня. — В тайге все с бородами ходят.
— Ты можешь быть немного серьезнее?
— Так твой брат бороду отрастил или нет? — угрюмо прошипела девушка.
Ричард со вздохом раздражения отвернулся от нее и прижал ко лбу ладонь. Ил терпеливо ожидала ответа.
— Я переговорил с матерью, — Ричард выдохнул и посмотрел на девушку. — И она согласна со мной.
— А чего Белла тебя не отправила к Младу? — Ил склонила голову. — Если он такой кудесник и делает из омежек мужиков?
— Никто из меня насильно не делал омегу, — прошипел парень, приблизив лицо к девушке. — Никто не ломал меня через колено, не запугивал и не рвал личность на лоскуты. Если кто и может вытащить из парнишек их настоящих, то это только Млад.
— А бороды они отрастят? — Ил моргнула. — До пупочков?
— Ты издеваешься?
— Есть немного, — Ил прищурилась. — А я могу вместе с ними в тайгу? Хочу стать суровой таежной бабой. Такой, чтобы ух! Избу себе построю в одиночку, медведя на цепь посажу и… — она задумалась и пожевала губы, — и… и…еще медведицу.
— Зачем? — шепнул Ричард.
— Медвежью ферму хочу, — Ил с издевкой улыбнулась. — Буду доить медведицу и пить ее молоко по утрам. Голая, по колено в снегу, а от моей вагины, суровой таежной вагины, будет идти густой пар, потому что будет охренеть как холодно.
— Ты ненормальная.
— Да что опять не так? Ты только представь эту картину! Медведи, искрящийся снег, кедры, елки, изба и я.
— Медведи зимой в спячку уходят.
— Ладно, — цыкнула она. — Переиграем. Трескучий мороз, снег, солнце, кедры, изба и я, а в подвале мишки спят. Выдоенные моими мозолистыми грубыми руками. Досуха.
Ричард шумно выдохнул и припал в поцелуе к губам Ил. Рядом кто-то возмущенно фыркнул, и парень торопливо отпрянул от девушки, испуганно взглянув на раскрасневшегося от гнева Фериила в мятых желтых штанишках.
— Папа! — прорычал он и кинулся наутек с криками. — Папа! Папа, а папа целует злую тетю.
— Черт! — взвизгнул Ричард и побежал за мальчиком. — Фери! Стой! Сына!
— Папа поцеловал злую тетю! — вопль волчонка застыл осуждающим звоном в ушах Ил. — Прямо в губы! Папа!
Грохот входной двери, и Ил сползла по стеночке с истеричным смешком. Она ведь сама спровоцировала Ричарда на поцелуй гнусными разговорчиками о голых сисечках на морозе. И спрашивается зачем? Чтобы подразнить? Что за глупое ребячество во вдовьем доме, где только утихли горестные рыдания?
— Илона, — рядом на пол села Элен и начала нервно заплетать густые пепельные волосы в косу, — мне страшно.
— Что опять? — Ил настороженно посмотрела в лицо печальной девушки.
— Я все думала над словами Черного Когтя… Над тем, что он ищет наш семьи… — прошептала Элен. — Я… Не могу вернуться…
— Почему?
— Я сбежала вместе с Гораном, — едва слышно прошептала она. — Я любила его. Он так красиво ухаживал, такие слова говорил, что я ему поверила…Он ведь мой нареченный, я хотела быть с ним и предала семью… Бросила раненого брата в лесу…
Элен заплакала. Горько и надрывно. Сквозь слезы она поведала, что старший брат пытался остановить ее, преследовал Мстительного Ветра, но тот ранил его и сбросил в глубокий овраг.
— Нареченному верят, нареченного любят несмотря ни на что… — промычала девица в платок. — Это я виновата в смерти брата… Я… Горан был прав… Его кровь на моих руках и я никому не нужна…