Империя. Исправляя чистовик (СИ)

Другое дело, что я, в отличие от большинства своих коллег по элите, вкладывал огромные средства в медицину и профилактику болезней (не только «американки»), стараясь не допускать мощных вспышек заболеваемости. Конечно, получалось далеко не всё, но, по крайней мере, у нас всё было далеко не так катастрофично, как это было во многих других странах.
Было ясно, что пик заболеваемости уже пройден. Судя по тому, что я помнил, к концу этого года число заболевающих должно упасть раз в десять. А потом еще в несколько раз. Последние случаи регистрировались в 1924 году, но, по факту уже в следующем 1920-м году можно считать пандемию пройденной. Что не могло не радовать. Я, конечно, весьма сильно округлил свое общее финансовое состояние за счет пандемии и моего знания о ней, но пора же и деньгам работать! У меня планов громадьё, а тут какая-то «американка» путается под ногами!
Я скрипнул зубами. Вот почему, когда курить категорически нельзя, сразу очень сильно хочется? Парадокс.
Горы. Горы. Горы.
Внизу плыли горы. По прямой нам оставалось всего чуть больше ста километров. Час полета в крейсерском режиме. Но час полета вообще и час полета в Альпах – это, как бы правильно сказать, несколько разные временные отрезки. А дирижабль штука весьма неповоротливая и имеет огромную парусность. Капитану рисковать без нужды было строго запрещено, но и потолок высоты «Империи» был ограничен, так что мы не могли просто подняться выше, нам приходилось маневрировать, огибая пики, и стараясь не приближаться к ним без особой нужды.
Зрелище было нервным, но завораживающим! Освещенные с юго-востока горы сияли словно сахарные головы, выглядя одновременно и игрушечными с такой высоты, и величественно грозными, когда очередной пик приближался слишком близко к нам.
Да, хорошо любоваться горами, когда тебе реально ничего не угрожает, когда ты в комфорте и главная твоя проблема та, что тебе нестерпимо хочется курить. До жути!
Хотя, конечно, разве это проблема. Вот, наверняка совсем другие впечатление от гор у тех бедолаг, которых ребята Емца таки выкупили у местных полевых командиров в Карамании, или у тех, кто год назад тащил почти убиенного Кемаля через половину Османии и Карамании по всем тем горам, стараясь не попасться патрулям осман и Единства, и при этом дотащить искалеченную тушку до места. И дотащили! Да простят меня мусульмане, но, живуч, собака, оказался!
ЖИВУЧ!!!
Усмехаюсь. Хотел бы я видеть лица его «побратимов», которые, как и мы все, были свято убеждены в том, что их расчудесный вождь и лидер благополучно отдал Аллаху душу, а потому яростно и ожесточенно делили его власть и наследство. А тут им так бац! Здрасьте вам через окно!
Ну, все что не случается, наверное, к лучшему. Кемалю пришлось вновь подгребать под себя власть, рубя головы конкурентам и прочим соратникам. Целый год устанавливал дисциплину и приводил в чувство коллег по опасному бизнесу. И еще не до конца привел, судя по набегам и захвату заложников.
Я вспомнил фотографию Мустафы Кемаля, сделанную каким-то итальянским фотографом. Это было сильное зрелище. И страшное. Сидящий в инвалидном кресле одноногий, одноглазый старик, глядящий поверх шрамов яростным взором. Представляю, как его «побратимы» просыпаются в холодном поту.
Ладно, разберемся и с ним. Сначала надо с Румынией разобраться. И Венгрией. И Афганистаном. И Норвегией. И Германией. И Британией. В общем, как руки дойдут, так и сразу.
Еще в горах хорошо строителям железнодорожной магистрали Владикавказ-Тифлис-Эрзерум, которая должна в перспективе принять на себя минимум четверть грузов, которые сейчас идут по магистрали Кишинев-Констанца-Варна-Город. Помимо немаловажной транспортной составляющей, тут играло роль то, что вся магистраль полностью будет проходить по территории Единства. Да и зависеть только от одной магистрали через Румынию и Болгарию было недопустимо.
Вообще же, железных дорог строилось у нас много, но, разумеется, нельзя объять необъятное. Поэтому основное внимание уделялось увеличению пропускной способности по направлению север-юг. Помимо чисто транспортного момента, я в уме держал и грядущую засуху 1921–1922 годов, и мне нужно было иметь запас пропускной способности и достаточное количество подвижного состава для переброски огромного количества продовольствия не только из хранилищ концерна «Закрома Родины», но и всего урожая из менее пострадавших от засухи губерний и стран.
 
А вот после решения этого, и после окончания работ по магистралям в Город, нам придется вплотную заняться строительством БАМа и расширением Транссиба. Но сейчас мы это просто не потянем. Штаны порвутся если слишком широко шагать.
Я не мог себе позволить потерять Ромею, а Сибири, насколько я помнил, в ближайшие лет сто ничего особо не грозило. Это и определяло приоритетность задач.
Опять же, строительство новой магистрали через Владикавказ и Тифлис значительно оживляло развитие всего региона, а Кавказ, как известно, и кузница, и житница, и здравница. А если серьезно, Кавказ из дикого и неустроенного района, должен был быть цивилизован, местным же найдется много дел в самой Империи.
Нет, если, конечно, кто-то хочет жить традиционным образом, тот пусть и живет, его дело. Но масса горцев, особенно молодежь, должны иметь возможность найти себе занятие по душе, и стать полезными членами общества, а не только заниматься бандитизмом.
И мы многое делали для этого. Та же Дикая дивизия стала буквально брендом, став фактически уже корпусом шестиполкового состава. Добавились национальные полки, эскадроны, а сама дивизия стала путевкой в жизнь для тысяч джигитов, многие из которых нашли себе занятие в Ромее. И некоторые, я уверен в этом, очень далеко пойдут!
Империя. Империя дает возможности и дает величие. Нет для нашей Империи никаких размеров черепов, разреза глаз и цветов кожи. Мы все одно целое. ВСЕ! Говори ты хоть на каком языке, хоть на каком континенте живи, хоть каким богам поклоняйся, мы все одно целое.
Возможно именно в этом не сходимся мы с Сесилом Родсом. Ну, не делим мы людей на англосаксов и прочих. Мы строим Империю всех и для всех, а не свою Империю за счет остальных. Кто ты – русский, осетин, малоросс, еврей, грек, чеченец, армянин, якут, узбек, татарин или бурят, все это лишь особенности. Мы вместе – Империя. Мы все вместе.
Одна Вселенная – одна Империя.
И тут, если угодно, звучит Имперский марш.
Всё это лишь атрибуты величия.
Горы. Горы. Горы.
Интересная у меня жизнь. В прошлой своей жизни в будущем я много раз бывал в Альпах, во всяких там Куршавелях и прочих курортах. Тогда это была Франция, теперь, не в последнюю очередь, благодаря мне, Куршавель и, главное, Савойя – это Римская Империя. Как и Ницца с округой. Но я не об этом.
Я о том, что никакой вертолет, и уж, тем более, взгляд с лыжной трассы, не заменит вот этого величия, которое раскинулось у меня за обзорным стеклом иллюминатора смотровой площадки дирижабля!
Эх, надо бы ещё и Зимние Олимпийские игры выхватить для Кавказа! Да, это было бы правильно.
Впрочем, впрочем, впрочем…
Как оно там формулировалось на Первых Зимних Олимпийских играх 1924 года в моей истории? Что-то типа «Международная неделя зимних видов спорта по случаю VIII Олимпиады» под патронажем Международного Олимпийского комитета? Где-то читал, что эта «Неделя» произвела в мире такой фурор, что Международный Олимпийский комитет был вынужден постановить о регулярном проведении соревнований именно в формате «Зимних Олимпийских». Ну, если тогда был фурор, то мы все и лично ведомство графа Суворина такое устроим из этого «мероприятия в поддержку», что мир вздрогнет!
 
Хм, хм, хм…
А ведь это идея. Нет, не так. Это ИДЕЯ!!
Блин, как такая мысль сразу в голову не пришла? Да, именно, нужно провести фактические Первые Зимние Олимпийские игры явочным порядком! Взять и провести! Под видом «Недели в поддержку» и под эгидой Международного Олимпийского комитета! Ай да Пушкин! Ай да сукин сын!!!