Баламут (СИ)

Всех с Великим Праздником! Ловите праздничную половинку:
* * *
…К третьей «хрени» мы соваться не рискнули. Из-за восемнадцати «бегунков», безостановочно нарезавших круги в радиусе пятидесяти метров от «обелиска»!
«Примчались, пока мы сюда добирались…» — отпальцевала Шахова, придя к тому же выводу, что и я.
«Ага. У других обелисков наверняка творится то же самое, а значит, соваться к ним — идиотизм…» - ответил я.
«Это еще не все: я почти уверена, что следом за «бегунками» к каждой хрени бегут более тихоходные особи…» — продолжила Лариса Яковлевна и снова повторила мои мысли.
Я пожал плечами и отпальцевал два последних предложения:
«Может быть. Но на этих мы не полезем…» 
Язва согласно кивнула, по моей безмолвной команде бесшумно отошла от опушки метров на десять, затем заняла привычное место за моей спиной и активировала крылья ветра.
До временного убежища Долгорукой добрались за считанные минуты, успокоили всполошившуюся было девушку, сообщили, по какой причине и куда именно уходим, встроили ее в наш ордер и рванули на запад. Прямо при свете занимающегося утра, ибо оставаться в непосредственной близости к «хрени» и без малого двум десяткам слишком уж активных «бегунков» были не готовы.
Как выяснилось минут через двадцать, свалили не зря: две особи этого типа как-то обнаружили наши следы, рванули вдогонку и даже догнали. Да, на свою беду, ибо приближение этих тварей засекла даже Рина, ну, а я изобразил примитивную охотничью петлю и на пару с Ларисой Яковлевной стряхнул хвост самым радикальным способом. Впрочем, понимая, что при наличии у корхов связи это будет полумерой, изменил направление движения и принялся затирать следы. А где-то через час загнал дам в приличное озеро и вместе с ними переплыл это препятствие по диагонали.
Да, рисковал попасться на зуб мутировавшим рыбкам. Но все обошлось, так что в районе десяти утра мы снова свернули на запад. А ближе к полудню натолкнулись на группу из четырех корхов, бодренько возвращавшихся к Червоточине. Как выяснилось после скоротечной схватки, в которой, кстати, «приняла участие» наша подопечная, эти особи тащили на Ту Сторону по два десятка «грузовых» блях с трофеями!
Бляхи мы, естественно, позаимствовали, «перепрошили» и закрепили кто на ремнях, кто на перевязи. Пока возились с их надежной фиксацией, Рину перестало выворачивать наизнанку, и мы, дав ей время как следует умыться, снова рванули по направлению к «Девятке». А в четырнадцать с минутами услышали отдаленный гул и пришли к выводу, что это канонада!
С одной стороны, это обрадовало, так как подтверждала, что Империя во всю воюет, а мы потихоньку приближаемся к линии фронта, а с другой не на шутку расстроило, ибо такая плотность стрельбы могла понадобиться либо при наступлении, либо при противодействии очень сильному врагу. В общем, на следующем привале мы не столько отдыхали, сколько вслушивались в отдаленный грохот и злились. Потом научились абстрагироваться. Да, абы как, но на марше не отвлекались. А в девятнадцать сорок, наконец, добрались до новой границы между желтой и синей областями, пробежали еще километра три и попробовали подышать без респиратора и сфер. Вернее, попробовал. Я. И экспериментировал порядка четверти часа, постоянно прислушиваясь к своему организму. А когда удостоверился в отсутствии в воздухе «лишних» мутагенов, перестраховался еще немного — заявил, что разрешу избавиться от изрядно надоевших «украшений» на следующей подобной границе. То есть, уже в зеленой области. Само собой, в том случае, если второй эксперимент даст такие же результаты.
И не обманул. Мало того, понимая, что дамы проголодались ничуть не меньше, чем я, совместил приятное с полезным — попробовал подышать без сферы на берегу небольшого безымянного озерца. И, порадовавшись нужному результату, со спокойно совестью скинул марево. После чего заявил, что этот привал продлится не меньше часа, а значит, можно будет даже ополоснуться. Нет, никакого риска в этом не было, ведь к этому времени уже стемнело, в зоне досягаемости чувства леса не было ни одного живого существа крупнее глухаря, а дроны в Зоне не летали от слова «вообще».
 
Радости было — мама не горюй. Долгорукая, еле слышно взвизгнув, рванула к озеру, на бегу вытащила из кольца коврик, бросила на землю у самой воды и принялась срывать с себя одежду. Шахова обошлась без визга и по берегу спустилась помедленнее, зато разделась быстрее нашей подопечной, так как не суетилась и не делала лишних движений. Зато после того, как зашла в воду по пояс и присела, аж застонала от удовольствия!
Я, естественно, тоже последовал их примеру. Но только после того, как «сел» на ауру подходящего дерева и обнулил шансы потерять лицо. И пусть вид обнаженных тел этой парочки волновал даже так, разум это не туманило и меня не подставляло. Впрочем, с водными процедурами я закончил самым первым, вышел на берег, наскоро высушил тушку, оделся и занялся делом — выбрал достаточно ровное место, уничтожил насекомых, достал и постелил свой коврик, выложил на него сухпайки и бутылки с водой, соорудил сидячие места и так далее. И все это — не обращая внимания даже на силуэты дам. Так что голос Ярины, внезапно прозвучавший прямо за спиной, заставил на миг переключиться в боевой режим:
— Ра-ат, глянь, пожалуйста, что там с моим сродством к Воздуху?
— Наверняка стабилизировалось. Но посмотреть посмотрю… — отозвался я, повернулся к ней и мысленно порадовался тому, что девушка догадалась натянуть штаны от комбеза и армейский топ. Потом заставил себя оторвать взгляд от груди, аппетитно обтянутой очень плотной тканью со специальными вставками, прижал ладонь к коже над ядром и вскоре выдал вердикт: — Как я и говорил, все в норме.
Долгорукая засияла, но куда менее ярко, чем должна была. Но удивиться я не успел:
— Спасибо! А теперь вопрос: не могли бы вы с Язвой показать мне хоть какое-нибудь боевое плетение? А то я чувствую себя… неважно.
Я медленно поднял голову, поймал ее взгляд и хмуро поинтересовался:
— Дерево с обломанной ветвью и чуть изогнутым стволом видишь?
— Да.
— Разбегаешься, набираешь предельную скорость и врезаешься в него. По возможности, головой. А когда удар выбьет из твоей бестолковки все дурные мысли, задаешь тот же самый вопрос, но как другу, а не… хм… абы кому!
Долгорукая смутилась и виновато выдохнула:
— Прости, просто я…
— Рин, беги: судя по всему, дурные мысли никуда не делись! — хихикнула Язва, нарисовавшись за ее спиной.
Девушка чуточку поколебалась и… последовала ее совету: разогналась, подлетела к дереву, уперлась в него руками и три раза легонечко приложилась к нему лбом. Затем неспешно вернулась обратно, плюхнулась напротив меня и затараторила:
— Рат, Лар, научите меня какому-нибудь жутко крутому заклинанию, а то мне хочется грохнуть какого-нибудь корха, а буйный рост или цветение, увы, не убивают…
…От озера ушли только во втором часу ночи, то есть, только после того, как наша подопечная запомнила плетение обезглавливания и несколько раз более-менее уверенно создала заклинание. Кстати, перед началом движения Ярина предупредила, что «скользить» по аурам деревьев не будет, ибо жаждет как можно быстрее вбить схему в подсознание, так что будет тренироваться на ходу и всю дорогу.
Я бы тоже с большим удовольствием занял голову чем-нибудь важным, чтобы уйти в себя и двигаться по знакомым местам, не обращая внимания на то, что творилось в аурах красно-зеленых патриархов, не прислушиваться к все усиливающейся канонаде и не думать о том, что нас ждет на Стене, в форте и Савватеевке, но не мог себе позволить такой роскоши. Поэтому пропускал все вышеперечисленное через душу, потихонечку наливался ледяной яростью и предвкушал следующие встречи с корхами. До трех с четвертью утра, когда увидел на краю области досягаемости чувства леса очередные четыре силуэта этих тварей. Задумываться, атаковать или нет, не стал: тормознул группу, сообщил, что собираюсь завалить еще одну группу трофейщиков, распределил роли и мысленно усмехнулся, когда Ярина аж задохнулась от восторга.